побережья в Нарвском заливе.
Самолёт был настолько повреждён, что не подлежал ремонту. Я получил лёгкие ушибы, а через четыре дня снова полетел на боевое задание. На моём горьком примере все лётчики сделали вывод: нельзя ослаблять бдительность в воздухе. Халатный и беспечный лётчик в воздухе-летающий труп».
Этими словами Владимир Тихомиров закончил свой рассказ.
Командир эскадрильи 12-й КОИАЭ, майор Пётр Романович Гонтарь
Большим уважением всего личного состава пользовался Пётр Романович Гонтарь. Он был командиром эскадрильи 12-го КИАП.
Родом был с Украины из села Семёновки Бервенского района Харьковской области.
В 1934 году закончил Качинское авиационное училище и был послан на Дальний Восток. Там участвовал в событиях на озере Хасан, прошёл большую лётную подготовку, мог летать днём и ночью в сложных метеоусловиях.
В начале Великой Отечественной войны он был послан на Северный флот в 20-й авиаполк. Как опытному лётчику, ему поручали сложные и ответственные задания: разведку в море в сложных метеоусловиях, сопровождение зарубежных и советских конвоев судов и так далее. В одном из воздушных боёв его ранили в ногу, пробили радиатор водяного охлаждения. Мотор сгорел. Умелыми маневрами он смог дотянуть до берега и посадить самолёт с неработающим мотором на острове Рыбачем. Его долго искали и нашли без сознания.
В госпитале лечили девять месяцев, отняли ногу до колена, а когда выписали, он не поехал к семье, Гонтарь попросился снова в авиацию. Прибыл на Балтику в 12-й авиаполк. Здесь, на протезе, он совершил 48 боевых вылетов, не раз участвовал в воздушных боях. Пётр Романович Гонтарь был примером стойкости и мужества.
Начальник штаба 12-го КИАП Майор Исаак Маркович Уманский. 1944 г.
Начальником штаба 12-го КИАП был майор И.М.Уманский. Это был умный и опытный руководитель, смелый лётчик. Он успевал руководить штабной работой и вместе с лётчиками летать на выполнение боевых заданий.
В 12-й КИАП он прибыл в конце 1944 года, проделав до этого большой и сложный путь.
В начале войны он был командиром авиаэскадрильи, которая выполняла боевую задачу по охране Кронштадской военно-морской базы.
В одном из воздушных боёв на четырёх истребителях ЛаГГ-3 с сорока вражескими самолётами И.Уманского ранили, и он спустился на парашюте на территории, занятой фашистами. Долго пробирался ночью по глухим местам и, раненый в голову, пришёл в свою эскадрилью. Потом он долго лечился, а после был направлен в суровое Заполярье. Там сформировал 20-й истребительный авиаполк. Задачи полку были сложные. Охрана Военно-морской базы, охрана морских конвоев союзных и советских судов.
Вылетали на охрану самолётов штурмовиков 27-го и 255-го авиаполков. Надо было разгромить осиное гнездо фашистов на прифронтовом аэродроме Луассари. Отсюда фашистские самолёты делали налёты на советские и союзные суда. Бой увенчался полным успехом, аэродром вместе с самолётами был стёрт с лица земли. Истребители 20-го авиаполка, капитаны Н.П.Гонтарь и Д.В.Амосов и сам командир авиаполка И.М.Уманский в воздушных боях сбили 15 вражеских самолётов.
(Из статьи В. Дерябина «Мы учились у него мужеству» в газете «Моряк Севера»).
Таких славных побед было много, об этом свидетельствуют боевые награды Исаака Марковича Уманского, два ордена Ленина, три ордена Красного Знамени, орден Красной Звезды, орден Отечественной Войны и 14 медалей.
Во время войны очень часто можно было видеть оперативного дежурного дивизии Н.Ф.Щетинкина. Многие удивлялись, когда он отдыхает. Вот об этом товарище и будет рассказ. Николай Фёдорович выпускник Ейского авиаучилища. Лётчик-истребитель, войну он встретил в гарнизоне Низино в дежурном звене пятого истребительного авиаполка. Очень часто приходилось ему вылетать на уничтожение фашистских войск под Ленинградом.
22 сентября девять самолётов И-15 вылетели на штурмовку фашистских войск под Ленинградом. Ведущим боевой пары был старший лейтенант Ю.Б.Петров, его ведомым Николай Щетинкин. Подлетая к позиции, они были обстреляны вражеской зениткой, один снаряд угодил в самолёт Петрова. Самолёт был повреждён, и Петров не мог лететь в составе группы, начал отставать. Фашисты увидели это и начали добивать самолёт Петрова многослойным зенитным огнём. Петрову угрожала смерть. Видя это, Щетинкин быстро сообразил и начал пикировать на вражеские зенитки, расстреливая их в упор. Фашистам ничего не оставалось делать, как спасаться в земляных щелях. Петров с большим трудом дотянул до своего аэродрома, его охранял от гитлеровских лётчиков ведомый Щетинкин, спасая ему жизнь. Вскоре самолёт был отремонтирован, снова Николай стал летать на боевые задания вместе со своим ведущим Ю.Б.Петровым.
29 сентября 1941 г. группа из шести самолётов И-15 вылетела на штурмовку вражеских войск в районе Пушкина. Штурмовка оказалась эффективной, боевая задача была выполнена успешно. Самолёты возвращались на свой аэродром. Николай Щетинкин посмотрел на землю и увидел автомашины, гружёные гитлеровцами. Он не мог удержаться, чтобы не атаковать эти машины, боезапас был не весь израсходован.
Злость у Николая на гитлеровцев была великая. Фашисты убили его брата, участвовавшего в Народном ополчении, постоянно обстреливали Ленинград, где жили его мать и отец. Яростные атаки сделали своё дело, много фашистов полегло от его карательных пуль. Но при отходе от цели его атаковали два Ме-109.
В течение десяти минут Николай отбивался от атак, спасала маневренность его тихоходного самолёта. В бою с фашистами он был одинок. Во время боя Николай старался приблизиться к своей территории, стрелял в фашистов, мелькавших в прицеле. Одна очередь его пулемётов была удачной, фашист вышел из боя и стал уходить со шлейфом дыма. А в это время второй самолёт атаковал Николая с противоположной стороны, ранил в обе ноги, осколок снаряда оказался в области виска, разбил очки, осколки стекла повредили левый глаз. Боль была нестерпимой, кровь заливала всю кабину. Николай потерял сознание, самолёт стал падать неуправляемым. Струя холодного воздуха освежила, и он пришёл в сознание.
Несмотря на боль, Николай выровнял самолёт и посадил на деревья. Прибежали красноармейцы, вытащили его из обломков кабины и отправили в госпиталь. Здесь ему обработали раны, ампутировали повреждённый левый глаз. Боевые друзья нашли его в госпитале, сообщили о награждении орденом Красной Звезды за уничтожение фашистских автомашин с людьми.
После лечения медицинская комиссия признала его негодным к полётам. Но нелегко лётчику проститься с небом, покинуть своих боевых друзей. Николаю казалось, что жизнь потеряла смысл. Он снова попросился в свою часть, встретил поддержку командира и комиссара эскадрильи. Чтобы поддержать его и поднять боевой дух, его стали посылать оперативным дежурным. Потом его, как отличного дежурного, стали назначать оперативным дежурным дивизии. В сложной обстановке он чётко и быстро передавал приказания на вылет, доводил поставленные задачи.
За успехи и
