— Я глубочайше прошу у вас прощения, — в пояс поклонился он.
Мы сидели во дворе и ждали, пока Аниш не приготовит завтрак. В качестве ингредиентов он использовал птичьи яйца, непонятно только, откуда их достал.
— Ахана будет наказана, как только вернётся в Изначальный Мир.
Я задумчиво смотрел на мужчину. Приятная внешность, одет в серую кофту с длинными рукавами и чёрные брюки. На боку ножны с кинжалом. Вроде бы — обычный человек. Но от его движений, взгляда и слов исходит необычная, завораживающая энергетика. Впервые за две жизни встретил такого харизматичного человека.
— Вы же Ханш Хатри? Тот самый? — вдруг спросила Джао.
Я только сейчас заметил, что она не сводит восхищённого взгляда с индийца.
— Это я, — мэр тепло улыбнулся. — Рад, что меня ещё помнят.
— Да вы же легенда! — воскликнула Джао, вскочив. — Вы же легенда кино! Не могу поверить, что вижу вас вживую… Можно пожать вам руку?! Ваши фильмы…
В глазах Джао заблестели слёзы.
— Они помогли мне пережить самые сложные периоды жизни! Когда умер мой первый муж, я думала покончить с собой. И только фильм “Пока мы вместе” помог мне справиться с этими мыслями. А “Моё имя Хатри”? Это же легенда!
Я удивлённо смотрел на Джао, которая говорила, говорила и говорила. Из её глаз текли слёзы, она крепко сжимала руку индийца и перечисляла его фильмы, искренне благодаря за них. Ханш Хатри с доброй улыбкой слушал её, поглаживая по тыльной стороне ладони.
Я поднялся и попытался вспомнить Ханша Хатри. Но в голове были только очень смутные образы — индиец погиб в первый год после Затмения, но вот деталей я не помню. Мутная история, его вроде люди убили, а не звери.
— Владислав, — Ханш повернулся ко мне. — В качестве извинений мы готовы предоставить Синдикату личное здание внутри поселения. Оно будет принадлежать только вашей группе.
— И вы согласны подкрепить свои слова юридическим договором? — заинтересовался я.
— Конечно, — кивнул мэр. — Пока мы такого не делали, но всё бывает в первый раз. Моих полномочий хватит.
— Садитесь, попробуйте еду нашего повара, — с улыбкой предложил я.
Каждое поселение в Изначальном Мире вскоре будет поделено между разными странами, родами и организациями. И даже небольшое здание в популярном поселении сможет генерировать огромную прибыль. Но времени прошло пока слишком мало, всё впереди.
— С гордостью приму ваше предложение, — Ханш сел рядом. Джао опустилась возле него, она уже перестала плакать, но и не отходила далеко от своего кумира.
— А какой у вас цвет татуировки? — спросил Ван Болай. Джао кинула на него хмурый взгляд.
— Оранжевый, — улыбнулся Ханш Хатри, закатав рукав. На запястье ярко выделялся треугольник с точкой на вершине; индиец — Слабый Эвольвер. Оно и понятно — другие попросту не смогли бы стать мэром поселения.
— А способность какая? — не унимался Ван Болай.
— Отмена гравитации. Могу в области создавать невесомость.
— А вторая?
— Пусть это останется моим маленьким секретом, — виновато улыбнулся Ханш Хатри. — Владислав, вы надолго к нам?
— Нет, после завтрака уже пойдём. Он, кстати, уже готов.
Аниш вместе с Нитьей начали разносить тарелки с омлетом. Аниш кривился, старательно не смотря на Ханша, а Нитья не скрывала своего восхищения и смущения. Легенда индийского кино не отреагировал на клеймённых, будто их здесь и не было.
— Вы вернётесь в наше поселение? Если да, то у нас есть много людей, которые купят у вас лишние предметы. Например — Жидкие Ядра или части тел Вожаков.
— Только Вожаков? — влез Ван Болай. — Зверей уже недостаточно?
— Нет, — качнул головой Ханш. — Как и недостаточно обычных шишек, коры деревьев, камней и другого хлама, который пару недель назад все кому не лень тащили в наш мир. Вы можете искать редких зверей, убивать их и забирать когти, клыки, шкуры — их до сих пор хорошо покупают. Но мне кажется, что ваш уровень повыше.
— Ресурсы из Изначального Мира подешевели, может, поэтому на Земле так преступность разыгралась? — пробормотала Нацуко. — Ювелирки и банкоматы каждый день грабят.
