этим движением[1062]. В июне Секретарь Русского Студенческого Христианского движения в Западной Европе докладывал о деятельности движения[1063].
В декабре преподаватели Софийской духовной семинарии Ст. Петков и Иоанн Виноградов прислали свои отзывы о Всемирном Христианском студенческом движении и Союзе Христианской молодежи, которые были переданы на рассмотрение члену Синода архиепископу Феофану для доклада Собору архиереев в связи с общим докладом об YMCA. Однако архиепископ Феофан увидел «зловредную деятельность» организации YMCA и требовал воспретить иерархам сотрудничество в прессе этой организации[1064].
Проблема единства движения обострилась после церковного раскола, который произошел на Карловацком Архиерейском Соборе в 1926 г. Раскол стал следствием острого конфликта между митрополитом Евлогием (Георгиевским) и большинством архиереев. Собор вынес осуждение движению и его миссионерской работе, что разрушило надежду многих его участников найти в церковных иерархах мудрых и ответственных пастырей и тем самым углубило расхождение между различными течениями в РСХД.
С момента зарождения РСХД довольно сильными были настроения за подчинение движения непосредственно епископам и преобразование его в Союз православных братств. В связи с этим, однако, вставал вопрос, сможет ли тогда движение сохранить свое единство. Это была главная проблема, которую обсуждали представители русских студенческих христианских кружков из Франции, Англии, Бельгии, Германии, Чехии, Сербии, Болгарии, Польши, Эстонии на IV общем съезде РСХД в сентябре 1926 г. в Бьервилле (Франция). Сторонники подчинения движения Церкви и преобразования его в Союз православных братств П. С. Лопухин и Н. А. Клепинин горячо защищали свою позицию. Они предлагали, чтобы каждый кружок «искал окормления у местного епископата», а движение в целом раз в год посылало бы отчеты о своей работе Зарубежному Синоду для информации. Они настаивали также на замене в названии движения слова «христианское» на «православное». В результате долгой дискуссии было достигнуто паллиативное решение: оставить прежнее название, дополнив его в скобках: «объединение православных братств и кружков»[1065].
С самого начала РСХД не подчинялось юрисдикции какого-либо патриарха, митрополита или епископа. Такая позиция вызывала недовольство Синода в Сремских Карловцах.
«Их непримиримость была вызвана также тем, что РСХД отказывалось от непосредственного контроля со стороны упомянутого Синода. В отличие от них, церковная иерархия и прежде всего митрополит Евлогий оказали движению поддержку и покровительство, согласившись с желанием видеть в церковном начальстве наставников, а не диктаторов»[1066], – пишет исследователь.
В свою очередь Архиерейский Синод в «Церковных ведомостях» обвинял митрополита Евлогия в том, что на студенческом съезде в Клермоне он не стеснялся принимать похвалы в свой адрес и даже титул Главы Русской Православной Зарубежной Церкви.
На заседаниях Архиерейского Синода в течение 1926 года неоднократно рассматривались заявления представителей русской эмиграции, в которых выражалось их мнение о деятельности Союза христианской молодежи, а также о предполагаемом открытии богословского института в Париже.
Так, в мае 1926 года (в протоколе заседаний ошибочно – 1925, вписано от руки) на обсуждение Архиерейского Собора были переданы заявления: 1) генерала Н. С. Батюшина и протоиерея В. Востокова, 2) группы лиц, проживающих в Сербии, и 3) группы лиц, проживающих во Франции, «о вредной деятельности Союза христианской молодежи и с протестом против предполагаемого открытия в Париже Духовной Академии»[1067]. Позже тот же генерал Н. С. Батюшин обратился с просьбой о разрешении лично доложить о деятельности Общества христианской молодежи. Снова решение передавалось на усмотрение Собора[1068]. Летом были заслушаны обращения Президиума Совета Русского Патриотического Общества в Великобритании, бывших членов Высшего Церковного Управления за границей протоиерея В. Востокова и генерала Н. С. Батюшина, а также А. Щеглова «о зловредном направлении в Парижском Богословском Институте и Союзе Христианской Молодежи». И вновь все это передавалось на суждение Собора[1069], равно как и доклады члена Синода архиепископа Феофана и других мирян о богословском институте в Париже[1070].
В первом номере «Церковных ведомостей» за 1926 год было помещено Определение Архиерейского Синода РПЦЗ: 1. От 27 ноября / 10 декабря 1926 г. О Богословском институте в Париже. Был заслушан Устав института – с этим требованием обращался ранее Архиерейский Синод к митрополиту Евлогию.
На основании бывших суждений постановили: «Не утверждая устава православного Богословского института в Париже и состава преподавателей его, Архиерейский Синод определяет: образовать под председательством Высокопреосвященного Архиепископа Феофана особую комиссию для изменения устава названного института в духе российских православных духовных академий и по окончании трудов этой комиссии иметь окончательное суждение об утверждении устава института и преподавательского состава, предварительно затребовав отзыв от Парижского Епархиального Начальства».
В № 13–14 была опубликована заметка: «Собор Архиереев Русской Православной Церкви заграницей» (продолжение). В ней говорилось:
Организации YMCA и YWCA Собор признал масонскими и антиправославными. Обсуждая вопрос о богословском институте в Париже, Собор отметил, что благословение ему будет преподано после предоставления его устава Архиерейскому Синоду.
В № 15–16 были помещены Определения Собора архиереев, среди них доклад архиепископа Феофана о Союзе Христианской Молодежи (YMKA) и обращение Бюро Съезда русского христианского студенческого движения на имя Собора архиереев. В Определении говорилось:
После продолжительного обмена мнениями Архиерейский Собор, на основании бывших суждений, постановили: 1) Относительно Американских интерконфессиональных организаций YMCA и YWCA (Союз христианской молодежи и Всемирная христианская студенческая федерация) подтвердить постановление Русского Всезаграничного Церковного Собора 1921 года в Сремских Карловцах; признать эти организации явно масонскими и антихристианскими, и потому 2) не разрешать членам Православной Церкви организовываться в кружки под руководством этих и подобных им неправославных организаций или быть в сфере их влияния».
В Постановлении XVI читаем следующее:
Архиерейский Собор слушали: обращение Бюро Съезда русского христианского студенческого движения в Западной Европе на имя Собора Архиереев Русской Православной Церкви заграницей, с выражением преданности и с просьбою о духовном руководительстве сим движением. Постановили: Благословить и взять под свое покровительство и руководство все православные студенческие кружки, которые в своем уставе официально и определенно называют себя православными, устраивают свою внутреннюю и внешнюю жизнь в полном согласии с началами Св. Православной Церкви, находятся в непременной зависимости и под руководством православной иерархии или лиц, облеченных ее доверием, и без ее благословения ничего существенного и значительного не делают.
В № 17–18, продолжая печатать постановления Собора, журнал также уделил внимание вопросу «о Богословском училище в Париже».
1) Архиерейский Собор признает, что Богословский институт в Париже должен находится в высшем ведении Архиерейского Синода и им должен утверждаться устав его и назначаться учебный персонал.
2) Собор Архиереев может благословить и утвердить открытие названного института лишь в том
