Тавносу снова повезло. Повинуйся его скакун поводьям, ученый попал бы в ловушку. Из-под песка взметнулись провода и металлические захваты с зазубринами и в бешеном ритме забили по земле. К небу поднялся странный, скрежещущий вой. Из-за горизонта на зов стража что-то отозвалось.
Тавнос впился руками в гриву коня, и тот понесся вперед. Тавнос же обернулся.
Стальные прутья еще некоторое время лупили по песку, затем неторопливо спрятались туда, откуда и появились, хитроумно засыпав самих себя песком. Не прошло и минуты, как перед глазами ученого лежала столь же ровная песчаная равнина, как и до того, как он наступил на капкан.
Тавнос почувствовал, как по спине у него пробежала струйка холодного пота. Если бы устройство просто атаковало, то можно было уже не волноваться — ученый сумел ускользнуть из цепких лап машины. Но оно послало кому-то сигнал, известив, что обнаружен враг. И этот кто-то или что-то принял сигнал.
Тавнос что есть силы пришпорил коня и поскакал во весь опор к перевалу, надеясь, что больше капканов не встретится на пути.
В очередной раз оглянувшись, ученый увидел на горизонте столб пыли. Погоня, понял Тавнос и снова пришпорил коня, но когда обернулся снова, то увидел в пыльном облаке черную точку, которая, казалось, рвала пустыню на части, поднимая в небо целые барханы.
Это был механический дракон. Земля под копытами лошади пошла вверх, Тавнос краем глаза отметил выходы скальных пород, покрытые кустарниками. Он решил было спрятаться, но передумал и поскакал к перевалу. Механические драконы в большинстве были машинами неуклюжими, и пробираться по скалам им было нелегко.
Тавнос снова обернулся. Теперь он уже различил отдельные детали в корпусе монстра. Судя по всему, это была одна из последних моделей, менее угловатая, внешне более аккуратная, но ей все равно было далеко до чудовищ, которые уничтожили Кроог. Даже с большого расстояния Тавнос видел, как голова машины дергается вверх и вниз, словно сотрясаемая спазмами.
Тавнос не успел и глазом моргнуть — чудовище открыло в спине люки, и оттуда выдвинулись и развернулись крылья. Раскрывшись полностью, они начали судорожно бить по воздуху, посылая во все стороны солнечные зайчики. Сначала туча пыли увеличилась, затем исчезла — монстр оторвался от земли и набрал высоту.
Тавнос выругался и еще сильнее пришпорил коня, который перешел на галоп.
«Не успею», — подумал ученый. Летающие механические драконы уничтожили почти все воздушные отряды под Томакулом. В аргивском арсенале не было ничего, что могло бы противостоять им.
На миг Тавнос решил бросить лошадь и спрятаться, но передумал. Если ему удастся добраться до входа в узкую расщелину, с которой начинался собственно перевал, то он, вероятно, успеет доскакать до аргивской пограничной заставы прежде, чем его догонит дракон.
Он почти успел.
Тавнос не видел момента атаки, но ощутил давление воздуха в тот миг, когда дракон за его спиной вошел в пике. Раздался рев, и на его спину обрушилась волна жара.
Лошадь отчаянно заржала и оступилась, вышвырнув его из седла. Тавнос полетел вниз, закрыв лицо руками. Ему удалось сгруппироваться и приземлиться на плечо, но сила начального толчка перевернула его на бок и бросила на жесткие камни.
Главный ученый закашлялся от дыма: его лошадь горела заживо и в агонии била по воздуху ногами.
Сожалея о коне, Тавнос все же отметил, что дракон выдохнул горящую желеобразную массу. «Очередная опасность, против которой придется найти средство», — подумал он.
Тавнос взглянул вверх и увидел, что дракон набирает высоту прямо над ним, готовясь ринуться вниз. Ученый был абсолютно беззащитен, он не сомневался, что дракон следит за его перемещениями и намеревается покончить с ним второй атакой.
И тут появились птицы с железными крыльями. Казалось, дракона облепил пчелиный рой. Сначала Тавнос решил, что птицы настоящие. Но, приглядевшись, он понял, что это машины, каждая размером с человека. Они кружились вокруг дракона, пикировали на него, — словно отчаянные воробьи, решившие стаей победить ястреба.
Дракон поднял голову и нанес удар по одной из крылатых машин. Птица ловко увернулась от неуклюжей морды, по движению воздуха определив направление атаки.
Тавнос улыбнулся, несмотря на боль. Он понял, что это были за птицы и кто их построил. И кто додал строителю идею.
Птицы все кружились вокруг дракона. Тому еще удавалось держать высоту, но нападающие были быстрее него, так что ужасающие челюсти монстра, смыкаясь с громким клацанием, хватали воздух. Он изрыгнул пламя, но сумел уничтожить лишь одну птицу. Он никак не мог их отогнать, и, чтобы удержаться на лету, ему приходилось отчаянно работать крыльями.
У нападающих были острые как бритва клювы, и они сумели разрушить часть внешнего корпуса чудовища. В спине мак фава зияли дыры, на которых сконцентрировали свои атаки птицы поменьше.
На глазах Тавноса одна из таких птиц на всей скорости влетела в дыру, пробитую у точки крепления крыла дракона к корпусу. Раздался скрежет, затем звук ломающегося металла, затем небольшой взрыв. Крыло сложилось и начало убираться внутрь корпуса. Дракон зарычал, как будто бы и вправду испытывал боль, и завалился на левое крыло.
Через миг он уже камнем падал вниз. Целое крыло изо всех сил било по воздуху.
Тавнос бросился на землю и накрыл голову руками. В двухстах ярдах от него механический дракон врезался в землю. Даже на таком расстоянии Тавнос едва не изжарился — баки с горючей смесью воспламенились, и в небо поднялся разноцветный огненный шар. Когда Тавнос снова открыл глаза, на месте падения машины лежал лишь обгоревший каркас из металлических ребер. Если у дракона и был экипаж, все его члены погибли.
Металлические птицы развернулись, выстроились клином и полетели на восток вдоль перевала.
Тавнос медленно захромал им вслед, в сторону Аргива.
— Верно, механические птицы, — сказал Урза, опустошив свой любимый кубок. — И ты прав — в основе своей это та самая игрушка, что ты сработал для малыша Харбина.
— Я так и подумал, — ответил Тавнос, усаживаясь в заваленное подушками кресло, каких теперь было большинство в приемной Урзы. Правая рука ученого висела на перевязи, но в остальном бывший подмастерье был цел.
Урза уселся в кресло напротив него. Волосы Верховного Лорда-изобретателя побелели, морщины стали глубже. Со времени их последнего свидания Урза похудел, кроме того, Тавнос знал, что теперь стареющий изобретатель не может читать без очков» Тавнос машинально почесал темя — кажется, он сам начинает лысеть.
— После того как ты… попал в плен, — сказал Урза, — я зашел как-то в детскую к Харбину и вместе с ним перебрал все игрушки, что ты для него сделал. Он точно помнил, в какой последовательности ты их ему дарил, и за всеми бережно ухаживал — каждая работала как часы. И знаешь, некоторые из них придуманы просто гениально.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
