удирать дозор. Чтобы не было скучно, Злыдарев подошёл ко мне поближе, погасил огни. Мы были между небом и водой.
До самой бухты Кунда дошли спокойно. Дозор успел ретироваться. Прошли Кунду, и Злыдарев кричит:
– Капитан, справа фоки!
Действительно, справа чуть выше нас шла пара ФВ-190.
– Посмотри, капитан, как они идут близко друг к другу.
– Какого лешего они идут таким плотным строем, да ещё на такой высоте, – подумал я.
Подойдя ближе, мы увидели, что это идёт один самолёт ФВ-189, под названием «рама». Сзади него шёл экскорт из двух Ме-109.
– Капитан, смотри, наши яки фоков преследуют! – кричал Злыдарёв.
Мы были ниже немцев, они летели спокойно, видно, приняли нас за своих.
После нашей атаки Ме-109 полезли в облачность, мы за ними. Вывалилиь из облачности и уткнулись в «раму». Она нас не видела и топала спокойно. Единственно, что мне оставалось сделать, это поднять нос и нажать на гашетки. Моя огненная трасса впилась в мотор, и агрегат загорелся. По радио слышу, Злыдарев поёт «мой костёр в тумане светит». Мы отвернули в залив подальше от берега, а «рама» не избежала встречи с ним. Об этом нас оповестил столб дыма и огня. Дальше всё пошло спокойно, мы со Злыдаревым пошли в Калга – Лахт. Дозор тихо пришвартовывался в бухте Кясьму-Лахт, что мы и засвидетельствовали, а затем доложили по команде, когда прилетели на свой аэродром. Отоспаться так и не удалось, через час снова вылетели, на сопровождение штурмовиков».
Хозяева балтийского неба
Советские войска героически шли по Прибалтике, крушили фашистов. Вскоре после Таллина был освобождён город Пярну, где находился большой аэродром. Немцы при отступлении взорвали взлётно-посадочную площадку. Пришлось производить полёты с грунта. Как всегда, лётчики 11-го и 12-го авиаполков вылетали на штурмовку, сопровождая самолёты 35-го и 7-го штурмовых полков.
И каждый раз фашистские корабли с тысячами тонн военного груза, с тысячами солдат и офицеров рейха шли на дно холодного и негостеприимного для них Балтийского моря, который угощал их солёной водой.
Ни один самолёт Ил-2 не был сбит фашистскими лётчиками, в этом заслуга лётчиков-истребителей 11-го и 12-го авиаполков, которые их сопровождали, результат их знаний тактики воздушного боя.
Назовём этих лётчиков поимённо:
Командир звена старший лейтенант В.А.Поскряков. В 12-ю КОИАЭ прибыл в апреле 1943 года, произвёл 124 боевых вылета, сбил лично семь самолётов и в паре семь самолётов.
Командир звена И.А.Шкурко произвёл 75 боевых вылетов, в воздушных боях сбил лично три вражеских истребителя и в паре двух.
Командир звена Л.Н.Ручкин прибыл в полк 27 мая 1944 года. На второй день после прихода сбивает в Нарвском заливе первый ФВ-190. Затем, участвуя в боях, сбил ещё четыре самолёта. Он учил своих подчинённых бить врага наверняка и насмерть.
1-го января 1945 года лётчики Пивоваров и Алейников вылетели на разведку. Встретившись с четырьмя ФВ-190, в завязавшемся бою Пивоварову удалось сбить одного ФВ-190 с короткой дистанции. Остальные фашистские лётчики вышли из боя. С задачей разведчики справились, хотя и приземлились на повреждённых самолётах.
Воздушной разведке уделялось много внимания. Наиболее точные данные доставляли лётчики: М.Пивоваров, А. Парфиенко, В.Тихомиров, И.Талышев, М.Россихин.
