хочу получить ответы на свои вопросы.
– А что это, по-твоему? – ткнул Воин пальцем в изображение Джокера.
– Идемте отсюда, – поторопила я, мне вдруг стало трудно дышать, точно из спальни выкачали весь воздух.
Через пять минут мы стояли возле машины.
– Вернетесь в Мальцево? – спросил Димка.
– Раз уж мы в городе, хочу навестить господина Молчанова, – ответил Воин. – Разобраться хотя бы с одной тайной. У меня самое подходящее настроение задавать вопросы.
– Ты с ним? – повернулся ко мне Поэт.
– Разумеется. Проводим тебя и…
– Я тебе не мальчик, – отрезал он, – и смогу за себя постоять.
Я в этом сомневалась, но торопливо кивнула:
– Извини.
Он сел в машину и уехал, а Вадим, глядя ему вслед, отметил:
– Вообще-то он воин, хоть и выглядит иногда законченным придурком. Короче, не тычь парня мордой в дерьмо.
– Я вроде бы извинилась, – начала злиться я.
– Ох уж мне эти бабьи заморочки!
– Это ты о чем?
– О том, что бабам непременно надо кого-то опекать. Сунуть в рот титьку и погладить по головке. Мол, все на свете хорошо, мой милый.
– Чего ты завелся, скажи на милость?
– Между прочим, именно этот паршивец командовал конницей возле крепости трех башен. И рубился как черт.
– Вадим, это только в твоих дурацких снах, – не выдержала я. – А здесь он абсолютно беспомощный. Да он носки в шкафу не способен найти!
– В наших снах, милая, в наших, а с носками и у меня беда. Было бы здорово, возьми ты надо мной шефство. Я встал, а носки уже у кроватки лежат. Сможешь?
– Ты намерен доконать меня сегодня?
– Блин, – пробормотал он, – хоть бы кто-нибудь под руку попался!
– Надеюсь, это будет не Молчанов. Иначе я к нему не пойду и тебя не пущу.
Молчанов – сын того самого владельца гостиницы в Мальцеве, где сейчас хозяйничала Софья. Наследник, оставшийся без наследства. Сказать по правде, он занимал меня сейчас очень мало. Думаю, так же, как и Воина. Но если в такой ситуации ничего не делать… В общем, лучше делать. Главное – следить за тем, чтобы Волошин сгоряча парня не покалечил, что было бы несправедливо и уж точно ни к чему. В такое время застать Молчанова было проще на работе. Туда мы и поехали. Он трудился в медицинском центре «Моя семья». Центр занимал отдельно стоящее здание в три этажа и выглядел очень солидно.
– Обожаю такие места, – с издевкой комментировал Воин, пока искал место на парковке. – На втором этаже лечат от болезней, которые сочинили на первом. Дяденек и тетенек с немалыми средствами деликатно избавляют от их переизбытка.
– Да ты оптимист.
– Думаешь, обирают до нитки?
– В любом случае Молчанову вряд ли перепадает особенно много, раз он работает водителем.
– Жди здесь, а я узнаю, где наш парень.
Я осталась возле машины. Вадим отсутствовал недолго. Вскоре появился в дверях и махнул рукой, предлагая следовать за ним.
Мы обогнули здание и оказались в небольшом дворе, в центре которого стояла машина с надписью «Моя семья», обе передние двери были распахнуты, из салона доносилась музыка, что-то восточно-курортное. Мужчина лет тридцати пяти сидел с закрытыми глазами, откинувшись в кресле, и, судя по всему, предавался грезам об отпуске. Вадим плюхнулся рядом с ним и захлопнул дверцу, я села сзади, мужчина потянулся вперед и, еще не придя в себя, спросил:
– Едем? – после чего стал вертеть головой в полнейшем недоумении. – В чем дело? – наконец спросил он.
– Лучше не зли меня, парень, – проворчал Вадим. – День с утра ни к черту.
– Да в чем дело-то?!
Похоже, более всего недоумение вызывало мое присутствие; собственно, мне вопрос и адресовался.
– Я вас очень прошу быть предельно искренним, – задушевно сказала я. – Потому что злить его в самом деле не стоит. И день выдался… ну полная задница.
– Вы больные, что ли?
– Я – да, – с готовностью кивнул Вадим. – Справки на все случаи жизни. Давай не будем терять время. Расскажи нам об отце.
– О моем?
– Конечно, о твоем. О моем ты вряд ли что знаешь, как, впрочем, и я. Батя твой помер, верно?
– Да… давно уже.
– А гостиницу он оставил не тебе, а любимой подруге.
– Это она вас, что ли, прислала? – нахмурился парень. – С какой стати? Я у нее что, гостиницу эту клещами вырываю?
– Вот об этом и расскажи.
– О чем?
– О том, что ты делаешь и чего не делаешь.
– Чего рассказывать? Бред какой-то… Батя с матерью развелся, когда мне было восемь лет. Алименты платил исправно, хоть и самый мизер, и пару раз заезжал на день рождения. Один раз слона привез, плюшевого. Мне уже лет десять было, и я слону страшно обрадовался. Второй раз было очень круто – велик. До сих пор на нем катаюсь. И на выпускной просто царский подарок – компьютер. Он давно сгорел, но бате я все равно благодарен. Время от времени я к нему ездил. В каникулы даже неделями жил, потом не до того стало. Между прочим, хорошо зная батю, не сомневался, что ничего в наследство не получу. Тем более что бабенка с ним жила. Ясно, что старика охмурит и все нажитое непосильным трудом оттяпает. В один прекрасный день батя и вовсе заявил, что это не баба у него, а он у нее живет. Я, конечно, удивился, потому что гостиницу эту он давно построил, а баба появилась гораздо позже. Но он мне сказал, что все ей продал, мол, в деньгах нуждался. И у них договоренность, что он до смерти своей здесь жить будет. Вот и все.
– Как все? А деньги бате на что понадобились?
– Вроде болел он. Мы с ним обнявшись не сидели, и он мне душу не открывал. Но какой ни есть, а отец. Приглашал – я ехал. Денег оставил – очень благодарен. Похоронил как положено, памятник поставил… Все по-людски.
– Что за деньги? От продажи гостиницы?
– Наверное. Гостиницу он типа за шесть миллионов продал, хотя местные сказали – лажа, она в разы дороже стоит. А оставил мне почти два миллиона. Я квартиру купил.
– По завещанию оставил?
– Нет. Он в банке счет открыл на мое имя. После его смерти мне Сонька сказала и документы отдала. Так что у нас с ней все по чесноку. Деньги-то она вряд ли бы смогла получить, но и врать из вредности не стала. Я оценил.
– И оспаривать сделку по продаже ты не пытался?
– Зачем? Мне эти суды на фиг не нужны. Адвокаты оберут до нитки, а что в
