лишь положить девчонку к ним на стол. Нужно лишь… нужно её признание. Именно! Вот чего мне не хватает».
Соломон Риз глубоко вздохнул, успокаиваясь, и сел в кресло. Ему предстояло тщательно обдумать один разговор. Тот самый, с которого начнётся его следующий день в Доме Стражи.
Следователь внимательно разглядывая сидевшую напротив девушку. Айрин Роу. Девочка из Бездны. Первый Страж — говорят, это прозвище дал ей лично принц Рауль. Пятнадцать лет. Капитан Стражи. Сирота. Убийца. Преступник? Девушка не выглядела испуганной. Грязные волосы, легкий запах — от тела или от одежды, порывистое дыхание и злость в глазах — но страха не было.
«Это хорошо. Она не принимает обвинения всерьёз. Для неё всё это — почти потеха. А нет опасности — нет и защиты. Удача улыбается тебе, Риз».
— Честно сказать, решил с тобой заканчивать. Мало у меня других, в самом-то деле?
Аури едва заметно выдохнула.
— Но ты особо-то не радуйся — Соломон ткнул пальцем в девушку — Можешь сегодня домой пойти, а можешь — ещё неделю тут просидеть. Понятно? Понятно, спрашиваю?
— Да.
— Отлично, — Соломон расслабленно откинулся на спинку стула, наблюдая за Роу — Значит, сейчас на вопросы ответишь, и если меня всё устроит — на свободу. Слушаешь?
— Да.
— Всё-то с тобой понятно — тяжелое детство, смерть родителей. Бедность. Голод. Был я у твоей бабки — от такой не то, что любви, хлеба к похлёбке не дождешься.
Айрин едва заметно усмехнулась.
— Потом школа, лучшая подруга, поездка в столицу — там у кого хочешь голова закружится. И вот — барон. Добрый, щедрый. Сильный. Внимательный. Пара дней после знакомства — и ты уже предана ему душой и телом. И знаешь, Бездна с ними, с Герцогами, там и так понятно, кто им приказы отдавал. Меня вот другое интересует, — следователь подался вперёд, и Айрин нахмурилась, ожидая глупости или пошлости. «Идеальный момент» — Зачем к тебе приходил убийца Декруа?
Аури изумленно распахнула глаза, глядя на следователя. На лице девочки отразились удивление и страх.
«Попалась!»
Спохватившись, Роу опустила взгляд, но следователь чувствовал, как улыбка расползается по его лицу.
«Попалась!»
— Расскажи мне подробно про вашу беседу, — проникновенно заговорил Риз — И, клянусь Светом, я запишу тебя лишь в свидетельницы. На тебе не будет ни малейшей вины.
— Я не понимаю, — тихо произнесла Роу, не поднимая головы — О чём вы говорите.
— Но если ты промолчишь, — продолжил следователь — Я без промедления отправлю тебя к дознавателям. Они тебя искалечат, изуродуют, выпотрошат — и ты всё равно расскажешь правду.
Следователь встал со стула, обошёл стол и наклонился над девочкой.
— Я не желаю тебе зла. Я не хочу отправлять тебя к ним, понимаешь? — теперь он говорил душевно, ласково, едва ли не шептал ей в ухо — Ты не должна так мучиться. Свет Всемогущий, да к этим извергам вообще нельзя людей отправлять. Они ведь не остановятся, когда всё узнают! Они продолжат ломать тебя и резать, просто забавы рядом. А я не хочу для тебя такой участи, понимаешь? Ты же можешь продолжить жить — и жить счастливо! Ты молодая, красивая, у тебя в друзьях сам принц Митендории! У тебя вся жизнь впереди! И отдать её — за что? Айрин, посмотри на меня!
Девочка подняла глаза.
«Надо же, сколько упрямства».
— Ты понимаешь, что барону ничего не будет? Он — королевский секретарь, и сейчас — один из самых важных людей в королевстве. Он скажет, что хотел защитить тебя, скажет, что боролся против зла, скажет, что избавлял благородное сословие от грязи — и все его послушают. А вот тебя будет уже не вернуть.
Девочка продолжала молчать.
— Молчание тебе не поможет, Роу. Ты уже выдала себя. Нет ничего на Свете, что заставило бы меня просто отпустить тебя. Я получу от тебе показания — так или иначе. Будь уверена, я пойду до конца. Я не хочу, но если ты продолжишь упрямиться, то и я не остановлюсь. Если не расскажешь всё мне, клянусь Светом, ты окажешься на столе у дознавателей.
— Мне нечего вам сказать, — глухо ответила Роу.
«Упрямая. Упрямая. Ломать? Угрожать? Нет, пусть прочувствует».
— Стража! — крикнул Соломон, и дверь распахнулась.
— Заберите её обратно в камеру.
— Я начинаю готовить бумаги, Роу, — продолжил Риз, пока стражи забирали девушку — Отправлю сегодня же вечером, и у тебя останется времени до конца недели. До конца недели, слышишь? После того, как тебя заберут к дознавателям, я ничем не смогу помочь.
Он видел, как вздрогнули стражники при упоминании дознавателей, и как напряглись их плечи. Они вывели Роу, легко держа за скованные руки.
«Поддерживают» — со злостью подумал Риз, а через несколько минут ещё посетила ещё одна идея.
Выбрав из стопки несколько листов, Соломон взял их и спустился вниз, в темницы. Там он увидел столпившихся стражников, которые бурно что-то обсуждали. При виде вошедшего следователя они шарахнулись в стороны, будто стая испуганных птиц.
— Господа, — он подошел к столу и положил бумаги — Это ваши показания. Вам нужно будет расписаться — вот тут, внизу — прежде чем я отправлю их в столицу.
Стражи, обеспокоено переглянулись, кто-то побледнел, некоторые отступили ещё дальше.
— Это ещё зачем, господин следователь? — спросил один из них.
— Потому что дело против Роу приняло серьёзный оборот. Она выгораживает барона, и теперь к её допросу приступят дознаватели.
Ужас и смятение отразились на лицах стражей.
— Не волнуйтесь, — продолжил Риз — Вы — всего лишь свидетели, и ваши слова это подтверждают. Так что если Роу не захочет кого-то из вас оговорить, то вам ничего не грозит. Может, наоборот, получите благодарность за помощь.
— В Бездну такую помощь, — прошептал кто-то из стражей.
— Как бы то ни было, найдите листы со своим именем, прочтите и поставьте внизу роспись.
Стражи с опаской, не торопясь, потянулись к столу. Беря лист, они тщательно вглядывались в написанное на нём имя, и, либо откладывали в сторону и тянулись за новым, либо брались за перо и расписывались. Тем временем Риз смотрел в сторону темниц, желая узнать, какое впечатление произвел на Роу. Но тут его внимание привлёк громила в клетке напротив. Вцепившись в решетку, он с улыбкой произносил угрозы, глядя на камеру Роу. Прислушиваясь к ним, Соломон осторожно подошёл ближе. Заключенный умолк, с неприятной усмешкой глядя на следователя.
— Не боишься? — обратился к нему Риз.
— А? Чего? — переспросил здоровяк.
— Ты сказал, что хотел бы с ней в одной камере остаться. А не боишься с такой —
