подумала, что Люкка сидел ужасно тихо, наблюдая за Хлоей. Она знала своего брата, но даже она не могла разглядеть его темные мысли за сине-зелеными глазами.
– Вы все, должно быть, действительно не знаете женщин – Матиас отхлебнул из бокала. – Потому что это означает, что они уйдут отсюда возбужденными, как черти, и да, они могут представлять себе Джордан, когда будут трахать тебя, но они будут много кончать.
Она видела, что мужчины разрывались между любовью и ненавистью к этому факту, а один из них просто ненавидел его...
– Спасибо за это, – пробурчал Доминик, пригубив остатки содержимого своего бокала и усаживаясь рядом с Драго.
Танк Драго немного отодвинул свой стул в сторону, не зная, закончится ли их второй бой вничью.
Проводя руками по его груди, она успокаивала его, мгновенно успокаивая и безмолвно напоминая, что его сестра замужем и счастлива, а все остальное не имеет значения.
– Итак, чем именно занимались вчера девушки? – спросил он, с улыбкой приподняв бровь.
Мария окинула их всех дерзким взглядом, но заговорила та, которую она никогда бы не обидела – Они влезли в машину какого-то парня и набросали туда кучу блесток – сказал ему Лео.
– Вот это уже серьезное дерьмо, – прошипел ей вслед Матиас, не в силах представить, что такое может прийти в голову его драгоценному ребенку.
– Нет, это было просто так – заявила она, давая понять, что ей все ясно – Он изменил девушке с ее родной сестрой.
– Мы слышали. – Лука бросила на нее взгляд, но не выглядела слишком рассерженной.
– Интересно – Доминик взял ее подбородок пальцами, на которых теперь блестело кольцо – чья это была идея?
– Определенно, Кэт. – солгала Мария, улыбаясь и приближая свои губы к его губам.
– Фу, пожалуйста, сними комнату. Неро вздрогнул от отвращения.
– Хорошо. – Доминик поднял ее на руки, привстав – мы сделаем это.
– Наконец-то – задохнулась она, обхватывая его за шею, когда он быстро направился к двери, а она начала смеяться над его внезапной поспешностью.
Увидев, что Джордан Джеймс машет рукой, когда он поет, девушки обернулись, чтобы увидеть, как Дом торопит Марию к выходу. Они помахали ей рукой на удачу, прекрасно понимая, почему она уходит.
Мария не удержалась и крикнула сквозь музыку – Распиши мне их сиськи, Джордан!
Пятьдесят третья глава
Трахни меня из своей крови
Доминик не спускал ноги Марии с пола до тех пор, пока они не оказались в квартире. Похоже, он не доверял себе в том, чтобы нести ее по лестнице в спальню после того, как привел сюда.
Мария чувствовала это в нем. Это были не нервы, а скорее... беспокойство. Может быть? Она не была уверена, но знала, что чувствует себя более раскованно, чем он, и это не он собирался потерять девственность.
– Хочешь выпить? – предложила она.
Доминик покачал головой, его ореховые глаза не отрывались от нее и выглядели темнее, чем обычно, отчего ей отчаянно захотелось прочитать его мысли.
– Хорошо... – Мария положила пальцы на талию, раскрывая свой маленький секрет, и длинная юбка упала на пол.
Она наблюдала, как его адамово яблоко подрагивает при виде ее комбинезона с высоким разрезом, обнажающим изгиб бедра и длину бедер.
Медленно повернувшись, она направилась вверх по лестнице, давая ему возможность рассмотреть стринги на ее заднице. Мария поднималась по лестнице на каблуках, зная, что Доминик слепо следует за ней.
В ближайшем будущем Марии предстояло много брачного блаженства. А именно - в ближайшие пять минут. Когда они вошли в ее спальню, она испугалась, что он все еще не прикоснется к ней, судя по выражению его лица, что по какой-то причине он все еще боится, что его грехи перейдут на нее, даже после того, как он защитил ее единственным известным ему способом, женившись на ней.
Помогая ему и боясь, что он не станет проявлять инициативу, она спустила с плеча одну бретельку, затем другую, обнажив идеальную грудь с чашечкой "С", и медленно выпуталась из комбинезона, пока он не лег у ее ног.
Впервые стоя перед мужем без одежды, Доминик скользил взглядом по ее лицу и телу, и Мария могла поклясться, что чувствует жар его прикосновений только от одного его взгляда.
– У тебя проколот пупок? – спросил он, не отводя взгляда.
Мария кивнула, чувствуя, как в животе порхают бабочки, а муж смотрит на нее с тем же собственническим интересом, что и тогда, когда она шла к алтарю.
Сделав шаг к ней, Доминик протянул к ней трясущиеся татуированные руки и тяжело сглотнул. Это было не от слабости, а от силы, так как он старался держать себя в руках.
Инстинктивно Мария поняла, почему он сдерживается. Его страх причинить боль ей и ее душе все еще властвовал над ним, но как только его руки коснулись ее живота... он проиграл битву.
Поддавшись порыву, Доминик провел ладонями по ее плоскому животу, перешел к пупочному кольцу, а затем скользнул к груди.
Как только он провел подушечкой большого пальца по острому твердому соску, Мария потянулась к пиджаку, чтобы сорвать его.
Дом позволил ей снять пиджак, затем галстук, но как только она взялась за пуговицу на рубашке, он пальцем приподнял ее подбородок. Подняв ее шею вверх, как он любил делать, его ореховые глаза заблестели и не дали ей продолжить.
– Я позволю тебе быть следующей.
В одно мгновение Мария обнаружила, что перевернулась на спину, и легкая рука, лежащая на ее волосах, сказала ей, чего он хочет, подталкивая ее к кровати. Скользя по шелковым простыням, она выгнула спину дугой, забираясь на него сверху.
– Я мечтал об этом моменте каждую секунду каждого дня, Мария. – сказал он, убирая руку с ее головы, которую он направил на кровать, а затем провел ею по спине в одну длинную линию. – Ты позволишь мне осуществить мою мечту, и тогда я подарю тебе твою.
Мария застонала в простыни от одного только его глубокого голоса и слов. Та часть себя, которую он сдерживал, та, которую он считал греховной, вырвалась наружу.
Когда его рука коснулась ее приподнятой попки, он положил на нее вторую руку, а затем двумя руками взял ее красивые щеки, раздвигая их в стороны. – Ах, Мария, мне открывается самый прекрасный вид на твою великолепную розовую киску
