В среду двадцать шестого числа, перейдя реку Джинава, прошли шесть курухов пути и остановились среди пустыни. В этот же день отправили тавризского посла в столицу государства, Самарканд, чтобы он доставил радостное известие, что вслед за ним ожидается прибытие августейшего, который приближается величественно, словно душа, вступающая в безжизненную форму тела, и подобно утреннему зефиру, который как бы вдыхает жизнь в тело, что его величество следует в местопребывание своего могущества и величия, к своему престолу великолепия и счастья, чтобы поэтому как можно скорее счастливые его дети, призираемые благостным взором творца, выехали ему навстречу и чтобы от пыли, поднимаемой кортежем убежища вселенной, получили бы Целебную мазь для своих счастливых очей. В тот же день мироукрасительная мысль государя приняла твердое решение, что прежде чем победоносное войско переправится через реку Дан-Дана, а равно и прежде чем глаз мира воспримет свет от света солнца, его дети, великие люди и все подданные, как не платящие Унизительной подати, так и платящие ее, удостоились бы лицезреть распространяющее свет лицо его величества. На этом основании, ударив плеткою по голове своего объезжающего мир коня, бывшего столь послушным, как дорогая жизнь, и, как быстрая Молния, пересекавшего горы, он с поспешностью помчался вперед.
В четверг двадцать седьмого числа джумади ал-ахира, выкупив в обратный путь, прошли шесть курухов, и на окраине леса, на одном из холмов, паланкин его хаканского величества остановился. В тот же день в тех зарослях появился тигр, охотники-бахадуры и неустрашимые храбрены устроили за ним охоту. Среди эмиров храбрее всех оказался Шайх Нураддин, и со всею отвагою, быстрыми, как огонь, ударами, он одолел этого тигра и сделал его своею добычей. Тем временем принцы Пир Мухаммад-бахадур, Рустам-бахадур и эмир Сулайман-шах-бахадур прибыли из Лиха вара в августейший лагерь. Приняв участие в битвах за веру, они отсекли головы гебрам, овладели огромной добычей и по обычаю доставили ее традиционными девятками. Его величество тогда каждого состоявшего при нем на службе бахадура пожаловал лёном. В тот час благословенный взор его величества упал на одного из кушунов принца Пир Мухаммад-бахадура, которому было оказано благоволение и было пожаловано особое военное обмундирование и специальный колчан, отделанный золотом; степень его была возвышена. Мировые вожди ждут того, чтобы удостоиться одного лишь мимолетного благосклонного взгляда счастливого монарха, чтобы великое счастье осенило их положение. Государи этой эпохи внимательно наблюдают, какими наилучшими средствами им получить отличие от двора его величества, чтобы феникса их счастья он взял себе под крыло. Самый меньший по своим достоинствам человек, который окажется в поле зрения сего монарха - покорителя вселенной, получает превосходство перед царями.
В тот же день был оглашен высочайший приказ, чтобы эмиры правого и левого флангов и другие эмиры войсковых соединений направились к столице государства назначенными им дорогами. Принцы, великие эмиры, эмиры туманов и эмиры кушунов, каждый в зависимости от степени своего достоинства, удостоились отличия и пожалования драгоценными халатами и специальными головными уборами. Так как в этих пределах было место охоты, так как арена для забавы благородных была длинная и широкая и на ней находились тигры, барсы, дикие козы, олени и всякие другие дикие животные, то радость охоты вцепилась в полы царственного стремления и наслаждение ловлей диких животных привело в движение монаршее к ней желание. Несколько тысяч человек были назначены для этой охоты и посланы для устройства облавы. После того как ниспровергли в битве отважных, как львы, врагов, сели на коней, чтобы охотиться за животными. Когда могучих неприятелей, как мошек, передавили руками и ногами, тогда пожаловали охотиться. В той равнине ловкие кавалеристы победоносного войска столько набили дичи, что счетоводы не могли сосчитать, а математики оказались не в силах уподобить количество убитой дичи какому-либо числу
В пятницу двадцать восьмого числа месяца джумади ал-ахира, закончив охоту, прошли восемь курухов и остановились сред посевов местности усладительной, полной удовольствия, спокойной, подобно душе мудрого человека, среди бодрящей зелени и свежести лугов, подобных Ирему. Эту местность называют Джахан, она граничит с Кашмиром. Ночью в субботу двадцать девятого числа, выступив из Джахана и пройдя четыре куруха пути, дошли до берега реки Дандана; в тот же день перешли по мосту на другую сторону реки. При переправе войск через этот мост местные бедняки помогли войску, состоявшему из тюрков и таджиков. Эмиру Шах Малику и Джалал ал-Исламу было приказано переправить по мосту все войска.
Утром в воскресенье первого раджаба его величество выступил дальше; пройдя двадцать курухов пути, он изволил остановиться в местности Шан, которая прилегает к горе Джуд. Во второй день месяца раджаба, отправившись из местности Шан. б. т., он изволил сделать остановку в районе Кала-йи Буруджа. В тот же день, во время полуденной молитвы, отправились в дальнейший путь и вступили в степь Чул-и Джалали.
В время вечерней молитвы минут через 20 после захода солнца вышли из этой кровожадной степи. От Кала-йи Буруджа до этой остановки Чул-и Джалали было тридцать курухов. Перед этим упомянуто, почему названную степь именуют Чул-и Джалали.
Во вторник третьего раджаба, в полуденное время, кортеж покорителя мира, сопутствуемый победой и удачей и одновременно счастьем и благополучием, достиг берегов реки Синд. Группа эмиров, в. свое время оставленных в крепости Н. г. р., Пир Али и прочие эмиры кушуна, навели через реку Синд довольно хороший мост монгольского типа. В этот день его величество переправился через Синд и до полудня находился на берегу. Потом он оставил там эмира Аллахдада, чтобы тот переправил через реку победоносное войско. Ко времени полуденной молитвы прошли десять курухов и сделали остановку. В среду четвертого раджаба, что соответствует первому фарвардину, дню Науруза, его величество выступил отсюда и сделал привал в Бину. Эмиры, бывшие в пределах крепости Н. г. р., оставленные там для отражения набегов афганцев, о чем подробно уже сообщалось выше, в течение семи месяцев не имели чести безотлучно пребывать при дворе убежища вселенной, теперь в этом месте облобызали землю служения его величеству и воочию увидели свет очей счастья, исходящий из праха высочайшего порога. Они привели его величеству одну девятку коней и тысячу коров. Его величество подарил коней тем же бахадурам, а коров приказал доставить хозяйствам, у которых их отняли. Затем последовал высочайший приказ, чтобы Пир Али и остальные эмиры остались там до тех пор, пока все войска не выйдут из этих пределов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
