еще раньше предстоящий штурм, они решили в дополнение к большим кислородным баллонам, вмещающим 1600 литров, захватить маленькие, 800-литровые. Дополнительный запас кислорода позволял располагать большим временем, а опыт первой связки помогал выбрать лучший маршрут, если Бенд и Браун не найдут пути к гребню. Итак, каждый нес по 2400 литров кислорода — на 800 литров больше, чем несли Джордж и Джо. Сначала включили малые баллоны.
На Сходнях восходители местами находили вчерашние ступеньки, которые оставалось лишь очистить от снега, однако по большей части приходилось вырубать новые. Вообще-то небольшой угол наклона и плотный снег позволяли подниматься с кошками, не вырубая ступеней.
Тони и Нормэн вели поочередно, и, когда наступала очередь Тони, он каждый раз спрашивал себя: «Стоит ли вырубать ступеньки или положиться на кошки?»
Осторожность восторжествовала, как это было накануне с Джорджем и Джо. Но и вырубая ступеньки, восходители продвигались быстро. Меньше чем за два часа они прошли Сходни и свернули на юго-западный фасад. Здесь Тони окликнул своего товарища: штормовка Нормэна, привязанная к нижней части станка, отвязалась. Харди стал снимать станок, при этом большой баллон выскользнул из лямок. Удар о лед открыл клапан, и баллон с шипением покатился вниз…
Пропала одна треть их запаса! Нормэн молча выключил свой аппарат и прошел несколько десятков метров без кислорода. Он двигался очень медленно. Тони догнал его и сказал:
— Возьми-ка мой большой баллон, а я обойдусь двумя маленькими.
Регулятор Стритера позволял убавлять подачу кислорода до минимума на то время, когда впереди шел Харди. Таким образом, утрата почти возмещалась.
Они поменялись баллонами и продолжали восхождение.
До западного гребня друзья шли тем же путем, что первая связка, с той лишь разницей, что в одном месте Нормэн предпочел скалам снеговой желоб. Труднее всего показалась им наклонная плита недалеко от Сходней; позже, при спуске, они вбили здесь крюк. Зубцы на гребне, казалось, нависали над ними. Самый большой достигал в высоту 30 метров — гладкая коричневая стена с вертикальными трещинами. Последовательно предпочитая лед скалам, восходители продвигались вдоль южного склона ниже гребня и несколько ниже линии, по которой шли Бенд и Браун. Вверху гудел сильный ветер, но они были надежно прикрыты горой. Правда, на солнце в пуховых костюмах было жарковато.
На высоте 6000 метров лежала сплошная пелена облаков, но выше воздух был совершенно чист. Один раз восходители заметили на Большой террасе фигурки, казавшиеся черными точками. Очевидно, это первая двойка спускалась в лагерь IV. После Сходней Стритер и Харди сделали только один короткий привал. Они шли с удовольствием, хотя приходилось спешить и экономить кислород. Весь мир простирался внизу, восходители чувствовали себя так, словно перенеслись в другую сферу.
Маршрут Джо по последней стенке узнали сразу и стали осматриваться в поисках другого варианта. Во-первых, им хотелось завершить восхождение, не снимая кошек; во-вторых, они предпочитали обойтись без помощи веревки, оставленной первой связкой. Тони подождал под трещиной, а Нормэн прошел немного вправо. За выступом он обнаружил небольшой снежный откос; по этому откосу им удалось выйти на южный предвершинный гребень в 30 метрах от вершины. Отсюда было легко пройти на площадку со стороны Непала, где побывали Джордж и Джо: дальше Харди и Стритер продолжили восхождение по маршруту своих товарищей. Только что им казалось, что до вершины еще далеко; но, как и для первой связки, цель выросла перед ними неожиданно.
12.15 — штурм занял менее четырех часов. Видимость во все стороны была хорошая, ветер стих. Они чувствовали себя бодро и не сомневались, что спуск пройдет быстро, до темноты удастся достичь лагеря V.
А пока можно было как следует, не спеша насладиться пребыванием на вершине. Сделали снимки, потом посидели — закусили, поболтали. Аппетит был лучше, чем в лагере VI. Пока Тони сменял баллон, Нормэн прошел к бреши в западном гребне, чтобы оттуда изучить северную сторону. Высшая точка северо-восточного гребня казалась неожиданно далекой, а ведущее к ней ребро — крутым и сложным. Дальше, за Близнецами и пиком Непал, простирались бурые холмы Тибета. Он посмотрел на Макалу и подумал, что в следующем году, возможно, сам будет там, а пока мысленно пожелал успеха отряду Франко. Мы не знали тогда, что эта вершина уже взята.
Быстро прошли пятьдесят пять счастливых минут. Восходители положили на снег пустой 800-литровый баллон, и Тони начал спуск.
Сперва все шло хорошо, вдруг Нормэн заметил, что Тони уклонился с пути. Стритер двигался неуверенно и явно с большим усилием. Харди догнал его: оказалось, что очки Тони сильно запотели, а его кислородный баллон, только что включенный, пуст. Где-то скрывалась незаметная щель, сквозь которую вытек газ! Теперь на весь спуск у них оставался лишь большой баллон Нормэна, израсходованный на две трети. Стритер предложил, чтобы Харди, как более опытный, шел сзади с оставшимся кислородом и страховал.
Движение сильно замедлилось. Прежде чем оставлять западный гребень, восходители остановились, и Тони сделал несколько вдохов, надев маску Нормэна. Недалеко от Сходней, на единственной трудной скале, попавшейся им за все время восхождения, Харди вбил на всякий случай крюк.
Впрочем, даже на Сходнях их ждало осложнение: ступеньки заполнились снегом, и приходилось тщательно расчищать их.
Они достигли лагеря VI в пять часов.
Глава четырнадцатая
Возвращение
Лагерь V служил связующим звеном между штурмовыми двойками и остальной частью экспедиции. 25 мая время тянулось для нас страшно медленно. Клегг, наблюдавший за восхождением в бинокль, сообщил по радио с базы, что первая двойка вышла на штурм в восемь утра. Вскоре в лагерь VI выступили Харди и Стритер, а также Уркиен и Айла Тенцинг. Затем мы проводили вниз Мэзера, Анг Норбу, Таши и Анг Тембу и остались вдвоем с Давой Тенцингом.
Из нашего лагеря не было видно, что делается наверху, а Клегг мог только сообщить, что один из шерпов на базе заболел; вершина к этому времени закрылась от него пеленою облаков. Заболел Пеми Дордже, которому так тяжело досталась
