которую у меня не было решения. А потом ты посмотрела на меня, и я понял, что ты выживешь.
— Откуда ты мог это знать?
— Ты забываешь, что я старше и мудрее тебя.
Она закатила глаза, и я не смог удержаться от улыбки.
— В тот день в твоих глазах были не только страх и отчаяние.
Она фыркнула.
— Это правда? Скажи мне, что еще, по-твоему, ты видел.
Я схватил ее за запястье. Оно было таким маленьким в моей руке. Таким хрупким. И все же, эта женщина уже стала ближе к королю, чем любой мятежник до нее.
— Я видел пылающую ярость. Гнев и возмездие внутри тебя, которые только и ждут освобождения. Ты убила двух человек.
Она вздрогнула и попыталась высвободить руку, но я держал крепко.
— Ты боролась за свое выживание. Ты прошла через тот лес, пока не нашла меня снова. Когда я увидел тебя — и твою жалкую попытку подкрасться к нам — я так сильно захотел тебя, что пришел в ярость. Поэтому я похоронил это глубоко внутри, поклявшись никогда даже не думать о том, чтобы действовать в соответствии с этим. И тогда я понял, какой властью ты обладаешь, и, хотя я ненавидел себя за это, я почувствовал облегчение.
Ее брови нахмурились.
— Почему?
Слова было трудно произнести, но она заслуживала их услышать.
— Потому что я мог бы оставить тебя у себя на некоторое время. И я поклялся, что, даже если ты возненавидишь меня за это, я позабочусь о том, чтобы ты смогла выжить.
Она долго молчала. Затем она наклонилась и поцеловала руку, которой я обхватил ее запястье.
— Могу я спросить тебя кое о чем? — ее голос был сонным.
— Да.
— Какой силой обладают гибриды?
— Гибриды более могущественны, чем люди. Это одна из причин, почему они представляют угрозу для короля. Они быстрее оправляются от травм и болезней. Если бы ты была человеком, ты бы умерла от того яда.
При этой мысли по моим венам пробежал лед. Даже с ее гибридной кровью она была невероятно близка к смерти.
И мне потребовался весь мой самоконтроль, чтобы не убить ответственную за это женщину. Мои инстинкты побуждали меня устранить угрозу, которую она все еще представляла.
— А как насчет фейри? Насколько они могущественнее людей и гибридов?
— Фейри — это их собственные создания. Но существует так много разных типов фейри, что было бы трудно точно сравнивать их. Некоторые из них настолько долгоживущие, что они почти древние по сравнению с людьми. Они видят в людях не более чем вредителей, которых следовало искоренить задолго до того, как они стали угрозой. Я встречал фейри, которые наслаждаются людьми — не только сексуально и не для того, чтобы поесть, как любит предлагать Сабиум. Но и как друзья.
Она подумала об этом.
— Ты считаешь фейри своими друзьями?
— Некоторых из них, — честно сказал я.
— От некоторых из них я стараюсь держаться подальше, насколько это возможно. Но ты спрашивала об их силе. У большинства людей есть один дар. Одна способность. Гибриды обладают тем же, но этой единственной способностью могут соперничать с фейри.
— А фейри?
— У них есть одна главная способность, подобная гибридам. Но они также владеют различной малой магией. Простые вещи, которые людям показались бы невероятными.
Она некоторое время молчала.
— Ты такой знающий. Очевидно, ты долгое время путешествовал. На что это похоже?
Она имела в виду, каково это — быть наемником.
— Я наслаждаюсь свободой. Но это может быть… одиноко.
— Даже если Март и остальные составляют тебе компанию?
Я усмехнулся.
— Мы были вместе так долго, что почти устали друг от друга.
Она зевнула.
— Я должна вернуться в свою комнату, прежде чем усну здесь.
Я подавил свое мгновенное отрицание. Стать собственником этой женщины было бы ошибкой. Даже если бы я хотел впитать ее запах и приковать ее к этой кровати, где она была бы в безопасности.
Итак, я помог ей одеться, отвлекая ее долгими поцелуями и нашептывая предложения, пока она не рассмеялась, а ее глаза не загорелись похотью.
Затем я практически вытолкал ее из своей комнаты, прежде чем успел сделать что-нибудь глупое, например, приказать ей остаться.
Приска
Следующие два дня пролетели незаметно. Вайсер строил свои планы, а я — свои. Лориан проводил большую часть времени с королем на очередной охоте, а я проводила время, помогая Тибрису в подземелье, снова и снова обдумывая каждую часть нашего плана.
Трапезы с другими дамами стали… неловкими. Обычное место Карасели пустовало, но поскольку она привыкла сидеть рядом со мной, чтобы шептать угрозы мне на ухо, я не совсем расстроилась из-за этого. Лисвет вернулась на свое место, хотя даже она вела себя тихо.
Пелопия и Алькандре время от времени бросали на меня настороженные взгляды. Очевидно, Карасели удалось убедить их в моих интригах.
Но я едва могла сосредоточиться на них. Вместо этого я постоянно мечтала о том, как Лориан вел себя ночью. Я была права в одном, когда фантазировала о его теле — даже несмотря на то, что ненавидела его. Скорее всего, он погубил бы меня ради любого другого мужчины. И все же я не могла найти в себе сил сожалеть об этом.
В данный момент Лориан развалился рядом с королем, смеясь над чем-то, что сказал Фэрроу. Я не могла не быть очарована тем, как он превратился из наемника в принца.
Он поймал мой взгляд, и я сглотнула от жесткого блеска в его глазах. Что-то было не так. Я едва заметно кивнула ему и вернулась к своей еде.
Но я больше не могла есть.
К тому времени, когда я встретила его в его комнате, мои легкие были полны ужаса.
— Что? — спросила я, когда он открыл дверь.
Выражение его лица было серьезным, и он не сводил
