престол здесь не жили, не чувствовали обязательств, симпатий и родства с местными. По справедливости кортубинское наследство не должно достаться чужакам. Да, позиция П.П. Сатарова более оправдана и по-человечески понятна, и для Кортубина она выгодней. Пусть комбинатом распоряжается свой – кортубинец.
Жестокая борьба – непубличная (как тихое шуршание рыжих лап, роющих под землей), но порой выливающаяся на поверхность громкими эксцессами – скандалами, выстрелами, смертями. Пусть сражались не ворпани, но тоже свирепые хищники – люди. На верху маргиналов не большинство – они в самом низу, в числе кровавых исполнителей. Будущие олигархи примерно учились в советских школа и вузах, работали в трудовых коллективах, платили членские взносы, ходили на демонстрации. Хорошо чувствовали себя, даже сделали официальную карьеру при социалистическом строе. Ну, уж совсем чудесато – выступали его защитниками. Да, да, были и такие! Пристраивались на непыльную работенку. Идеологами. Людьми интеллектуальных и творческих профессий. И даже авторами Библиотечки пропагандиста и политинформатора. Больше того, писали строго научные диссертации про сложившуюся новую общность людей – великий советский народ. Швах и мав! Деды создавали советское государство, насаждали даже через насилие идеологию бескорыстия и самопожертвования, а плодами колоссальных общих жертв – общего наследства – воспользовались единичные потомки. Ну, как это?! даже если олигархи подлинно гении – а они не гении и не образец морали. Есть самое чудесатое чудо из чудес (куда до него сказочному Пятигорью!). Несправедливо. Власть и богатство одних, унижение и нищета других. Неправильно и для сказки, и для реальной жизни. У нас что сейчас?
В Кортубине олигархи – Сатаровы. Наверное, это им чего-то стоило. Наверное, немалую цену заплатили. И автор готов согласиться, что дело не только в деньгах. Даже совсем не в деньгах (предпочтительнее думать). Ведь наша история – сказка, и ее герои – сказочные. В их числе и олигархи. Не хочется делать героем такую акулу капитализма, жестокого эксплуататора, бесчувственного истукана. Звучат из недавнего прошлого проникновенные слова: – Это же наши люди! Сатаровы… Угу. Вообще, ворпаней деньги не интересуют. В смысле благ, которые за деньги можно купить. У олигархов огромные, немыслимые деньги – куда их можно потратить, чтобы стать счастливее? Вопрос… Имеются у олигархов хотелки? Вот молодой Генрих Сатаров ничуть не хотел взваливать на себя воз комбинатовских проблем. Что он приобретал? Скажете – целый мир. Власть, богатство, ощущение избранности. Попробуем разобраться.
Материальные атрибуты богатства соблазняют, но к ним быстро привыкаешь. Не замечаешь окружения. К какому бренду принадлежат вещи, их стоимость, стиль. Тут целая философия касательно высокой самооценки, ощущения уверенности и успеха в собственных глазах и мнении партнеров. Вот подишь ты! Если постоянно носишь итальянскую рубашку (любую – белоснежную, из мягкого хлопка или светло-голубую, льняную, с принтом в синюю клетку, или из натурального шелка, с перламутровыми пуговицами и др.), к ней привыкаешь точно ко второй коже. И на коже рыжие волоски вырастают не сразу. Подобострастие свиты уже не льстит, а порой и раздражает. Вчерашний друг перестает быть другом – попадает в категорию подчиненных или даже переметнувшихся к конкурентам. И даже родной (двоюродный, троюродный) брат начинает завидовать. Ведь когда-то давно, в детстве, все было общее – синяки, крапива возле забора, кусок батона с шоколадным батончиком, украденный для девочки (не своей, а брата) на соседском участке красный цветок – редивей. Теперь же целый океан счастья для одного олигарха. Дворцы, самолеты, яхты и острова, верхние строчки в рейтингах богатства и влияния, клубы для избранных, соболиные шубы, красавицы, утехи и причуды. И как Генрих пользовался этим? Построил новый особняк, переехав из старых Коммуздяков, за королем потянулась его свита. В чистом поле к югу от Кортубина, за спальным Юбилейным районом, возник элитный поселок. Однако совсем не царские палаты. Советское воспитание въелось глубоко (под кожу с рыжими волосками), вдобавок Пров Прович и Вера Васильевна не баловали наследника, и Генриху претила пышная роскошь – глядя на его дом, никак не подумаешь, что хозяин – олигарх. Еще Генрих владел столичной недвижимостью. Компания Стальинвест обзавелась в Москве офисным зданием. Бывшей жене Светлане Генрих подарил трехкомнатную квартиру в престижном районе. И больше не женился. Да, женщины появлялись, порой задерживались в Сатаровском особняке, но официальные отношения связывали только с матерью единственного сына (а теперь и с ней не связывали). Насчет же яхты как? Никак. Хозяйство у олигарха Сатарова больно ответственное и беспокойное. Не банк с вышколенными клерками, компьютерами, счетами. Не контора по импорту – экспорту. Металлургический комбинат. Царство чернины – кощеево царство. Рудники, домны, коксовые батареи, машины непрерывного литья, мартены, прокатные станы. Миллионы тонн угля и стали. И капитальная проблема модернизации старого советского производства. Тут скорее чокнешься, чем на яхте покатаешься! Генрих Прович – руководитель нового типа. По образованию экономист. Не чистый производственник, не партийный работник, а управленец, менеджер. И не отдыхал толком за минувшие годы. Вот счастье выпало олигарху Сатарову! Завидно?
Особенности и тайны удела олигархов в России автору неведомы. Кроме периода «семибанкирщины» (семибоярщины) конца девяностых (это когда группа бояр–банкиров высоко вознеслась, обходясь без царя, при избранном президенте – кстати, Михаила Романова в старину избрали на царство, как и сейчас избирают), наши олигархи точно черт от ладана бегут от публичности. Как они живут, чем дышат… Кортубинский олигарх Сатаров – не простак, душа нараспашку. Прискорбный факт – с годами катастрофично уменьшилось число людей, с кем Сатаров позволял себе откровенничать. Жизнь легла в определенное русло (его Сатаров не определял). На вершине пирамиды он один. После развода с женой Светланой и смерти отца наступило буквальное одиночество. Тяжкая ноша ответственности (говорилось же, что Сатаровы – не бесчувственные истуканы). Большинство людей не осознает, что за нас наши проблемы не решит никто (Энгру вообще не собирается решать). Только проблемы у олигарха не равны простым смертным – совершенно иного уровня. Получается не очень-то счастливо. Вы еще хотите примерить на себя участь олигарха? Генриху пришлось.
Веселый, беззаботный парень Герка Сатаров сделался хмурым и молчаливым. Прекратил бренчать на гитаре и говорить искренне – ляпать, не задумываясь. Старался быть предусмотрительным и хладнокровным – мысли свои прятать. А в умной Сатаровской голове разные мысли булькали, но они в своем большинстве не радовали (если только не радовали, то это уже хорошо). Вероятно, могла мелькнуть такая мысль, что недавно буквально раздавила одного нерядового служащего сатаровского холдинга (ТыМЗ ведь принадлежал частному холдингу, а раньше государству). И кого тяжкая мысль раздавила? Ну, теперь не Сатарова же – нет, конечно. Менеджера Виктора Пятнашкова из захолустного
