В огромном бальном зале уже много гостей. Достаточно светло, и я позволяю себе оглядеться. Дафна отходит к нашим. Кэвин и Анабель медленно направляются вдоль стены, обследуя помещение. Изредка останавливаются и здороваются со знакомыми, выцепляют в толпе все новые и новые лица. Пытаются оценить силы и вычислить потенциальных врагов.
Я решаю последовать их примеру. Просто двигаюсь в противоположную сторону прогулочным шагом, который позволяет изучить людей и убранство и проанализировать окружающую меня магию. Платье шелестит при каждом шаге. Шелк скользит по ногам, но не сковывает движения. Дафна знает толк в одежде. В этом ей нет равных.
Зал огромен. Без окон, но с высокими сводчатыми потолками, как и все в Сноурге, затянутыми инеем. В углах паутина – ажурная, украшенная то ли драгоценными камнями, то ли льдом, имитирующим капельки воды. Здесь, как и на входе, много кровавых атрибутов. Магические светильники в канделябрах из черненого серебра вспыхивают багровым. Алые скатерти на небольших столиках, накрытых для фуршета. Вампирам не нужна еда, но на празднике люди, поэтому хозяева вечера нашли компромисс: тут только легкие закуски.
В центре зала два фонтана. Один алкогольный – они стали весьма популярны в последнее время. Другой интереснее. Две обнаженные девушки с графинами. У одной в чашу, расположенную возле ног, льется светлый напиток с пузырьками. Предполагаю, игристое вино. А у другой – темная тягучая кровь. Ее запах будоражит и заставляет сильнее втягивать носом воздух.
Два напитка смешиваются в чаше и вытекают через краник в бокалы гостей.
Возле фонтана стоит официант, и я решаю не отказывать себе в удовольствии. Вечер предстоит длинный. Силы точно не будут лишними, а если игристое чуть вскружит голову, то это не страшно.
Беру бокал и неторопливо, с наслаждением, тяну. Эта кровь не такая вкусная, как у Кэла. Пожалуй, она даже не такая вкусная, как у Кэвина. Интересно, какая кровь у Блэкфлая? Я бы попробовала. Только сейчас она отравлена демонами, увы. А какая была до того, как он стал таким, я уже не узнаю. Это расстраивает.
Мы с Кэвином и Анабель обходим зал по кругу и встречаемся возле Дафны с Ребеккой. С удивлением замечаю рядом с ними Маркуса, но только молча приподнимаю бровь. Сейчас не до выяснения, как он тут оказался.
Парень хмыкает и пожимает плечами, показывая, что ну вот так получилось. Я благодарна, что он здесь. Никакая поддержка не будет лишней.
– Тут почти нет вампиров, – едва слышно говорю я. – Люди и, видимо, какое-то количество вновь обращенных.
– Значит, пожалуют позже, – отвечает Дафна также едва слышно. – Они любят появляться эффектно, заставив гостей подождать. Не бери в голову, это абсолютно нормально. Просто хотят произвести впечатление. И на тебя тоже. Театральность их конек, я же говорила.
Мне становится интересно, как появятся вампиры. Они действительно умеют выдержать интригу. С каждым мигом в зале нарастает напряжение. Гости замирают, разговоры стихают, а закуски на столах остаются нетронутыми. Я невольно включаюсь в общее ожидание, хотя и ругаю себя за это. Не люблю вести себя предсказуемо. А вампирам нужно именно это. Чтобы их появления ждали с замиранием сердца.
Не чувствовать нарастающее в воздухе напряжение сложно. Свет, и без того приглушенный, начинает тускнеть, по спине пробегают мурашки то ли от сквозняка, то ли от магии, которая буквально искрит в воздухе. Знакомые тени скользят по полу – в зале собираются вампиры. С потолка спускаются полупрозрачные, словно хрусталь, и подкрашенные кровью лепестки роз. Дым развеивается, и зал заполняют десятки летучих мышей. Они появляются прямо из воздуха, в совершенно неожиданных местах и вносят хаос.
