— 20 июня 1990 года Декларацию о суверенитете Узбекской ССР принял Верховный Совет Узбекистана;
— 23 июня Верховный Совет Молдавии принял Декларацию «О государственном суверенитете ССР Молдова»;
— 16 июля Верховный Совет Украинской ССР принял Декларацию о государственном суверенитете Украины;
— 20 июля Верховный Совет Северо-Осетинской АССР принял Декларацию о государственном суверенитете республики;
— 27 июля Верховный Совет Белоруссии принял Декларацию о государственном суверенитете Белорусской ССР;
— 22 августа Туркмения приняла Декларацию о государственном суверенитете Туркменской ССР;
— 23 августа Верховный Совет Армянской ССР принял Декларацию о независимости Армении;
— 24 августа Верховный Совет Таджикистана принял Декларацию о государственном суверенитете Таджикской ССР.
В августе 1990 года начался лавинообразный процесс провозглашения суверенитетов автономных образований в составе России и других союзных республик, а также отдельных регионов России. На местах принимаются решения об изменении (повышении) статуса автономных образований. Провозглашаются новые национально-государственные образования.
Принята Декларация о государственном суверенитете Карельской АССР, провозглашен государственный суверенитет Коми ССР, Татарской ССР. На юге Молдавии провозглашена Гагаузская Республика в составе Союза. Принятая Абхазией Декларация о суверенитете признана неправомочной Президиумом Верховного Совета Грузии.
В сентябре 1990 года «парад суверенитетов» продолжается. Провозглашены государственные суверенитеты Удмуртской Республики и Якутской — Саха ССР. Принята Декларация о создании Приднепровской Молдавской Советской Социалистической Республики. Провозглашен суверенитет Автономной демократической Республики Южная Осетия. Верховный Совет Грузии аннулировал это решение. Чукотский автономный округ объявил о своем суверенитете и статусе автономной республики.
При обсуждении вопроса о подходах к разработке нового Союзного договора на сессии ВС СССР 25 сентября 1990 года М. С. Горбачев заявил:
«Я — за Союз суверенных государств, обновленный союз, где бы все чувствовали себя хорошо, все народы, каждая нация реализовали свой интеллектуальный потенциал, все, что заложено в народе. Каждый народ по-своему уникален и велик. И я рассматриваю Союз суверенных государств как единое многонациональное государство»[329].
Сессия приняла постановление «О ходе консультаций и разработке концепции нового Союзного договора», в котором поддерживалось предложение Президента СССР о создании подготовительного комитета по разработке нового Союзного договора.
Итак, сделан ответный ход Горбачевым на пути развала Советского Союза. Вместо того, чтобы предпринимать хотя бы какие-то шаги по предупреждению «парада суверенитетов» (грубые действия Грузии по отмене Деклараций о суверенитете своих автономий — не в счет, хотя это уже какие-то шаги по сохранению целостности республики), он приглашает все бывшие и вновь провозглашенные суверенные государственные образования к столу переговоров для подписания нового Союзного договора. Это было с его стороны грубой политической ошибкой. Во-первых, это был шаг в сторону нарушения действующей Конституции СССР, в которой не был предусмотрен такой вариант событий, когда автономные образования, самостоятельно повысив свой статус, на равных с государствами-учредителями СССР по договору 1922 года и государствами, присоединившимися впоследствии к этому Договору, приглашались де факто к денонсированию Договора. Во-вторых, подписание «обновленного» Союзного договора задним числом узаконит де факто состоявшийся выход из состава Советского Союза шести из пятнадцати Союзных республик, не принявших участие в общесоюзном референдуме, состоявшемся 17 марта 1990 года (три прибалтийских республики, Молдавия, Грузия и Армения).
В это же время Б. Ельцин на встрече с руководством «суверенных» государств и общественностью ведет активную подрывную работу, которая, с одной стороны, способствует центробежным устремлениям прибалтов, а, с другой стороны, укрепляет веру руководства российских автономий в провозглашенный ими суверенитет, хотя это уже мина замедленного действия под единство самой России.
