что подумает обо мне не только мама Чейза, но и сам Чейз.
Особенно о прическе.
Он прямо говорил мне, что любит мои волосы, но ему и не требовалось об этом говорить. Он всегда находил причины потрогать их, заправить мне за ухо, перекинуть через плечо, провести по ним пальцами. Не то чтобы волос больше не было. Просто они выглядели… иначе.
В дверь постучали, я вздрогнула и повернулась к ней, сдвинув брови.
Чейз никогда не стучал, так как у него был ключ.
Я посмотрела на тонкие, изящные, золотые часики на моем запястье, которые родители мне подарили в честь окончания колледжа, и поняла, что Чейз рано.
Подойдя к двери, я щелкнула засовом и потянула ее на себя, спросив:
— Ты забыл ключ?
Мои глаза поднимались все выше и выше, и я обнаружила, что смотрю на лучшего друга Чейза, Дека.
С Деком я встречалась один раз в больнице, когда туда привезли Малахию.
Поэтому тогда я была не в том состоянии, чтобы оценить все, что из себя представлял Дек.
Теперь, в отсутствии драмы, мне такая возможность представилась, и просто скажу, что здесь было что оценивать и количественно и качественно.
— Детка, — донесся до меня его низкий рокочущий голос, — прежде чем открывать дверь, ты должна спросить: кто там.
Я моргнула.
Его глаза переместились с моей прически на окрашенные в коралловый цвет пальцы ног, обратно к прическе.
Затем он пробормотал:
— Твою ж мать.
— Э-м… — пробормотала я в ответ.
Его глаза снова пробежались по мне с головы до ног, и он повторил:
— Твою ж мать.
Поэтому я тоже повторила:
— Э-м…
Казалось, он вышел из ступора, и его карие глаза обратились ко мне.
— Есть минутка?
На самом деле, по моим подсчетам, их у меня было двенадцать, но это не означало, что я пришла в восторг от того, что очень горячий мужчина, лучший друг моего парня, заявился в мой дом с неожиданным визитом.
— Конечно, — ответила я и отступила назад.
Он прошел в квартиру, заполнив ее своим ростом, мускулистым телом и копной очень длинных, густых, темных волос. Ему требовалось подстичься не две недели назад, а два месяца назад. Темные локоны завивались вокруг ушей и спускался к воротнику джинсовой рубашки, густая прядь, лежавшая на лбу, падала на глаза.
Не часто, но и не редко, мне выпадали счастливые случаи потянуть Чейза за его локоны: когда он был рядом со мной в своем грузовике, на диване и в постели. Когда я поддавалась этой прихоти, я получала одну из трех реакций. Уголки губ Чейза приподнимались, но он не отвечал на мою ласку (в грузовике). Он поворачивался ко мне и улыбался (на диване). Или был во мне и крепко целовал (в постели).
Волосы Дека заставляли пальцы чесаться не только от желания потянуть за эти локоны и завитки, но и от желания пробежаться по ним.
Несколько раз.
И не торопясь.
Я облизнула губы, когда он закрыл дверь, и направилась на кухню, спрашивая:
— Хочешь пива?
— Нет, Фэй, мой друг придет через несколько минут, так что не будем зря тратить время.
Я остановилась и растерянно, неуверенно и немного обеспокоенно посмотрела на него.
— Хорошо, — прошептала я и увидела, как его взгляд снова блуждает по мне, и это начало меня пугать.
Но тут он посмотрел мне прямо в глаза и тихо сказал:
— Не мог бы выбрать для него лучше.
— Что?
Он выдержал мой взгляд и ответил прямо.
— Ты идеальна для него. Каждый дюйм. Милая и классная. Чертовски рад за него, что он нашел тебя.
Я больше не была напугана. Или была, но в хорошем смысле.
— Спасибо, — тихо поблагодарила я, мне это очень понравилось, похоже, я получила одобрение лучшего друга Чейза.
— Детка, сегодня ничего хорошего не жди.
Я моргнула.
— Ты о чем?
— Чейз сказал мне, что вы собираетесь в Аспен. Итак, я знаю о сегодняшнем вечере. Что тебе нужно знать, так это то, что у его мамы в голове полный бардак. Что бы Чейз тебе ни говорил, дела обстоят еще хуже. Она хорошая женщина, но нездорова.
Я понятия не имела, что с этим делать. Не с тем, в чем я уже разобралась. А с тем, что он пришел ко мне в дом, чтобы рассказать это.
— Я, хм… судя по тому, что мне рассказал Чейз, я уже это поняла, — сообщила я ему.
— Не позволяй тому, что там происходит, напугать тебя, чтобы потом сбежать.
Бог мой! Что за frak?
— Э-м…
— Они знают в чем причина. Это не наследственное. Чейз в порядке. Его отец полный мудак, но морально крепкий мужчина. Он е*анутый на голову, но только потому, что мудак. Дело в ней. На семье это никак не отразилось. Какой-то химический дисбаланс. Но дело только в ней.
— О, ладно, — прошептала я.
Он шагнул ко мне.
— Что бы ты ни услышала, что бы ни увидела, что бы он ни сказал, пусть это тебя не пугает. Ни сегодня, ни в какое-либо другое время.
Это он начал меня пугать, и не слегка, а сильно.
— Дек, — мягко позвала я.
— Он нуждается в тебе, — нежно сказал он в ответ.
О, боже.
— Тьма? — шепотом спросила я.
— Что?
— Тьма, — повторила я громче. — Он говорит, в нем…
Я резко остановилась и взглянула на Дека, до меня дошло все, что сейчас происходит, и тот факт, что это было неправильно, даже если это был Дек. Так что я расправила плечи и продолжила:
— Знаешь, я… очень здорово, что ты его поддерживаешь. Я догадываюсь о причине твоего визита, ты многое знаешь о Чейзе, так как вы близки. Но тебя я не знаю, и даже если бы знала, мне было бы неловко обсуждать Чейза за его спиной. Итак, хотя твои намерения благие, я хотела бы попросить тебя закончить этот разговор.
Он смотрел мне в глаза, и это длилось, казалось, годы.
Затем он прошептал:
— Идеальная.
Я прикусила губу.
— Ты расскажешь ему, что я побывал здесь?
Я отпустила губу и мягко ответила:
— Да.
— Идеальная, — повторил он, затем направился к двери, но остановился перед ней и повернулся ко мне. — Знай, детка, если что-то между вами полетит ко всем чертям и закончится, лучшего мужчины тебе не найти. Никогда. Возможно, ты подумаешь, что найдешь, он может убедить тебя в этом, но ты не найдешь лучше. — Он сделал паузу, а затем тихо закончил: — Никогда.
С этими прощальными словами он кивнул мне, открыл дверь и исчез.
Я
