— Нет, клянусь Фосом, я его не убивал, — ответил Крисп, начертив над сердцем солнечный круг. — Вы знаете, что недавно у нас с императором вышла ссора. — Он подождал, пока северяне кивнули, и продолжил:
— Сегодня вечером я узнал… — «Только не спрашивайте откуда», — подумал он про себя. — .. Я узнал, что он только сделал вид, будто простил меня, а на самом деле решил убить меня с помощью колдовства.
Крисп коснулся меча, висящего у него на боку.
— Да, я пошел, чтобы защитить свою жизнь, но я его не убивал. Увидев меня, он перепутал заклинание, и оно пожрало его самого. Именем владыки благого и премудрого клянусь, что это правда.
Гейррод неожиданно заговорил с северянами на их родном языке. Они послушали немного, потом принялись задавать вопросы и переговариваться — порой на повышенных тонах — между собой. Гейррод повернулся к Тугфиспу, перейдя на видесский:
— Я говорю им: будет только справедливо, если ты станешь императором, раз тот, кто им был, замышляя твою погибель, убил сам себя. Я говорю им также: я буду драться за тебя, если они скажут «нет».
Пока халогаи пререкались. Мавр встал поближе к Криспу и шепнул:
— Признаю свою ошибку. Ты был прав, поверив ему.
Крисп кивнул, наблюдая за стражами и их командиром. Иногда, как говорилось в хрониках, узурпаторы покупали поддержку императорских телохранителей, обещая им золото. Но Крисп не думал, что Твари соблазнится деньгами: подкуп, скорее всего, не вызовет у северянина ничего, кроме презрения. Крисп ждал, когда же командир заговорит. И тот наконец произнес:
— Ваше величество!
Халогаи, один за другим, эхом повторили его слова.
Теперь Крисп мог раздавать награды:
— По полфунта золотом каждому из вас, фунт — Твари и два фунта — Гейрроду за то, что первыми признали меня.
Халогаи радостно зашумели, окружили Криспа и начали пожимать ему руку обеими руками.
— А я что получу? — жалобно протянул Мавр, состроив шутовскую мину.
— Ты получишь приказ. Немедленно дуй на конюшню, оседлай Прогресса и коня для себя и возвращайся как можно скорее, — велел Крисп.
— Ну конечно! Опять свалил на меня всю работу! — возмутился Мавр — правда, возмутился уже на бегу, поскольку рысью бросился исполнять приказание.
Крисп взошел по ступеням императорской резиденции — отныне его резиденции, дошло до него вдруг, по крайней мере до тех пор, пока он сумеет ее удержать. Он чувствовал, что энергия, вызванная нервным возбуждением, начинает иссякать; стоит ему расслабиться хоть на мгновение — и все может пойти прахом. Крисп усмехнулся про себя: какое там расслабиться! В ближайшем будущем это ему не грозит.
У двери его поджидали Барсим с Тировизием. Как и халогаи, они изумленно уставились на лохмотья и грязную физиономию Криспа. Барсим показал пальцем на стражников:
— Они назвали тебя «ваше величество»! — Действительно ли в голосе евнуха прозвучало осуждение? Крисп не мог сказать с уверенностью. Притворство было второй натурой постельничих.
— Да, они назвали меня «ваше величество». Анфим мертв, — без обиняков выпалил Крисп, надеясь вызвать у евнухов более определенную реакцию. Но кроме солнечного круга, начертанного обоими над сердцем, не добился ничего. Молчание постельничих вынудило Криспа еще раз изложить обстоятельства гибели императора.
Когда он закончил, Барсим кивнул; похоже, рассказ его ничуть не удивил.
— Я и не думал, что Анфиму удастся прикончить тебя, — заметил евнух.
Сначала Крисп воспринял это просто как комплимент. Потом глаза у него округлились.
— Ты знал! — рявкнул он.
Барсим снова кивнул. Крисп обнажил меч.
— Ты знал — и не предупредил меня! Как мне расплатиться с тобой за это?
Барсим даже глазом не моргнул, глядя на сверкающую сталь:
— Подумай. А пока сходи лучше оповести императрицу Дару, что ты жив. Я уверен — она обрадуется не меньше нас.
И снова до Криспа дошло не сразу.
— Так об этом ты тоже знал? — спросил он упавшим голосом.
На сей раз кивнули оба евнуха. Крисп глянул на меч и сунул его обратно в ножны.
— Давно вы в курсе? — Теперь он уже шептал. Барсим с Тировизием переглянулись.
— Ни один секрет во дворце невозможно сохранить надолго, — заявил Барсим с ноткой самодовольства в голосе.
Крисп ошалело покачал головой:.
— И вы не сказали Анфиму?
— Если бы мы сказали, почитаемый и… Ах, простите, молю вас… ваше величество… как вы думаете, состоялся бы наш теперешний разговор? — вопросил Барсим.
Крисп снова покачал головой.
— Как мне расплатиться с вами за это? — произнес он и задумчиво ответил сам себе:
— Если я стану императором, мне понадобятся вестиарии. Эта должность твоя, Барсим!
Длинное тощее лицо евнуха не выразило ни малейшей радости, но улыбка его была чуть менее унылой, чем обычно.
— Вы оказали мне большую честь, ваше величество. Я счастлив принять ее и постараюсь оправдать ваше доверие.
— Не сомневаюсь, — отозвался Крисп. Он поспешил вперед по коридору. Прошел мимо своей бывшей двери и остановился возле той, куда входил так часто и куда лишь теперь мог войти как хозяин. Поднял было руку, чтобы негромко постучать — и передумал. В дверь своей спальни не стучат. Он открыл дверь.
Дара прерывисто вздохнула, очевидно, гадая, кто же войдет к ней в комнату. Увидев Криспа, она воскликнула: «Хвала Фосу, это ты!» — и бросилась к нему в объятия. Но даже прижимая Дару к себе, Крисп не удержался от мысли, что ее возглас вполне годился бы и для Анфима — такая фраза исключала возможность оговорки. Интересно, долго императрица подбирала слова для столь универсального выражения?
— Расскажи мне, как это случилось! — потребовала Дара.
Крисп в четвертый раз за ночь обрисовал обстоятельства гибели Анфима. Без сомнения, до восхода эту историю ему придется повторять вновь и вновь. И с каждым разом рассказ как бы отдалял от Криспа ужас пережитого. Если так пойдет и дальше, с надеждой подумал он, возможно, ему удастся забыть о том, как сильно он перепугался.
Но Дара слушала его рассказ впервые и переживала так, словно сама была в святилище вместе с ним. Когда он умолк, она снова прижала его к себе.
— Я могла потерять тебя, — прошептала она, уткнувшись лицом ему в плечо. — Не знаю, что бы я тогда делала!
«Вечером она была более уверена на сей счет», — невольно подумалось Криспу. Но он не мог ее винить за это. А ее непритворный испуг напомнил ему о собственных страхах.
— Безусловно, могла, — подтвердил он. — Не заплетись у него язык…
— Это твоя заслуга, — прервала его Дара. Криспу пришлось кивнуть. В конце концов, они с Мавром действительно загнали Анфима в угол, иначе он вряд ли допустил бы столь роковую ошибку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
