Достижениям трех республик способствовали и всесоюзные цены на энергоносители, которые были существенно ниже тех, что существовали на мировом рынке. В Прибалтике своих энергоносителей, за исключением торфа и горючих сланцев, было недостаточно. В своем выступлении на XXIV съезде КПСС (1971 г.) первый секретарь Компартии Латвии А.Э. Восс подчеркивал: «Как известно, Латвия бедна природными ископаемыми. На ее территории нет ни железных, ни иных руд, ни каменного угля, ни нефти. Залежи торфа и водные ресурсы Даугавы — вот, по существу, и все наши богатства. Надо ли говорить, какое решающее значение в этих условиях имеет тот факт, что республика наша развивает свою экономику в едином строю с братскими советскими народами, входит в единый народнохозяйственный комплекс СССР, опирается на сотрудничество со всеми народами Советской страны при едином планировании и централизованном руководстве. Вхождение Латвии в состав Советского Союза коренным образом изменило ее экономическое положение. С этой поры она имеет гарантированную мощную сырьевую базу и неограниченный рынок для сбыта своей продукции».
Через 10 лет в своем выступлении на XXVI съезде КПСС А.Э. Восс говорил: «Мне хочется еще раз подчеркнуть тот неоспоримый факт, что без братской интернациональной поддержки и бескорыстной помощи со стороны народов Советского Союза, без надежной опоры на единый народнохозяйственный комплекс страны небольшая, веками угнетавшаяся Латвия никогда не сумела бы даже приблизиться к уровню тех достижений, которые очевидны сейчас всему миру». То же самое можно было сказать и про Литву, и про Эстонию.
Развитию Прибалтики способствовали и усиленные финансовые дотации за счет Российской Федерации и еще 2–3 союзных республик, крупные капиталовложения в развитие промышленности, сельского хозяйства, транспортной системы, жилья и многого другого. В своем выступлении на XXV съезде КПСС (1976 г.) первый секретарь ЦК Компартии Литвы П.П. Гришкявичус высоко оценил значение помощи народам Прибалтики в их развитии: «Трудящиеся республики хорошо осознают, что все наши достижения стали возможными только благодаря ленинской национальной политике нашей партии, непоколебимой дружбе советских народов, все более крепнущим отношениям их братского сотрудничества. Поистине неоценима помощь, оказываемая нам всеми братскими народами, и прежде всего великим русским народом, который своим самоотверженным трудом во имя коммунизма, щедростью своего сердца снискал любовь и уважение всех народов нашей многонациональной страны».
Если же принять на веру бесконечно повторяемое ныне в Прибалтике утверждение о том, что прибалтийские республики (а также другие союзные республики) являлись колониями, то получалось, что Советский Союз являлся самой необычной колониальной империей в мировой истории, в которой «колонии» развивались более быстрыми темпами, чем «метрополия», получали финансовые дотации за счет «метрополии», а население жило зажиточнее, чем население «метрополии».
Вопреки западной пропаганде, Эстония, Латвия и Литва отнюдь не были источниками колониальных товаров, как это обычно бывало со странами, порабощенными империалистами. Курс на ускоренное развитие промышленности, и особенно машиностроения, привел к тому, что по ряду отраслей производства прибалтийские республики вышли на передовые места в СССР. В то время как численность населения Латвии составляла лишь 0,9 % от населения СССР, на эту республику в 1989 году приходилось 22 % всесоюзного производства АТС, 58 % производства телефонных аппаратов, 17 % — радиоприемных устройств, 21 % — магнитол, 29 % — холодильных установок, 19 % — автобусов, 31 % — пассажирских магистральных вагонов, 43 % — доильных установок. Существенный вклад в экономику СССР вносили и быстро развивавшиеся промышленные производства Литвы и Эстонии.
В то же время прибалтийские республики играли значительную роль и в обеспечении населения СССР продуктами сельского хозяйства, особенно животноводства, а также рыбой. Эстония, Латвия и Литва занимали первые три места по степени энерговооруженности труда в сельском хозяйстве, существенно обгоняя соответствующие показатели по всей стране. В Литве был достигнут наивысший среди союзных республик уровень производства животноводческой продукции в расчете на душу населения. Обращая внимание на высокую производительность сельского хозяйства Эстонии, И.Г. Кэбин в своей речи на XXV съезде КПСС говорил: «Сельское хозяйство республики, где в колхозах и совхозах работает только 100 тысяч человек, продает государству более 1 миллиона тонн молока, более 200 тысяч тонн скота и птицы, почти 300 миллионов яиц и, кроме того, картофель, овощи, зерно и другие продукты. В этом проявилась сила аграрной политики нашей партии, которую настойчиво проводят в жизнь ЦК КПСС и лично Леонид Ильич Брежнев. (Продолжительные аплодисменты.)»
