Наконец он вжался спиной в спинку и смотрел то на Красного Демона, то на меня расширенными в ужасе глазами.
— Нравится? — поинтересовался я. — Давно не получал по морде? Когда других вот так — просто забавно, да?.. Когда головы топором, когда вешают, четвертуют — хаханьки?.. Вот что, ублюдок, мое терпение кончилось. Прямо сейчас выходишь и собираешь своих прихвостней и… отсюда, понял? Во всю прыть! Соври, что прибыла срочная депеша. Больше я тебе шанса не дам. Увижу второй раз, просто убью, понял?.. Не по морде, как сейчас, а просто убью.
Он вздрогнул, когда я ухватил его за бороду и замахнулся ножом, но лезвие отхватило только бороду. Правда, зато под самый корень. Я зачем-то сунул эту отвратительную шерсть в карман. Рука короля дернулась к подбородку, но не решился ощупать то, что осталось на месте великолепной бороды.
— Я… я… — пробулькал он, — сейчас же…
— Ну? — сказал я грозно и повел глазами в сторону неподвижного демона. — Что «сейчас же»? Стоит мигнуть, этот мой слуга разнесет весь замок в пыль! А если прикажу, чтобы всего лишь сожрал короля и унес душу к себе в ад, а там чтобы заставил говно жрать…
Король задрожал, распухшее лицо, несмотря на кровоподтеки, ухитрилось стать белее бумаги. Я добавил, как будто только что вспомнил:
— Твой колдун и его помощники уже в аду. Могу показать, в какой котел с кипящей смолой я их засадил… хотя нет, сразу же сдохнешь!
Я повернулся к Красному Демону и, за миг до того, как тот должен исчезнуть, сказал небрежно:
— Стань незримым и следи за ним, пока не покинет замок! Задержится — тащи в тот же котел, куда по моему приказу засунул его колдунов.
Демон исчез, вместе с ним пропал зловеще-багровый отблеск на стенах. Я вопросительно посмотрел на короля. Не в силах вымолвить слова, он часто закивал. Я некоторое время испепелял его пронизывающим взором, затем отступил и нарочито неспешно вышел, показывая, что хозяин положения в замке по-прежнему я, несмотря на всю его свиту, рыцарей, охрану и всезнающего Вирланда Зальского.
Глава 12
Ночной двор наполнился криками, заметались оранжевые блики на стенах и булыжнике. Из башен выбегают с факелами, я слышал крики о темных оборотнях, о призраках, огромных троллях, что ухитрились напасть на самого короля, но тот сражался доблестно и обратил их в бегство. Везде звенело железо, красные огни вспыхивали на обнаженных мечах, на топорах, на шлемах, панцирях и конской сбруе.
Прогремел могучий голос Вирланда, главнокомандующий прокричал, что Его Величеству пришла срочная депеша, в столице требуется немедленная помощь, потому выступаем сейчас же, все по коням, повозки оставим здесь, нам они не нужны…
Испуганные слуги торопливо зажгли все факелы на стенах, а перед башнями вспыхнула смола в бочках. Двор осветило красным зловещим огнем. Король и самое ближайшее окружение вихрем промчались верхами под узкой аркой северных ворот, рискуя ободрать ноги в стременах о каменные стены.
Из донжона выбежали встревоженные леди Изабелла и леди Дженифер. Герцогиня сразу же заметила меня, хотя я предельно скромно держался в сторонке от входа и очень застенчиво старался не привлекать внимания. Я видел, как ее лицо мгновенно напряглось, движения замедлились. Слуги и оруженосцы гостей носятся, сбивая друг друга с ног, на герцогиню никто не оглянется, она несколько минут смотрела на суматоху, затем ее царственная голова медленно повернулась в мою сторону.
— Сэр Ричард…
Я сделал шаг к ней, поклонился.
— Мое почтение, леди Изабелла.
Она всматривалась в мое, надеюсь, красивое в своей мужественности лицо, красный свет факелов пляшет на моих доспехах, а у меня нижняя челюсть заныла от попыток выдвинуться еще дальше. Голос ее прозвучал достаточно властно, только мое чуткое ухо уловило нотки растерянности:
— Вы знаете, что происходит?
— Да, ваша светлость.
— Сэр Ричард, — напомнила она, — так ко мне обращаются слуги. Для вас я леди Изабелла.
— Да, леди Изабелла.
— Что происходит?
— Его Величество, — ответил я почтительно, — убирается по своим государственным делам. В великой спешке. Что значит крупный государственный деятель! Сразу оставил все личные дела, выпустил зверей, чтобы двигаться налегке, оставил пьянство… Не совсем, конечно, ибо что за мужчина, если не пьет, но…
Она всматривалась в меня, в глазах недоумение и недоверие сменилось беспокойством.
— Ох, сэр Ричард! Я боюсь и подумать, что вы как-то причастны…
Она запнулась, я подсказал:
— К поспешному отъезду по государственным делам?
— Да, — подтвердила она со вздохом, — именно по государственным.
— Мы все к этому причастны, — ответил я дипломатично. — И ваши дочери, что не выразили радости от щедрого предложения Его Величества выйти замуж за придворных, и я, когда отказал ему в праве распоряжаться вами и всем замком, и даже вы, леди Изабелла…
— Я?
— Разве вы ликовали, что ваших дочерей выдают замуж, даже не интересуясь мнением их родителей? Леди Изабелла, как бы вы ни держали лицо и герцожье спокойствие, ваше неприятие происходящего достаточно заметно. Даже очевидно. Это видно даже слугам, что… хорошо.
Она спросила настороженно:
— Почему?
— Слуги должны не только чтить хозяев, — сказал я, — но и уважать, иначе перестанут слушаться. Эти нахальные и назойливые гости у всех уже в печенках. Думаете, слуги от них не наплакались?
От горящих факелов во дворе море огня, заскрипели ворота конюшни. Несколько человек, толкаясь, с криками поспешно выводили под уздцы испуганных лошадей. Конюхи, отчаянно рассыпая проклятия, выволакивали роскошную королевскую повозку и запрягали в нее коней. Дженифер смотрела большими круглыми глазами, щеки чуть побледнели, но в глазах я видел ослепляющую радость.
Мелькнуло розовое платье Бабетты, она дважды порывалась к нам, но в водовороте тел ее всякий раз отшвыривало, наконец двое дворян затолкали ее в королевскую карету, кучер тут же взмахнул кнутом, устрашенные кони понесли к распахнутым воротам.
Подбежал Мартин, коротко поклонился, неуклюже распределяя поклон между мной и герцогиней. Леди Изабелла заметила, нахмурилась, покосилась в мою сторону. Я как раз старался дать взглядом понять Мартину, что все почести нужно отдавать только герцогине, а я так, пришей кобыле хвост. Мне достаточно и скромной роли серого кардинала. Настолько серого, что и от стены не отличишь.
Герцогиня нахмурилась сильнее, Мартин проговорил скороговоркой:
— Сэр Вирланд просит дать им трех хороших коней.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
