их смерти. Мое тело покрылось холодным потом, и я задрожала под одеялами.
К тому времени, когда стало достаточно темно, чтобы рискнуть спуститься в подземелье, я почувствовала себя более похожей на саму себя. Немного пошатывающаяся, но готовая помочь Тибрису раздавать еду. Поскольку Тибрис хотел сначала осмотреть раны Асинии и Демоса, я принялась за работу, просовывая между прутьями клетки кусочки хлеба, куски мяса и украденные фрукты.
Лорел протянула руку за своей долей, наклонив голову, наблюдая за мной.
Она была на пару лет младше меня и сказала мне, что, по ее мнению, пробыла здесь по меньшей мере шесть месяцев.
— Зачем ты это делаешь? По крайней мере, когда я была помешана на железе, я не знала, насколько это плохо на самом деле.
— Ты бы предпочла, чтобы я этого не делала?
Она прищурилась, глядя на меня.
— Я хочу уйти. Но…
Я поняла. Теперь она знала реальность своего положения. И это было мрачно. Когда она не знала, чего ей не хватает, она не смела надеяться на большее. Железо делало ее слабой, ошеломленной, с ней легко справлялись стражники. Теперь ее глаза горели жаждой возмездия.
— Ешь, — пробормотала я. — И ходи как можно больше. Ты нужна нам сильной.
Она кивнула, и я закончила раздавать остатки еды, направляясь обратно к Асинии.
— Закончил дуться? — спросил Тибрис.
Я вздрогнула, замедляя шаг. Это был тон, который он чаще всего использовал, разговаривая либо с Лорианом, либо с Демосом.
Послышалось шарканье, как будто кто-то садился.
— Мое психическое состояние — не твое дело.
Голос Демоса был таким холодным, что я почти задрожала.
— В чем твоя проблема?
Тибрис никогда ничего не мог оставить в покое. Когда я злилась в детстве, он тыкал в меня пальцем, пока я не взрывалась. Тогда он смеялся. Большую часть времени его веселье заставляло меня остывать от ярости. Или, по крайней мере, убедиться, что я вместо этого направила эту ярость на него.
— Моя проблема? — спросил Демос.
— Ты нашел свою сестру. После всех этих лет.
— Она меня не знает.
— Итак, проведи с ней время.
— Тебе легко говорить. Ты вырос вместе с ней. Ты видел, как она превращается из ребенка в женщину. Ты смог быть рядом с ней. Защитить ее. Обеспечить ее безопасность.
Мое горло сжалось, и я полностью остановилась.
— Я не смог защитить ее от охранников. Наша мать пыталась и умерла за это.
— Эта женщина..
— Я знаю, что ты чувствуешь по этому поводу, — сказал Тибрис. — И я могу понять почему. Но эта женщина вырастила Приску. Она была той, кто вытирал ее слезы после ночных кошмаров. Той, кто научила ее скрывать свою силу и быть в безопасности. Моя мать может быть злодейкой в твоей истории, но она умерла, чтобы защитить нашу сестру.
Последовало долгое молчание. Наконец, Тибрис вздохнул.
— Мне нужно увидеть твое плечо.
Он издал мурлыкающий звук.
— Выглядит неплохо.
Я возобновила свои шаги, обнаружив Асинию, стоящую в своей клетке и вытягивающую ноги.
— Так приятно видеть, как ты двигаешься.
Ей все еще нужно было вернуть свой вес, но она выглядела сильнее, чем когда-либо с тех пор, как я нашла ее здесь, внизу. И она практически излучала решимость.
— Я должна быть готова бежать, если понадобится.
Я кивнула.
— У меня есть вопрос. Это о твоей… силе.
Ее губы изогнулись в слабой улыбке.
— Ты хочешь знать, что я могу сделать.
Тибрис и Демос перестали препираться, и я взглянула на них. Оба они выжидающе повернулись к Асинии.
Она закатила глаза.
— Если ты надеешься на какую-то невероятную атакующую мощь, можешь продолжать надеяться. Моя сила повышает мою точность. Я делаю невероятно аккуратные стежки.
Тибрис кивнул на это, в то время как Демос продолжал наблюдать за ней.
— Точность может значить многое. Давай вложим тебе в руку лук и посмотрим, сможешь ли ты пустить эти стрелы в полет.
Она подняла одну бровь.
— Я пыталась научиться обращаться с луком, когда это делала Приска. Я была почти такой же плохой, как она.
— Но тогда ты подавляла свою силу, не так ли? — спросил Демос.
Через мгновение она кивнула.
— Стоит попробовать, — сказала я. — Как только ты освободишься, тебе нужно начать тренироваться и посмотреть, можно ли использовать такую точность прицеливания.
Она холодно посмотрела на меня, и я поняла, что отдаю ей приказы.
— Извини.
Она просто улыбнулась.
— Все в порядке. Знаешь, иногда я едва узнаю тебя.
Я вздрогнула, и она протянула руку через решетку и схватила меня за руку.
— В хорошем смысле. Некоторые люди ломаются под таким давлением. Ты используешь его, чтобы стать сильнее.
Я подумала о Лориане и обо всех способах, которыми он подталкивал меня к тому, чтобы сделать именно это.
— Я работаю над этим.
Тибрис вышел из клетки Демоса.
— Мы здесь уже некоторое время. Нам нужно идти.
Я кивнула и сжала руку Асинии.
— Осталось недолго.
Взглянув на Тибриса, я жестом пригласила его следовать за мной. Он нахмурился, но подчинился, и мы направились к каменной лестнице. Руки на бедрах, я осмотрела ее.
Тибрис сразу понял.
— Ты думаешь, это вход в туннель.
Я подняла свой фонарь между нами.
— Мой источник настаивает, что это так.
Он закатил глаза на мой источник.
Я нахмурилась на него.
— Я была здесь каждую ночь, ища этот вход. Ты можешь сколько угодно не любить Лориана — и я не могу винить тебя ни в чем из этого, — но он помог нам с этим, Тибрис.
— Прекрасно. Думаю, я могу поблагодарить его хотя бы за это. Мне бы и в голову не пришло заглянуть сюда.
— Мне тоже. Он даже рассказал мне, как он работает.
