и коротких разговоров Ривз просит ведро, и мы направляемся к ближайшему колодцу.
Я замираю у края и наклоняюсь вперёд, вглядываясь в чёрную глубину.
— Что ты делаешь? — рычит мой муж, обхватывая меня за талию и резко отдёргивая назад. — Как маленькая.
— Там пусто. Я думала крепости нужно время… но…
— Ири, — произносит спокойно. — Крепость ждёт.
— Чего? — спрашиваю, глядя на него в упор.
Он улыбается — чуть, уголком губ.
— Нас.
Ривз протягивает руку. Я чувствую, как браслет Истинности на запястье нагревается, словно узнаёт этот жест. Когда мои пальцы касаются его — вспышка. Метки вспыхивают одновременно, и между ними проходит живая ниточка света.
Воздух дрожит. Завихряется.
— Не отпускай, — шепчет он. — Просто позволь.
Я закрываю глаза. Внутри — лёгкий трепет, как в первый день весны, когда лёд начинает таять. Я слышу, как по артериям замка идёт зов. Слышу, как ветра собираются в воронку над нами.
И тогда чувствую его магию. Ветер. Он обнимает — не кожей, не руками, а воздухом, движением, жизнью. Проникает в каждую клеточку.
Моя магия воды тянется в ответ. Сначала робко, потом — смелее. И вот уже не я одна — мы вместе. Потоки переплетаются, сливаются. Воздух и вода — вихрь и река. Сила поднимается изнутри, как дыхание после долгого молчания.
Под нашими ногами камень колодца начинает пульсировать. Трещины на нём вспыхивают синим, как жилы. Где-то внизу слышится глухой гул.
— Смотри, — говорит Ривз.
Открываю глаза.
Вода.
Она поднимается из глубин — не фонтаном, не всплеском, а как живое существо.
По всей крепости вспыхивают артефакты подачи. Один за другим оживают фонтаны — сначала у восточной галереи, потом у внутреннего сада. Где-то вдали слышится журчание, как первый вдох после долгой засухи.
— Получилось… — выдыхаю я, всё ещё не веря. — Она вернулась.
Ривз пожимает плечами, как будто это ему вообще ничего не стоило. Подходит к колодцу, опускает ведро. Лязг, бульк — и через минуту он поднимает его. Вода — чистая, прозрачная, будто из самого сердца мира.
— Ты могла бы воспользоваться шансом, — вдруг говорит он, лукаво косясь на меня.
— Какой ещё шанс?
— Сказать: «Ривз, я устала. Бросай ведро и неси меня».
— Не дождёшься, — фыркаю я, не сводя взгляда с ведра, но губы предательски тянутся в улыбку. — Хотя… ты всё равно будешь носить.
— Потому что хочу, — отвечает он просто.
Я только хмыкаю в ответ и направляюсь к замку.
Ривз несёт ведро — и вдруг неожиданно останавливается. Поднимает его повыше… и с совершенно невинным выражением лица выливает воду мне на ноги.
Я визжу — от неожиданности, от холода — а он смеётся. Тем самым смехом, который становится для меня самым родным и любимым звуком.
— Теперь-то уж точно без меня не обойтись, — ухмыляется он.
— Ты только что вылил воду. Нашу первую. Стратегически важную, — говорю я строго. — А это, между прочим, нарушение.
— У меня была веская причина, — самодовольно отвечает он. — Весёлая.
— У тебя пять секунд, — угрожаю я, складывая пальцы в магический знак, — чтобы убежать.
Ривз отставляет ведро и делает вид, что считает, но я не жду. Поднимаю струю воды прямо из ближайшей лужи. Поток взмывает, словно живая лента, обвивается вокруг него — и мягко тянет ко мне.
Он поскальзывается, смеётся, не сопротивляется. Через секунду — в моих объятиях. Его лоб касается моего, дыхание горячее.
— А может… не будем ждать до ночи? — шепчет он и смотрит в глаза.
Я улыбаюсь. Медленно. С теплом, которое невозможно остановить.
— Уже и не нужно, — отвечаю я.
Эпилог
Четыре года спустя
Я больше не просто владычица Двенадцатого — я хозяйка предприятия.
Мы поставляем очищенную воду в соседние регионы, устанавливаем артефакты подачи, восстанавливаем древние жилы. В этом деле есть и польза, и магия. Вода возвращается. Становится доступной. Живой.
Кто-то зовёт меня реформатором. Кто-то — наивной идеалисткой.
Я улыбаюсь, слыша всё это, и просто продолжаю делать своё. Мне не нужно признание. Я просто живу.
Двор утопает в солнечном свете. Фонтаны тихо журчат. Воздух — как утро после грозы: свежий, звенящий. На террасе, под сенью дерева, лежит стопка бумаг — мы с Райли рисуем карту водных линий.
Девочку, которую Ривз когда-то спас, мы так и не смогли вернуть в семью. И хотя знали её имя, глава дома — лиора Дейдра Марвелло, взявшая на себя обязательства после смерти своего мужа, лиорда Валентайна, — заявила, что понятия не имеет, кто этот ребёнок. И знать её не желает.
Райли осталась с нами. Я удочерила её, и теперь она носит мою фамилию. Она способная, очень умная, а главное — у неё тоже магия воды.
Мои мысли прерывает звук шагов. Я чувствую его раньше, чем оборачиваюсь.
Ривз.
Он идёт по дорожке, в серой униформе с расстёгнутым воротом. В руках — аккуратная коробка.
Я встаю. Позади него шагают Фехос и светловолосая девушка. Здорово, что ему удалось выжить после того самого взрыва на башне. Я узнала об этом от Ривза, но за всё это время вижу Фехоса впервые.
— Любовь моя, — Ривз целует меня в висок, протягивая коробку. Я машинально её беру. — Лиора Валентайн, сестра, приехала к Райли. Это было непросто, но наконец-то её сестра нашлась.
Я киваю с улыбкой и сжимаю коробку. Каждый раз, возвращаясь из Цитадели, он привозит мне новую пару прекрасных туфель — скоро их будет некуда ставить.
— Доброго дня, Фехос, лиора Валентайн, — приветствую я.
Райли сначала замирает, а потом срывается с места и летит с криком:
— Руби!
Я наблюдаю несколько минут, как сёстры обнимаются.
И в тот же миг с крыльца слетает трёхлетняя девочка. Лёгкая, белокурая, с янтарными глазами — солнечными, как рассвет.
— Папа! — звонко кричит она, бросаясь ему навстречу.
Ривз подхватывает её на руки.
— Ах, моя маленькая Илэя, — говорит он, улыбаясь. — Почему от тебя пахнет магией? Опять выучила новое заклинание без разрешения?
— Оно… случайно, — шепчет она виновато и прячет лицо у него на груди.
— Конечно, — качает он головой. — Всё важное в этой жизни происходит «случайно».
Я подхожу ближе, и он, не отпуская Илэю, притягивает меня к себе свободной
