её объяснения по поводу злополучного пророческого полотна. Эта история явно не давала ему покоя. Он о чём-то догадывался. Он и женщина по имени Хэда что-то знали об Ариэне. И считали её опасной.
– Терпеть не могу раскрашивать чужие картины, – Ариэна состроила гримасу капризного ребёнка. – Хочется всё сделать по-своему.
– Так это была обычная дерзкая выходка? Сразу видно, что эту девчонку мало пороли. Ты же не просто раскрашивала чей-то рисунок. Это было пророчество Маттар, которое она поведала своему из6раннику.
– Лично тебе?
– Лично меня в тот день не было в городе. Но я же не единственный избранник.
– Ладно, впредь буду вести себя хорошо. Моя картина всё равно ничего не изменит. Кто я такая, чтобы спорить с Великой Аранхой?
– Верно, – улыбнулся Галиан.
В этот день они не охотились в сопровождении слуг, а просто вдвоём катались по лесу. Ариэне нравился здешний лес. Обилие хвойных деревьев напоминало ей родные края. Нравился ей и густой, заросший сад, который окружал виллу, построенную из редкого серого мрамора с чёрными и серебристыми прожилками. Здание казалось бы слишком мрачным, если бы крыша, шпили башенок, лоджии, окна и балконы не были отделаны силеритом – светлым металлом, напоминающим серебро.
На вилле имелась прекрасная 6иблиотека. Галиан не 6ез гордости показывал Ариэне дорогие старинные издания, но ещё больше он гордился своей коллекцией статуэток, которые собирал едва ли не с детства.
Он научил Ариэну игре в лосты. И не переставал удивляться той лёгкости, с какой она усваивала правила. А правил в этой игре было много. Следуя им, игроки передвигали по расчерченной на разные геометрические фигуры доске маленькие статуэтки – лосты. Каждый игрок располагал шестьюдесятью четырьмя лостами шестнадцати видов. Эти крошечные бойцы не были равноценными, и каждый из них мог передвигаться только по определённым фигурам, причём своего цвета. Побеждал тот, кто быстрее выстраивал свои лосты на противоположной стороне доски, то есть занимал территорию соперника. Нарушивший правило терял одну лосту. Желательно было привести своё войско к победе с наименьшими потерями.
– Ты слишком 6ережёшь своих бойцов, – заметил однажды Галиан. – Похоже, для тебя важней сохранить войско, чем быстрей занять половину противника. Потеря до двадцати фигур не лишает права на победу.
– Зато лишает права на звание хорошего предводителя, – сказала Ариэна.
– Поверь мне, куда важнее быть хорошим игроком.
По вечерам хозяина и его гостью развлекали неизвестно откуда появлявшиеся музыканты, мимы и танцоры. Исчезали они так же неожиданно, как и появлялись. Слуги тёмного колдуна… Живые тени, которые по его приказу превращались в людей, а потом сливались с ночною мглой…
К столу каждый раз подавали такие изысканные и необычные блюда, что Ариэне редко удавалось угадать, из чего они приготовлены. Причём все они были не только очень вкусны, но и прекрасно усваивались. Ариэна ни разу не ощутила после еды ни малейшей тяжести в желудке. Вина тоже были отменные. Ариэне нравилось состояние лёгкого опьянения, когда грусть, тревога и стыд отступали, и всё происходящее казалось не более чем увлекательной игрой, изкоторой никогда не поздно выйти.
Она встревожилась по-настоящему только в то утро, когда, проснувшись, не обнаружила на шее кулона. У Ариэны было несколько шнурков с нитью Дамеи. Собираясь на маскарад, она надела шнур с кулоном в виде сердечка из диллина. Монета Тамрана смотрелась бы совершенно нелепо в глубоком вырезе воздушного серебристого платья. Ариэна не особенно расстроилась из-за потери камня, но потеря нити означала, что она не сможет покинуть это место в любой момент. Она не сумеет отсюда улететь, если игра станет чересчур опасной. Галиан о6 этом знал. Или просто догадывался о силе её «амулета»? Пропажа кулона не была случайной. Шнурок с нитью аранхи не мог порваться – уж Ариэна-то это знала. Кулон сняли с неё, когда она спала. Изысканные вина Галиана притупили её чутьё. Возможно, он подмешивал в них какое-то колдовское зелье.
Ещё больше Ариэна встревожилась, когда однажды утром служанка сообщила ей, что хозяину пришлось отлучиться по неотложным делам.
– Мне тоже надо ехать, – сказала Ариэна. – Я хочу вернуться в город. Распорядись, чтобы после завтрака подали экипаж.
Служанка какое-то время стояла и смотрела на неё безжизненным взглядом. Потом ушла. Никакой экипаж после завтрака не подали. Ариэна вызвала к себе кучера.
– Я просила приготовить повозку. Мне нужно в город.
– Хозяин сам отвезёт тебя в город, госпожа. Когда вернётся.
– А когда он вернётся?
– Этого он не говорил.
– Но мне нужно в город. Разве хозяин не сказал, что вы должны выполнять желания его гостьи?
– Да, госпожа. Мы сделаем всё, что ты пожелаешь.
– Я желаю уехать в город.
– Господин сам отвезёт тебя в город, – произнёс слуга 6ез выражения.
«Они тут все идиоты или прикидываются?» – с раздражением подумала Ариэна.
Её с самого начала пугали эти прислуживающие Галиану живые мертвецы. Они были словно под действием каких-то чар. Слуги колдуна. Избранника Маттар, расставившего Ариэне сети. А она, как дурочка, попалась.
– Хорошо, – кивнула Ариэна. – Тогда оседлайте магала. Я хочу прокатиться верхом.
Она не была уверена, что её приказ выполнят, но на всякий случай надела костюм для верховой езды, а в лёгкий заплечный мешок, который брала с собой на охоту, положила маскарадное платье. Она не хотела оставлять его здесь.
3а эти несколько дней Галиан подарил ей целый ворох нарядов, в том числе два изящных верховых костюма. Ариэна ещё весной, беседуя с Галианом в Доме Собраний, обмолвилась, что предпочитает мужские костюмы для верховой езды. Эти и были мужские. Вернее, подростковые. Надо же, запомнил…
Как ни странно, магала для Ариэны оседлали. Она прекрасно знала, как выехать на дорогу, ведущую в Ур-Маттар, но не успела она удалиться от виллы на триста шагов, как её догнали двое всадников. Слуги Галиана.
– В лесу опасно, госпожа, – сказал один. – Нельзя отъезжать далеко от виллы. Господин велел охранять тебя.
– Я не 6оюсь леса.
– Господин велел охранять тебя, – тупо повторил слуга.
На следующий день Галиан не вернулся. Ариэна изъявила желание покататься верхом по саду в надежде улизнуть через большой пролом в стене, который заметила уже давно. Но уехать далеко ей опять не удалось. Её догнали те же двое. Ариэна была вне себя от ярости, но спорить с прислугой сочла ниже своего достоинства.