— Меня больше интересует другое, — заговорил я, отправив в рот кусок омлета. — Вы продаёте свои услуги Эвольвера? Отмена гравитации — очень полезный навык, он пригодится нам в скором будущем.
Ханш ненадолго задумался и кивнул.
— С вами я работать согласен.
— Вот и отлично, — я посмотрел на Джао. — Укрепи оружие Ханша.
Улыбка индийца стала ещё теплее. Он снял с бока ножны и двумя руками передал Джао.
— Берегите свою жизнь, Ханш. Вы понадобитесь Синдикату.
— Приму ваши слова к самому сердцу, — склонил голову индиец. Джао без вопросов принялась за работу. Подозреваю, что она и сама хотела предложить кумиру помощь, несколько раз её глаза надолго задерживались на кинжале.
— Как вы попали сюда, Ханш? — спросила Нацуко.
— Это долгая и печальная история. Не стоит ворошить прошлое… Скажу лишь, что не по своей воле я вошёл в пирамиду. Всё остальное неважно.
— Ещё раз предупреждаю — будьте осторожнее, — я посмотрел в глаза индийцу. У того улыбка спала, и он серьезно кивнул.
— Босс никогда не даёт пустые советы, — вставил Думиса. — На вашем месте я бы прислушался к нему.
— Почему никто не хвалит повара? Аниш, еда восхитительна! — воскликнула Мирослава.
— Согласен! Наставник сегодня превзошёл сам себя! — поддакнул Ван Болай, доедая вторую порцию.
— Спясибя, — Аниш гордо улыбнулся Мирославе и с опаской взглянул на Ван Болая. После вчерашнего он ни разу не обозвал его. Да и молчаливый Лианг перестал быть темой для насмешек — в итоге Анишу пришлось готовить молча.
— Доедайте и идём, — приказал я, отставляя пустую тарелку. Омлет и правда получился очень вкусным и, что главное, сытным.
— Не хотите пройтись по поселению? Я покажу вам свободные здания, — предложил Ханш, также отодвинув пустую тарелку.
— А давай, — согласился я. — Только коротко.
— Конечно, — индиец встал.
— А с вами, можно? — спросила Джао.
— И я хочу, — Мирослава подняла руку.
— И я! — Нацуко начала быстрее доедать.
— Тогда идём все, — вздохнул я.
Следующие минут десять Ханш Хатри показывал нашей группе небольшое поселение. За нами сразу же увязались зеваки. Здесь было на удивление много жителей, особенно индийцев. Я внимательно разглядывал встречающиеся лица в поисках знакомых людей.
И мой взгляд спотыкался о каждого лунянина и марсианина. Их было очень мало, но они выделялись среди землян, как белые и алые ягоды в россыпи гороха.
Луняне — бледные, высокие, стройные. Они смотрели на нашу группу отстранённо, без особых эмоций. Луняне вообще менее эмоциональны, чем земляне. Марсиане же, наоборот, слишком эмоциональны. Они высокие, мощные, смуглые. Их можно легко отличить от землян по рыжим или даже алым волосам, а ещё по красным пятнам на лице. У кого-то они на носу, у кого-то — на подбородке или лбу. Выглядят эти пятна совсем не уродливо, а иногда даже подчёркивают красоту. Как и лунным, марсианским колониям не удалось полностью отгородиться от космической радиации, в результате чего каждое поколение жителей Марса всё больше отличается от землян.
Марсиане смотрели на нас с вызовом, они жаждали конкуренции, битвы. Что будет с ними и с лунянами после заявления о независимости? Как к ним будут относиться земляне в Изначальном Мире? Начнётся ли дискриминация, или всё останется как прежде? Эти вопросы занимали меня, пока мы с Ханшем прогуливались по пыльным дорогам крохотного поселения…
Здание мы выбрали почти сразу — рядом с правительственной резиденцией, если так можно назвать двухэтажный дом из дерева. Добротный, крепкий, но деревянный.
Первое в Изначальном Мире недвижимое имущество Синдиката выглядело не очень презентабельно — каркас сарая отдалённо напоминал полноценное здание. Однако Ханш предложил нам лишь подобные заготовки домов.
— Тут мы сперва собирались построить обменный пункт. Но позже он сам появился стихийно, на окраине поселения. И этот кусочек земли остался нетронутым, — объяснял Ханш, виновато улыбаясь.