Летали на разведку и в непогоду. Только густая стометровая облачность и сильный снегопад не позволяли производить вылеты. Таких случаев было двадцать из ста. Разведку производили в Данцигской бухте, Гдыне, Косе Хиль, Кольберге, устье Вислы и на переходах вдоль южного берега Балтийского моря. Сопротивление фашистских лётчиков стало слабее, зато был сильный зенитный огонь, главным образом с кораблей.
Силы советских лётчиков утроились в предвидении близкой победы. Весь личный состав авиаторов позабыл слово «усталость».
С 1-го по 11 апреля было произведено 310 боевых вылетов, 36 боевых вылета произвели лётчики: Шкурко, Талышев, Уманский, Гонтарь. Они сопровождали штурмовиков в Данцигскую бухту, в район Пиллау, Хелл, Кольберг, устье Вислы.
Командир эскадрильи капитан Пётр Хорунжий закончил войну кавалером четырёх орденов Красного Знамени.
Лучшие разведчики в воздухе Виктор Смолянинов и Дмитрий Шабанов были так же кавалерами 4-х орденов Красного Знамени.
Успешно били врага лётчики: Леонид Семёнович Богданов, Евгений Климентьевич Галенич, Михаил Георгиевич Поморов, Семён Иванович Корзун, Лев Львович Акимов и многие другие.
14 апреля 1945 года лётчик П.С.Гапонов со своим ведомым завязал бой с двумя Хе-115. Победу они одержали, сбив одного сопровождающего их истребителя Хе-190 и подбили Хе-115, который немного пролетел, а затем горящим упал в воду.
В тот же день подполковник Яков Захарович Слепенков в воздушном бою сбил одного фашиста на самолёте ФВ-190, победу обеспечил майор С.С.Беляев.
В этот день и в других авиаполках было так же одержано ряд блестящих побед. За отличное выполнение заданий, мужество и лётное мастерство, приказом Верховного Главнокомандующего была объявлена благодарность Девятой штурмовой авиадивизии. Утром командиры авиаполков огласили личному составу эту радостную весть. Весь наземный личный состав авиаполков смотрели на лётчиков, как на героев. Особенно любили командира авиаполка Сергея Сергеевича Беляева. Ему посвящается целый рассказ.
Сергей Сергеевич Беляев был выпускником Ейского авиационного училища, закончил его с отличием с присвоением звания лейтенанта. Родом он был из деревни Новиково Скопинского района Рязанской области.
Участвовал в войне с белофиннами.
Первый день войны балтийский лётчик Сергей Беляев встретил на аэродроме. Его звено было на дежурстве в повышенной готовности.
Встреча с врагом произошла 29 июня, когда в небе Балтики показался фашистский разведчик Ю-88. Вместе со своим ведомым они успешно атаковали разведчика, с третьего захода, тот загорелся и стал падать.
Трудно было в первую блокадную осень 1941 года, когда враг подступал к осаждённому Ленинграду. Вместе со своими лётчиками он крушил вражеские орудия в районе Урицка. На охране Ладожской «дороги жизни» Беляев был командиром эскадрильи. Здесь за короткий срок он лично сам сбил три Ю-88. В апреле, когда его принимали в партию, у него было на счету пять сбитых вражеских самолётов.
В марте 1942 года он получил газету «Победа» № 5 с крупным заголовком: «Не будет пощады проклятым убийцам!». В газете сообщалось, что его сестра Клавдия Спорыхина вместе с детьми Тоней, Марусей, Колей и Серёжей были заперты фашистами в собственном доме. Потом фашисты подожгли дом, Клава и её малолетние дети сгорели вместе с домом. Фашисты были в городе несколько часов, их танки давили на дорогах людей, сжигали дома. Во многих кварталах от домов остались только трубы. Были убиты сотни стариков, женщин, детей.
Для Сергея эта весть была подобна удару молнии. В письме матери он пишет:
«Дорогая мама, я клянусь быть беспощадным к проклятым людоедам! Буду