Если «товарищ Саахов» из известного фильма говорил, что Кавказ — это всесоюзная кузница, всесоюзная житница и всесоюзная здравница, то по схожим причинам можно было так же назвать и Прибалтику. Край славился не только своим промышленным производством и сельским хозяйством, но также развитой сферой отдыха. Такие приморские курорты, как Юрмала, Паланга, Пярну, санатории и дома отдыха в других городках Прибалтики, туристские базы трех республик были чрезвычайно популярны в СССР.
Рост производства различных промышленных и сельскохозяйственных товаров широкого потребления для всесоюзного рынка на основе постоянного повышения производительности труда, а также доходы от отдыхающих приносили немалые выгоды населению Эстонии, Латвии и Литвы, способствовали благосостоянию местного населения Прибалтики и ставили его в более выгодное положение по сравнению с остальными регионами СССР.
В этих республиках рост розничного товарооборота государственной и кооперативной торговли (включая общественное питание) с 1940 по 1982 год опережал темпы роста в СССР. В то время как эти данные для СССР показали прирост в 11 раз, для Эстонии товарооборот вырос в 13 раз, в Латвии — в 14 раз, в Литве — в 17 раз.
Социальные блага, гарантированные всем советским людям сразу же после установления Советской власти (в Прибалтике — с 1940 по 1941 год, а затем после освобождения от гитлеровской оккупации в 1944–1945 годах), расширялись, а доля затрат на многие виды коммунальных услуг в бюджете советских трудящихся (плата за которые оставалась неизменной) сокращалась по мере неуклонного роста заработной платы. Доступными были цены на железнодорожный транспорт и авиабилеты. Это позволяло многим советским гражданам ежегодно проводить свой отпуск за пределами своего местожительства, встречаться с родными, живущими вдали от них.
Как и во всех советских социалистических республиках, в трех республиках Прибалтики не было безработицы. Разница между доходами существовала, но не была слишком большой. Минимальная заработная плата была в два раза меньше средней, а максимальные заработки большинства высокооплачиваемых людей превышали среднюю плату в 2–3 раза. Минимальная и средняя заработная плата большинства работающих постоянно увеличивалась во всех советских республиках.
В 1989 году среднемесячная заработная плата в СССР составляла 240,4 рубля. По этому показателю среди союзных республик первое и второе места разделяли Эстония и Литва — 270,1 рубля, третье — Латвия — 249,9 рубля. Если среднемесячная заработная плата работников сельского хозяйства по СССР составляла 235,8 рубля, то среди союзных республик на первом месте стояла Эстония — 300,9 рубля, на втором — Латвия — 260,9 рубля, на пятом — Литва — 242 рубля. Среднемесячная оплата труда колхозников в СССР составляла 200,8 рубля. На первом месте в СССР по этому показателю находилась Эстония — 317,6 рубля, на втором месте — Латвия — 264,2 рубля, на третьем — Литва — 257,3 рубля.
К 1982 году сумма среднего вклада в сберегательных кассах советского человека равнялась 53 % средней годовой заработной платы. Каждый третий житель страны имел такие вклады. Ежегодно эти вклады продолжали расти.
О более высоком уровне благосостояния прибалтийских республик свидетельствовал и средний размер вклада в сберегательные кассы. В 1982 году Литва занимала первое место в СССР по этому показателю — 1820 рублей. После Грузии, Армении и Туркмении, занявших второе, третье и четвертое места, не в малой степени за счет производства субтропических фруктов, следовала Эстония (1398 рублей), а затем Латвия — 1260 рублей. Эти показатели были выше, чем для СССР в целом (1143 рубля) и РСФСР (1119 рублей).
Рост денежных накоплений у советских людей и одновременный рост производства потребительских товаров позволял им повысить качественный уровень своего быта. Если в 1960 году из 100 советских семей 8 имели телевизоры, 4 — холодильники и 4 — стиральные машины, то к концу 1982 года телевизоры были в 91 семье, в 89 — холодильники и в 70 имелись стиральные машины. И в этом отношении Эстония, Латвия и Литва опережали другие союзные республики. Правда, Советская страна по-прежнему заметно отставала от развитых стран мира по автомобилизации населения, но ускоренный рост производства легковых автомобилей с середины 60-х годов создавал почву для оптимизма и в этом отношении.
