Читаем без скачивания Миры Филипа Фармера. Т. 22. Пир потаенный. Повелитель деревьев - Филип Фармер

Дорога освободилась, но я сожалел, что пришлось поступить именно таким способом. Я хотел как можно меньше шума. Стража, стоящая на стене, перегораживающей долину, теперь была настороже. Они, вероятно, уже направили дула своих пулеметов и единственной пушки в нашу сторону.

Стрельба разбудила спящий лагерь.

Мне нужно было бы подобраться к часовым пешком и снять их, пока джип пересекал освещенную зону поста. Но это значило бы подставить себя под пули Дика и Клары, которые, если они были завербованы патриархами, не остановились бы перед тем, чтобы пожертвовать своими собственными людьми, лишь бы свести со мной счеты.

Теперь же я заставил их вылезти из джипа и первыми войти в палатку офицера. В ней находился настоящий арсенал. Автоматические винтовки, базуки, ракеты, пулеметы и гранаты. Я приказал им повесить их винтовки за спины и заняться погрузкой всего этого военного богатства в джип. Дик взял в руки базуку, повертел перед носом и заявил, что не знает, как этим пользоваться. Клара успокоила его, сказав, что нет на свете оружия, с которым бы она не умела обращаться. И это было правдой.

Я подвесил к поясу целую гирлянду гранат. Потом оторвал все телефонные провода, ведущие к распределительному щитку, висящему за палаткой. Закончив погрузку, я вновь уселся сзади, и мы, не слишком торопясь, отправились дальше, пока до стены осталось не более двух шагов. Здесь мы остановились.

Прожектора, установленные на гребне стены, лихорадочно обшаривали долину во всех направлениях. Начальник охраны стены, должно быть, уже оборвал телефон, пытаясь дозвониться до контрольного поста. Теперь же для того чтобы понять, в чем дело, они должны были побывать в самой палатке. Вот тогда уж репродукторы завопят во всю мочь.

Клара остановила джип, заведя его в небольшую ложбину. Не спуская с моих приятелей глаз, я вновь приказал им вылезать и идти передо мной. От предвкушения предстоящей драки оба обильно потели. И вот здесь, кроме запаха обычного пота, я почувствовал исходящий от Дика какой-то новый, неизвестный для меня компонент.

Сейчас я знаю, что он означает. Если мне случится еще раз почувствовать этот аромат в присутствии кого-нибудь из его расы, я тотчас же уловлю этот горьковатый запах предательства.

Дик опустился на колено, и теперь над уровнем долины торчала лишь одна его голова. Стоя рядом, Клара зарядила базуку. Я забрался на гребень ложбины и выпустил по прожекторам несколько длинных очередей, пока не закончились патроны. Прожектора потухли, и на нас обрушилась темнота. Я спешно сменил диск.

Настала очередь Клары. Широко распустив свой огненный хвост, ее первая ракета прочертила в черном небе след, будто огненная комета, которая воткнулась в землю прямо перед огромными металлическими воротами. Земля содрогнулась от тяжкого взрыва, и в воздухе возник огромный султан из дыма и выброшенной вверх земли, которая ошметками стала сыпаться вокруг нас. Клара уже перезарядила, на этот раз ее целью стала амбразура, сквозь которую плевалась огнем пушка Бофора. Снаряд ударил в стену, чуть ниже отверстия. Пушка, вероятно, уцелела, но людям должен был быть нанесен большой урон.

После минутной передышки «бофор» вновь начал стрельбу. Пригнувшись, Клара и Дик зарядили оружие в третий раз. Пока они занимались этим, я поливал грохочущую темноту очередями из ручного пулемета. Залп мортиры, вспахавший землю долины в каких-нибудь пятидесяти метрах, заставил меня отступить. Я укрылся за склоном ложбины. Артиллеристы, обслуживающие пушку, уточнили прицел, но удача все равно была за нас. Первый снаряд, взорвавшийся на самом гребне впадины, оглушил нас своим взрывом и почти похоронил под дождем из гравия и земли. Второй просвистел прямо над нашими головами сквозь густую завесу из дыма и разнес вдребезги противоположный склон оврага, в котором мы прятались. В этот раз они почти достали нас. Мы все были контужены и наполовину оглохли. Придя в себя, я первое время никак не мог понять, где нахожусь. Наконец головокружение прошло и зрение восстановилось. Я поднялся на четвереньки, продолжая сжимать в руках ставший неразлучным «брен», все так же направленный на Дика и Клару.

Глубокую темноту ночи прорезали редкие лучи прожекторов, которые успели починить. При их свете мои компаньоны смогли рассмотреть оружие, направленное на них, и догадались о моих намерениях. Ни слова не говоря, они вновь зарядили базуку, и очередная ракета взлетела в воздух. Едва снаряд достиг цели, хриплое рыкание выстрелов пушки прекратилось. Но, несмотря на несравненное умение Клары обращаться с базукой, со стен продолжали огрызаться три пулемета и шесть автоматических винтовок…

К счастью, они стреляли наугад. И наша четвертая, и последняя ракета разом подавила их жалкое тявкание. Досталось и «бофору», дуло которого исчезло из амбразуры в султане огня. Мы уже сидели в джипе, который с ревом выбрался из полузасыпанного оврага и устремился прямо к разнесенным в клочки воротам. Клара припала к пулемету и прошивала очередями любую движущуюся тень слева от нас. Я делал то же самое справа. Потом, когда кончился диск, швырнул в каждую сторону по гранате. Пули прошивали тент джипа над нашими головами, дырявили капот; одна разбила левую сторону ветрового стекла, прожужжав у самого уха Клары. Казалось невозможным уцелеть под этим дождем огненных пчел. Но мои гранаты и точный огонь прекрасной графини несколько уменьшили число наших противников и обескуражили уцелевших. Дик уже пересекал черту ворот. Но тут колеса джипа столкнулись с куском искореженного металла. Его занесло в сторону, и нас выбросило на обочину.

Ситуация становилась деликатной. Вынужденная обернуться и стрелять поверх голов по стене, Клара могла лишь слегка наклонить ствол своего оружия, чтобы разрезать меня пополам. Я растянулся плашмя на заднем сиденье, не сводя глаз с дула ее винтовки.

Что же, могло быть и хуже. Пока солдаты перетаскивали пулеметы с одной стороны на другую, мы были уже в двухстах метрах от наблюдательных вышек. Со стен вслед нам неслись вереницы трассирующих пуль. Наш отпор держал противника на почтительном расстоянии достаточно долго, чтобы позволить нам миновать первый зигзаг горной дороги.

Когда мы вскарабкались на вершину склона, я приказал Дику остановиться. От подножия к нам доносился шум моторов по крайней мере десятка джипов, стремившихся в атаку на первый вираж горного серпантина. Клара наклонилась вперед, будто могла таким образом рассмотреть сквозь обступившую нас темноту, что там делается внизу. И тут она меня удивила.

— Я вижу их, — спокойно заявила она. — Десять машин. Два грузовика, остальные джипы.