множество видов наказания. – Джессика отложила вилку и наклонилась ближе к виконту. – Джандро, ни один из нас не выбирал эту ситуацию, но, может, мы сможем как-то использовать ее к нашей обоюдной пользе. Давайте познакомимся ближе.
Слуга принес виконту его обильный завтрак и большую кружку горячего дымящегося кофе. Джандро отхлебнул из кружки, не обращая внимания, что напиток очень горячий.
– Да, это может послужить нашей общей пользе. Ваш Орден сестер пользуется большим политическим влиянием в Империи, и поэтому мне, наверное, стоит наладить с ним отношения – по крайней мере, для вида. Я не собираюсь без меры угождать ведьмам и не хочу, как отец, стать объектом манипуляций, но… – Он положил толстый кусок сыра на ломоть хлеба и откусил. – После того как Император Шаддам угрожал Дому Верденов, а затем уничтожил его, я, признаюсь, испытывал сильное напряжение – как и все Дома Ландсраада. Кто станет следующим? Шаддам уже присылал сюда сардаукаров для инспекции Элегии, они допрашивали меня и моих людей. Думаю, что это результат происков Вещающей Истину, так как я прекратил финансирование Ордена сестер.
Джессика смело взяла кусок ароматного белого сыра с тарелки виконта.
– Если вы оставите меня здесь, я смогу послужить прикрытием. Преподобная Мать Мохайем – императорская Вещающая Истину – моя старая наставница. Она хорошо меня знает.
Он напрягся.
– Значит, вы ее шпионка?
Сыр оказался очень острым, но вкус его Джессике понравился.
– Я наблюдатель, я увижу то, что вы покажете. Я смогу убедить Мохайем, а она – Падишаха-Императора.
Джандро посмотрел мимо Джессики и заметил не делающих попыток спрятаться соглядатаев в форме.
– Фонд помощи Ордену сестер, созданный моим отцом, обходится планете очень дорого. Элегия никогда не станет и рабыней Империи. – Он искренне улыбнулся Джессике. – Но в ваших словах есть смысл, и с моей стороны, наверное, разумно пойти на некоторые уступки. Ваше присутствие здесь можно сделать вполне приемлемым.
Он с аппетитом принялся за сосиски.
– Это высокая похвала, я не шучу. – Она съела еще одно яйцо. – Мы сможем совместно найти выход из этой ситуации.
Джессика сумела добиться определенного успеха, и при этом ей не пришлось прибегать к манипуляциям. Удовлетворится ли Орден сестер возобновлением дружеских отношений с виконтом, зачтет ли это как победу Джессики? Как ей заявить об успехе с Джандро так, чтобы ее отпустили? Она, без сомнения, сможет наладить отношения этого аристократа с Бинэ Гессерит, сделать их менее напряженными. Но сомневалась, что этого хватит. Харишка и Мохайем недвусмысленно приказали ей стать ближайшей советницей этого человека. Джандро должен публично назвать ее своей официальной наложницей, объявить для всей Империи. Это услышат все, в том числе и Лето. От этой мысли в желудке возникло невыносимое жжение – словно она проглотила расплавленный свинец.
Это испытание для Джессики. Ей придется доказать безусловную лояльность Ордену. В противном случае они ее никогда не отпустят.
Она постоянно проигрывала в уме последний кошмарный разговор с Лето, его взгляд, стену холодного отчуждения, которую он воздвиг между ними. Станет ли он вообще ее ждать или уже повернулся к ней спиной? Джессика испытывала нестерпимую боль от одной мысли, что Ксора наверняка уже на Каладане. Ксоре поручили сделать там то же, что делает Джессика здесь. Она постарается создать узы как новая наложница Дома Атрейдесов.
Джессика посмотрела на сидящего напротив виконта. Она читала досье на него, составленное в Ордене сестер, но оно не содержало деталей.
– Почему ваш отец считал себя в долгу перед Бинэ Гессерит?
Джандро окинул взглядом статуи в саду возле лишайников.
– В детстве он едва не погиб от несчастного случая, но сестры спасли его. Он тайно пробрался на транспорт, следовавший с Элегии в Школу Матерей, потому что хотел своими глазами увидеть «ведьм», о которых много слышал. Он спрятался в грузовом контейнере, и его вместе с грузом доставили на планету. – Джандро явно доставлял удовольствие этот рассказ. – Отец оказался достаточно изобретательным, чтобы придумать способ попасть на Уаллах IX, но детали он спланировал неудачно. Его нашли почти до смерти замерзшим в неотапливаемом трюме. Сестры выходили его и известили семью о его местонахождении. Он едва не умер тогда, но поправился и выздоровел. И всю жизнь потом заботился, чтобы его пожертвования бесперебойно поступали в Орден сестер. Он до самой смерти выказывал благодарность.
Виконт нахмурился.
– Но у меня много других инвестиций и есть важные увлечения, которые требуют затрат. Дом Туллов построил достаточно зданий для вашей Школы Матерей.
Джессика поняла его.
– Нельзя принуждать к щедрости – это искажает и уродует цель. Вы должны распоряжаться фамильной сокровищницей по своему усмотрению.
Он посмотрел на Джессику долгим тяжелым взглядом, словно рассматривая волшебную шкатулку и стараясь сообразить, на какую панель нажать, чтобы проникнуть в ее голову. Искренность и откровенность женщины вывели самоуверенного аристократа из равновесия.
Взглянув на вездесущую охрану, она вспомнила и вторую часть миссии – пронаблюдать и разобраться, что это за другие «увлечения» виконта Джандро.
Она продолжала разговор любезно и дружелюбно, а со стороны собеседника тоже понемногу таял лед. Джессика владела специальными методиками Бинэ Гессерит, но ей ни разу не приходилось испытывать их на Лето. Когда ее совсем молодой женщиной назначили на Каладан, отношения Лето с Кайлеей Верниус уже умерли. В момент физического притяжения Лето возжелал ее… а она жаждала его до сих пор.
Теперь ей до боли его не хватало, но он находился далеко, очень далеко, причем не только в пространстве.
Виконт Джандро задумался.
– Если нам суждено быть вместе, так и случится. Надо верить в судьбу.
– Иногда судьбу надо подтолкнуть в нужном направлении. Главное – верно определить это направление.
* * *
Я – это я. Я – то, что делаю, а не то, кем выгляжу напоказ другим.
Герцог Лето Атрейдес: из писем к сыну
Когда Лето занял место в лайнере Гильдии, следуя инструкциям Якссона Ару, он обрубил все контакты с Каладаном, своими советниками и сыном.
Герцог надел заурядную одежду, приняв обличье скромного бизнесмена. Хотя Сафир Хават мог изготовить фальшивые документы, ими снабдил герцога сам Якссон – это являлось частью маскировки. Так Лето стал купцом, торговцем разными товарами с Каладана. Он запасся декларацией груза риса пунди и трилиума, обычных статей каладанского экспорта. Объявить себя торговцем лунной рыбой оказалось очень больно.
Для того чтобы ментально подготовиться к новой роли, Лето уделил некоторое время повторению сложных и запутанных уроков, которые ему, тогда еще молодому герцогу, давал Сафир Хават. Воин-ментат проявлял высокую требовательность в обучении, хотя юному Лето эти уроки иногда казались очень трудными. Однако они глубоко запечатлелись в мозгу, их словно выжгли там каленым железом. Зато теперь он мог ясно видеть все бесконечные хитросплетения влияний, последствий, связей и действий. Он научился ловко управлять реакциями, внимательно наблюдать, поражать быстротой