На встрече с депутатами Верховного Совета Латвийской Республики он заявляет: «…Мы считаем, что надо идти к развитию горизонтальных связей. Надо разрушать этот вертикальный жесткий стержень. Разрушить — и идти на прямые связи добровольных, суверенных, независимых государств, на договоры, которые не диктовались бы из Центра». — И относительно участия России в Союзном договоре — «Россия, возможно, будет участвовать в Союзном договоре. Но, мне кажется, на таких условиях, на которые Центр или не пойдет, или, по крайней мере, очень долго не пойдет. Поскольку проект, который подготовил Центр, мы считаем, не может удовлетворить Россию, а наверное, и другие суверенные государства» — далее он заверил слушателей, что заключив «горизонтальные» договоры с прибалтийскими республиками, Россия укрепит их силы в противостоянии с Центром, — «И тогда наш фронт, тот фронт, как бы обороны трех прибалтийских республик, был все-таки маловат, и напор Центр был велик. И стала рядом Россия. И Центр уже серьезно забеспокоился. Ему сейчас наступать будет трудно на эту укрепленную цепь обороны»[330].
В августе Б. Ельцин совершил поездку по Татарии, Башкирии и Приморскому краю. Побывал в Воркуте, Сыктывкаре, Свердловске, Кузбассе, на Сахалине и Камчатке. Будучи в Татарии, он так ответил на вопрос о своем отношении к объявленному государственному суверенитету республики: «Вполне нормально. Повторю еще раз, что говорил на Съезде народных депутатов при избрании (Президентом России. — А. К.): формирование доли власти должно идти снизу вверх — от города к республике. Какую самостоятельность изберет для себя Татария, ту мы и будем приветствовать»[331].
На встрече с общественностью города Уфы он заявил: «…Мы говорим башкирскому народу, народам Башкирии: возьмите ту долю власти, которую сами сможете проглотить. И мы согласимся с этой долей, с этим решением…мы просим вас, уважаемые граждане Башкирии, дать нам кредит доверия. Два года на стабилизацию, третий год — на повышение жизненного уровня»[332].
Будучи в Республике Коми, Ельцин заявил: «…Учитывая, что мы от союзной структуры отказываемся, от всех министров союзных отказываемся, все на себя берем, в России не будет этой бюрократии…»[333]
Между тем «парад суверенитетов» продолжался…
— 25 октября Верховный Совет Казахской ССР принял Декларацию о государственном суверенитете республики;
— 31 октября Верховный Совет РСФСР принял Закон «Об обеспечении экономической основы суверенитета РСФСР», объявленный затем союзными властями недействительным.
В октябре Верховными Советами автономных республик приняты Декларации о государственном суверенитете с повышением государственного статуса Башкирской ССР, Бурятской ССР, Калмыцкой ССР, Марийской ССР (Марий-Эл), Чувашской ССР. Приняты Декларации о суверенитете и статусе автономной республики Адыгея, Декларации о суверенитете и статусе автономной республики Корякского автономного округа, Декларация суверенитете и статусе автономной республики области Коми-Пермяцкого автономного округа, Декларация о суверенитете и статусе автономной республики Ямало-Ненецкого автономного округа, Декларация о суверенитете и статусе автономной республики Горно-Алтайского автономного округа, Декларация о суверенитете Иркутского региона. Наконец, 15 декабря Верховный Совет Республики Кыргызстан принял Декларация о суверенитете республики. Таким образом, к началу 1991 года практически все автономные образования России объявили о своем суверенитете и в одностороннем порядке повысили свой государственный статус
— автономные республики до уровня Союзных республик;
— автономные области до уровня автономных республик;
— автономные округа до уровня автономных республик или автономных областей.
Не объявляла о государственном суверенитете и не меняла своего статуса пожалуй только Еврейская автономная область в составе Хабаровского края (ходила шутка — из-за отсутствия в области представителей «титульной» нации).
16 октября по телевидению было передано резкое, конфронтационное выступление Б. Ельцина, которое по своей сути и формату было ультиматумом с объявлением войны Центру под предлогом непринятия им российской экономической программы перехода к рынку — «500 дней». Позже, в своих мемуарах «Записки президента», Б. Ельцин писал:
«Приближался мартовский референдум 91-го, со страшной силой прогремели события в Прибалтике. Общество бурлило.