Это дезориентирует. Кто-то визжит, кто-то начинает метаться по залу. Я стою и сосредоточенно всматриваюсь в творящийся хаос, поэтому сразу замечаю, как начинают появляться фигуры – вампиры. Увидев одного, замираю: Эль. Живой, невредимый, прилично одетый, только… На его шее ошейник, серебряную цепочку-поводок держит в руках черноволосый худощавый вампир. И я понимаю, что он и есть тот, кто мне нужен. Плохо контролирую злость, и она проявляется искрящей магией и удлиняющимися под верхней губой клыками. Ждать нечего. Нужно действовать, театральность пусть оставят для других. Не колеблюсь ни минуты и делаю шаг навстречу, не обращая внимания на суматоху и все прибывающих вампиров.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Зачем ты пришла, Дайана? – спрашивает Эль почти одними губами, но мы слышим – и я, и мужчина, который удерживает его на цепочке. Но смотрим исключительно друг на друга, проверяя на прочность. Не отвожу глаз, но отвечаю Элю, а не его «хозяину», который продолжает прожигать меня взглядом.
– Потому что не привыкла игнорировать приглашения и не бросаю своих. Я пришла за тобой, Эль… Ты мне нужен.
– Видимо, у нас спор, потому что Эль мой… по праву рождения, – подает голос мужчина. – Как и ты моя… – добавляет он с видимым удовольствием. – И я уже придумал, как тебя использовать, раз уж мой ребенок без разрешения породил такой интересный экземпляр.
– У вас ошибочные сведения, – чеканю я, чувствуя, как в душе закипает гнев. – Если я кому и принадлежу, то точно не вам. Слишком большая очередь из желающих. И вы даже не второй в ней.
– Ты же понимаешь, что теперь одна из нас и обязана подчиняться главе клана? – с нажимом произносит он и натыкается на мою холодную усмешку. Не дождется.
– Ну так заставьте, – шиплю я, и за спиной чувствую поддержку магов. Нас мало, но вампирам не нужно объяснять, на что способны разозленные колдуны. Вряд ли с нами захотят ссориться серьезно. – Вот мой клан, – показываю на своих друзей. – И с определенного времени и клан Эля.
– Я бы даже не стал с тобой спорить, если бы не одно «но», – говорит главный вампир с холодной улыбкой. – У вашего клана с недавнего времени нет главы. А какой же клан без сильной руки? Готов ею стать, Дайана. Спроси у Эля, я хороший и справедливый глава. За обращение ведьмы положена смерть. И обратившему ее вампиру, и самой ведьме. Но Эль жив, и ты тоже. Может, нам не стоит ругаться? Взаимовыгодное сотрудничество значительно приятнее.
– Может, и не стоит, – не спорю я. – Отпустите его и дайте нам уйти, и спора не будет. Или сотрудничество будет взаимовыгодным только для вас? Если так, то простите, но нет. Не интересно.
Говорю, не веря, что вампир согласится. Это было бы слишком просто, хотя попробовать стоит. Иногда срабатывает самый простой вариант. Но тут, конечно, вряд ли. Глава вампиров позвал меня сюда не для того, чтобы посмотреть, а чтобы использовать. Вопрос – как. И получится ли отвоевать свое право на свободу?
Едва я замолкаю, прямо с потолка на нас льется музыка. Пауза в моей речи словно служит сигналом. Вздрагиваю от неожиданности. А мелодия – медленная, завораживающая – пробирает до глубины души. Кажется, это орган, только он имеет такую магическую силу над всеми. Невозможно остаться равнодушной. Вампир улыбается мне, продемонстрировав клыки, и протягивает руку в белоснежной перчатке.
– Танец?
Вроде бы спрашивает, но отказать нельзя. Я чувствую это всем своим существом. Не тот момент, чтобы вставать в позу. К тому же от меня не просят ничего криминального. Просто танец среди толпы людей и вампиров. Все замирают в ожидании моего ответа, я чувствую напряжение затылком. Поэтому приклеиваю на лицо холодную сдержанную улыбку, которой научилась у Дафны, и послушно принимаю руку главы клана, делая шаг ему навстречу. При этом не говорю ни слова.
Он передает поводок Эля одному из своих сопровождающих и увлекает меня в центр зала, где еще никто не танцует. Его рука на моей спине почти не ощущается. Возможно, из-за того, что она в перчатке. Да и температура тела вампиров ниже человеческой. Я рада, что телесный контакт меня не слишком напрягает. Мы делаем несколько скользящих движений на паркете. Шаг, поворот, еще два шага. Это знакомый ритм. Мне не составляет труда двигаться за вампиром, подчиняясь его рукам. Он ведет уверенно. Мне не нужно ничего делать, чтобы не сбиться. Все легко и непринужденно. Мы оба хорошо танцуем. Наш выход служит примером для остальных, и к нам одна за другой присоединяются грациозно скользящие по паркету пары. Я даже вижу сопровождающих нас Кэвина и Анабель с одной стороны и Дафну с Маркусом – с другой.
