с меня глаз.
— Я только что узнал, что Сабиум засыпал туннель, ведущий на рынок.
В моих ушах прозвучал глухой рев. Лориан выругался и потащил меня дальше в комнату, затаскивая на диван.
— Мне жаль, Приска.
— Король знает о наших планах.
— Если бы он знал, мы бы все сгорели. Но, возможно, кто-то напомнил ему, что туннель все еще там и им не пользуются. Возможно, охранник заметил пыль, поднятую у входа. Или Сабиум просто всегда планировал заполнить его, и это совпадение.
— Ты не веришь в совпадения.
Он просто покачал головой.
— Ты будешь удивлена, во что я верю. Но есть и другая возможность.
Я кивнула.
— Сабиум знает, что кто-то был в его подземелье, и он расставляет какую-то ловушку.
Я встала и принялась расхаживать. Туннель был не единственным выходом. Этого не могло быть.
— Я придумаю что-нибудь еще.
— Приска.
— Это не конец.
Лориан поймал мою руку. Впервые его глаза потемнели от печали. Я отдернула руку.
— Не смотри так. Ты обещал помочь, если я найду твой амулет. Ты поклялся в этом.
Он нахмурился.
— И я выполню свою клятву. Но прямо сейчас у тебя нет плана.
— Я придумаю его.
Я попыталась говорить ровным голосом, но, судя по жалости в глазах Лориана, мне это не удалось. Он встал и убрал мои волосы за ухо. Мои глаза загорелись от нежности, и я отстранилась, не в силах вынести доброту с его стороны прямо сейчас.
— Мне нужно идти.
— Приска.
Я вышла. Поскольку туннель больше не был вариантом, как я собираюсь вызволять заключенных? Бал в День Богов был всего через четыре дня, и король явно был осторожен.
Мой разум лихорадочно перебирал возможности. Залы для прислуги соединялись с задним выходом из замка. Но любой, кто покидал территорию, все равно должен был проходить через главные ворота. Даже при том количестве, которое я практиковала в своей магии, я не могла заморозить время достаточно надолго, чтобы более трехсот заключенных прошли по мощеной дороге, ведущей к воротам.
Может быть, Вайсер мог бы организовать, чтобы мятежники украли любой транспорт, который они смогут найти, и встретили нас где-нибудь достаточно близко к замку, чтобы мы могли погрузить гибридов в этот транспорт.
Я фыркнула. Даже если бы они могли каким-то образом украсть столько, чтобы хватило на всех, каковы были шансы, что стражники не заметят сотни лошадей, экипажей и повозок, направляющихся к замку? Я видела охранников, расставленных в разных точках города. Обратила внимание на их настороженное поведение и беспорядочные обыски, на которых они настаивали. Городская стража должна была быть в состоянии повышенной готовности ко Дню Богов, особенно учитывая, что на рассвете должно было быть казнено так много заключенных.
Пустая боль поселилась у меня в животе, и я ничего не слышала из-за звона в ушах. Я уже подвела Вилу. Подвела мать Асинии. Подвела свою собственную. Я не могла подвести никого другого. Не могла позволить кому-то еще умереть из-за меня.
Я глубоко вздохнула и спрятала дрожащие руки в карманах платья. Прямо сейчас мне нужно было добраться до покоев королевы, прежде чем она заметит мое отсутствие. После моего отравления она, вероятно, уделила бы всем нам более пристальное внимание, и последнее, что мне было нужно, это чтобы она начала задавать вопросы.
Мой разум лихорадочно соображал, пока я шла к покоям королевы. Был способ освободить заключенных. Я знала, что был. Его не могло не быть.
Сегодня королеву удалили. Слуги принесли чай вместе с крошечными, идеально приготовленными пирожными, но королева смотрела в окно.
Так много жизней на кону, а я наблюдала, как королева грезит наяву.
— Все в порядке, ваше величество? — спросила Лисвет, по крайней мере, после часа нашего неестественного разговора, в то время как она игнорировала нас.
Королева слегка улыбнулась Лисвет. Но улыбка тут же исчезла, и она тяжело вздохнула.
— Мой муж в последнее время отсутствовал. Он отклонил мою просьбу о том, чтобы наш сын вернулся домой на День Богов.
Эти веснушки выделялись на ее бледном лице, когда она снова повернула голову к окну. Очевидно, это было все, что королева была готова сообщить.
— О, вам не обязательно сидеть здесь со мной весь день, — она снова вздохнула. — Поезжайте в одном из экипажей на рынок или прогуляйтесь по территории.
Ее тон был почти обвиняющим, как будто наше присутствие — по ее просьбе — было навязыванием.
Я вскочила на ноги прежде, чем слова слетели с ее губ. Она приподняла одну бровь, а я просто склонила голову.
— Благодарю вас, ваше величество.
Мадиния догнала меня в тот момент, когда мы покидали покои королевы.
— Что случилось?
— Ничего.
Она схватила меня за руку, и я покачала головой.
— Не здесь.
Мадиния последовала за мной из замка на территорию. Было выставлено даже больше охраны, чем обычно. К западу от нас, через то, что должно было составлять несколько сотен футов травы, королевские конюшни располагались рядом с обширным кирпичным зданием, где хранились экипажи.
— Мы не можем использовать туннель из подземелий, чтобы вывести заключенных.
Ужас скользнул в глазах Мадинии, когда она уставилась на меня.
— Что ты имеешь в виду? Вот как мы выбираемся.
— Больше нет. Король засыпал его.
— Что мы будем делать?
К ее чести, в словах не было паники. Казалось, это был искренний вопрос, и хмурое выражение ее лица сказало мне, что она хотела обсудить варианты.
— Я не знаю.
Мой голос сорвался. Признать такое, когда Мадиния поверила в меня…когда они все поверили в меня…
— У тебя есть какой-то план в рукаве, я знаю, что есть. Приска, я хочу помочь.
Как обычно, ее голос был надменным. Потому что Мадиния не привыкла ни о чем просить. Даже когда мы чего-то хотели от королевы, обычно спрашивала Лисвет.
Я открыла рот, чтобы
