не оставалось ни малейших сомнений в том, что она мертва.
Без пяти минут десять Йоке и его приятель вошли в управление полиции девятого округа на Сурбруннсгатан. Несвязно и испуганно они выдавливали из себя то, что видели в Ванадислундене, а дежурный, старший полицейский ассистент Гранлунд, терпеливо слушал. Спустя десять минут Гранлунд с четырьмя полицейскими уже были на месте.
Не более двенадцати часов назад двое из четырех полицейских были недалеко отсюда, в месте, где произошел очередной грабеж из серии нераскрытых преступлений. Поскольку между нападением и тем моментом, когда об этом заявили в полицию, прошел почти целый час, все исходили из того, что грабитель давно успел укрыться в безопасном месте. Как следствие, не произвели подробный осмотр окрестностей и теперь не могли с уверенностью сказать, лежало ли уже там в это время тело ребенка или нет.
Все пятеро полицейских констатировали, что девочка мертва и, очевидно, насколько они как неспециалисты сумели определить, умерла в результате удушения, следовательно, вероятнее всего, была убита. Больше ничего в этот момент они сказать не могли.
Теперь они ждали людей из криминальной полиции и экспертов, и их главная забота состояла в том, чтобы отгонять любопытных и зевак.
Гранлунд осмотрел место преступления и подумал, что криминалистам будет нелегко. После того как труп оказался здесь, шел долгий и сильный дождь. Но зато он догадывался, кто эта девочка, и оттого, что знает это, не испытывал ни малейшей радости.
Дело в том, что вчера вечером в одиннадцать часов в управление полиции обратилась испуганная мать и потребовала, чтобы полиция нашла ее дочь. Девочке восемь с половиной лет. Около семи она ушла на улицу играть, и с тех пор ее никто не видел. Из девятого округа немедленно сообщили в криминальную полицию, и все патрули получили подробное описание девочки. Полиция проверила отделения «скорой помощи» во всех больницах города.
К сожалению, описание совпадало даже чересчур.
Насколько Гранлунд знал, пропавшую девочку никто не нашел. Кроме того, она жила на Свеавеген недалеко от Ванадислундена. Так что никаких сомнений не было.
Он думал о родителях девочки, представлял себе, как они сидят дома и тревожно ждут, и тихонько молил Бога, чтобы тем, кому придется сообщить им правду, был не он.
Когда наконец приехали люди из криминальной полиции, Гранлунду казалось, что он уже целую вечность стоит на солнцепеке возле мертвого детского тельца.
Как только эксперты начали работать, он ушел. Вернулся в управление девятого округа. Мертвая девочка по-прежнему была у него перед глазами.
7
Когда Кольберг и Рённ приехали на место преступления в Ванадислундене, все пространство вокруг водонапорной башни уже было наглухо перекрыто. Фотограф закончил работу, а врач как раз проводил первый беглый осмотр трупа.
Земля была все еще влажной, единственные видимые следы возле тела были свежими и, очевидно, принадлежали тем мужчинам, которые его обнаружили. Деревянные башмачки девочки валялись на склоне неподалеку возле красного дощатого забора.
Когда врач закончил осмотр, Кольберг подошел к нему и сказал:
– Ну?
– Задушена, – ответил врач. – Нельзя исключить и другую форму насилия. – Он пожал плечами.
– Когда?
– Очевидно, вчера вечером. Надо выяснить, когда она ела последний раз и что…
– Да, знаю. Как ты думаешь, это произошло здесь?
– Не вижу ничего, что бы этому противоречило, – ответил врач.
– Да, – кивнул Кольберг. – Черт возьми, тогда, должно быть, лило как из ведра.
– Гм, – произнес врач и пошел к своему автомобилю.
Кольберг оставался там еще около получаса, а потом поехал на патрульной машине девятого округа в управление на Сурбруннсгатан.
Комиссар сидел за письменным столом и изучал какое-то дело, когда к нему вошел Кольберг. Он поздоровался, отложил бумаги в сторону и показал на стул. Кольберг сел.
– Мерзкое дело.
– Да, – сказал комиссар. – Нашли что-нибудь?
– Насколько мне известно, пока ничего. Все смыл этот дождь.
– Когда, по-твоему, это произошло? Вчера вечером там было ограбление. Я как раз читал рапорт о нем.
– Ну, этого я не знаю, – ответил Кольберг. – Очевидно, время смерти мы установим, когда сможем ее увезти.
– Думаешь, это мог сделать один и тот же человек? Может, девочка случайно что-то увидела или нечто в таком роде?
– Если она изнасилована, то это вряд ли сделал тот же самый человек. Грабитель, да еще к тому же сексуальный маньяк-убийца – это уж чересчур для одного человека, – неуверенно произнес Кольберг.
– Изнасилована? Это тебе сказал врач?
– Он не исключил такой возможности.
Кольберг вздохнул и потер подбородок.
– Те парни, которые везли меня сюда, сказали, что вы знаете, кто она, – пробормотал он.
– Да, – подтвердил комиссар, – похоже на то. Минуту назад здесь был Гранлунд, он опознал ее по фотографии, которую нам сюда вчера принесла ее мать.
Комиссар открыл папку и протянул Кольбергу любительский снимок. На фотографии стояла девочка, которая теперь лежала мертвая в Ванадислундене, она прислонилась к дереву и смеялась, щурясь на солнышко. Кольберг кивнул и возвратил снимок.
– Ее родители знают, что…
– Нет, – сказал комиссар.
Он вырвал из блокнота на столе верхний лист и протянул его Кольбергу.
– Фру Карин Карлссон, Свеавеген, восемьдесят три, – вслух прочел Кольберг.
– Ее звали Ева, – сказал комиссар. – Лучше всего, если туда кто-нибудь… Если ты туда зайдешь. Прямо сейчас. До того как они узнают это из других источников, что было бы еще хуже.
– И без того уже достаточно плохо, – вздохнул Кольберг.
Комиссар серьезно посмотрел на него, но промолчал.
– Вообще-то, я думал, что это твой округ, – заметил Кольберг, но тут же встал и добавил: – Ну хорошо-хорошо, я уже иду. Кто-то ведь должен это сделать. – В дверях он обернулся и добавил: – Меня вовсе не удивляет, что у нас в полиции не хватает людей. Надо быть чокнутым, чтобы решить поступить на службу в полицию.
Автомобиль он оставил возле церкви Святого Стефана, поэтому решил пойти пешком на Свеавеген. Кроме того, ему все-таки нужно было время, чтобы собраться с силами, прежде чем встретиться с ее родителями.
Светило солнце, и после ночного дождя не осталось никаких следов. Кольбергу стало нехорошо при мысли о, мягко говоря, удручающем задании, которое ему предстояло выполнить. Ему не впервые приходилось выполнять подобную миссию, но, когда дело касалось ребенка, он страдал еще больше, чем всегда. Если бы здесь был Мартин, думал он, у Мартина такие вещи получаются намного лучше, чем у меня. Однако потом он вспомнил, как подавленно выглядит его друг в ситуациях такого рода, и подумал: что ж, это для каждого одинаково тяжело.
Дом, в котором жила девочка, стоял чуть наискосок от Ванадислундена в квартале между Сурбруннсгатан
