Ночь была темной, и Крисп не видел выражения лица своего названого брата. Но услышал, как у того перехватило дыхание.
— Даже если одного, нам вполне хватит. Если учесть, как они обмундированы и как владеют топорами…
— Знаю. — Крисп покачал головой. — Я все равно пойду. Может, удастся заговорить охранникам зубы? В конце концов, я вестиарий его величества. А если не удастся… Что ж, лучше умереть в бою, чем какой-нибудь гнусной смертью, которую уготовил мне Анфим. Если ты не хочешь идти со мной, благой бог свидетель, я не стану тебя осуждать.
— Я твой брат, — оскорбленно ответствовал Мавр. Крисп похлопал его по плечу:
— Верю.
Они поспешили вперед, строя и на ходу отвергая планы. Вскоре впереди замаячила темная кипарисовая роща, окружавшая святилище императора. Тропинка, извиваясь, бежала меж стволов. Терпкий запах листвы ударил Криспу в ноздри.
Не успели они вынырнуть из-под деревьев, как в окнах и открытой двери святилища ослепительной молнией полыхнула красно-оранжевая вспышка. Крисп пошатнулся, уверенный в том, что час его пробил. Глаза, привыкшие к потемкам, наполнились слезами. Как глупо, мелькнула мысль, что он все-таки опоздал.
Но больше ничего не случилось — по крайней мере сразу. Крисп услышал голос Анфима, бормочущий новое заклинание. Какое бы колдовство ни задумал Автократор, он явно его не закончил.
Мавр, стоя рядом с Криспом, протирал глаза. Но в момент вспышки он заметил то, что Крисп проглядел.
— Всего один стражник, — пробормотал юноша. Крисп сощурился, чтобы новая вспышка не застала его врасплох, и вгляделся во тьму. И действительно — у двери, освещенный парой обычных факелов, стоял одинокий халогай.
Охранник тоже протирал глаза, но, заслышав звук шагов, насторожился.
— Кто идет? — спросил он, замахнувшись топором.
— Привет, Гейррод. — Крисп старался говорить как можно небрежнее, несмотря на холодный пот, струившийся по спине. Если Анфим сказал халогаю, с какой целью пришел сегодня заняться колдовством…
Но он не сказал. Гейррод опустил свое сверкающее лезвием оружие.
— Добрый вечер тебе, Крисп, и другу твоему. — Халогай внезапно нахмурился и снова приподнял топор. — Зачем вы явились с мечом, лишь для бранной потехи потребным? — Даже когда халогай говорил по-видесски, в речи его слышался суровый и медленный ритм далекой заснеженной отчизны.
— Я должен доставить сообщение его величеству, — ответил Крисп. — А что до меча, так только дураки разгуливают по ночам без оружия. — Он отстегнул пояс и протянул его Гейрроду. — На, держи, если хочешь. Отдашь мне на выходе.
Рослый блондин улыбнулся:
— Хорошо придумано, друг мой Крисп. Ты знаешь, что значит долг. Пускай твой меч покоится здесь, пока ты не выйдешь.
Он повернулся, чтобы прислонить меч к стене. — и тут Мавр прыгнул на халогая, держа кинжал лезвием к себе. Круглый свинцовый наконечник рукоятки ударил Гейрроду в висок. Халогай со стоном рухнул на землю, мелодично звякнув колечками кольчуги.
Крисп прижал пальцы к мощной шее халогая.
— Пульс есть. Это хорошо, — сказал он, выхватив из ножен меч.
«Если мне суждено пережить эту ночь, — подумал Крисп, — халогай станет моим телохранителем». Но если бы северянин умер, Крисп никогда не смог бы доверять своей собственной страже, учитывая приверженность халогаев к кровной мести.
— Пошли! — сказал Мавр, подхватив топор Гейррода.
— Нет, погоди. Сначала свяжи его и сунь в рот кляп, — ответил Крисп.
Мавр, бросив топор, сдернул с шеи платок и разорвал пополам. Быстро связал стражнику руки за спиной, а второй половиной платка обмотал ему рот и голову. Крисп кивнул, и они вместе с Мавром, перешагнув через Гейррода, ступили в колдовское убежище Автократора.
Борьба с телохранителем не была ни долгой, ни шумной. Если повезет, подумал Крисп, они застанут Анфима врасплох, погруженным в тонкости какого-нибудь мудреного заклинания и не заметившим возни у дверей. Если повезет.
Однако император высунул голову в коридор и крикнул:
— Что там за шум, Гейррод?
При виде Криспа глаза у Автократора вылезли из орбит, а зубы обнажились в оскале:
— Ты?!
— Да, ваше величество, — ответил Крисп. — Я! — Он бросился к императору — но не успел. Анфим скрылся в комнате, захлопнув за собою дверь. Щеколда со стуком упала на место в тот самый миг, когда Крисп ударил в дверь плечом. Щеколда была массивная; Крисп отлетел назад.
Заливаясь безумным, визгливым смехом, Анфим прокричал:
— Ты разве не знаешь, что неучтиво приходить на пир незваным?
И снова забормотал нараспев заклинание. От этих звуков, хоть и приглушенных толстой дверью, волоски на руках у Криспа встали дыбом.
Он ударился в дверь всем телом; та не поддалась. Мавр оттолкнул Криспа:
— У меня есть инструмент для этой работенки! — Топор Гейррода вонзился в дерево. Мавр рубил и рубил, как заведенный. Автократор забормотал заклятия с бешеной скоростью, надеясь выиграть в этой сумасшедшей гонке, где победитель получал в награду жизнь.
Мавру удалось расшатать дверь, и они с Криспом наконец распахнули ее. В тот же миг Анфим издал победный клич, протянув навстречу врагам растопыренные пятерни. Из пальцев полыхнул огонь.
Сумей Анфим наколдовать настоящую молнию, он испепелил бы и Криспа, и Мавра. Но огненная стрела, хоть и горела, летела неспешно. Названые братья успели отпрянуть в коридор. Пламя ударилось о стенку и угасло на полу. Стена была каменная. Она не загорелась, но Крисп задохнулся от едкого дыма.
— Не хотите вернуться и поиграть еще немного, голубчики? — снова засмеялся Анфим.
— Ладно, тогда я сам к вам выйду.
Он встал в дверном проеме и выстрелил огнем. Крисп плашмя грохнулся на пол. Огненные языки промчались так близко, что он учуял запах паленых волос. «Вот сейчас, — подумал Крисп, — Анфим опустит руки и превратит меня в головешку».
Но Анфим не успел. Пока его внимание и молнии были нацелены на Криспа, Мавр метнулся к нему с халогайским боевым топором. Автократор развернулся на месте, отпугивая Мавра огнем, но самому ему пришлось нырнуть обратно в комнату.
Огненная стрела задела порубленную дверь. Дерево загорелось. Настоящие, самые обычные пламенные языки поползли к стропилам потолка.
Крисп встал на ноги.
— Ему конец! — крикнул он. — С нами обоими ему зараз не справиться, а в комнате он сгорит!
Дым становился все гуще и гуще.
— Не обольщайтесь! — донесся до Криспа голос Анфима. — Мне этот дурацкий пожар нипочем! Сейчас я приступлю к заклятию, которое с самого начала придумал для тебя, Крисп, и которое ты так грубо прервал. А когда я закончу, ты пожалеешь, что не сгорел заживо вместе со своим дружком!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
