Читаем без скачивания Записки практикующего адвоката - Luide

Вечером, когда я уже почти засыпала, раздался очередной телефонный звонок. Звонил Саградд Торрсон, который сообщил, что сегодня получил копию обвинительного заключения и что дело назначено на пятницу у судьи Кональда Дреггюсона.

Я записала информацию, положила трубку и лишь после этого позволила себе выругаться. Ничего не может быть хуже, чем судья-гном по такому процессу. Уж больно ревностно гномы относятся к нарушению норм морали. Тем более что в совершении преступления против моральности обвиняется молодой соплеменник судьи, и судья Дреггюсон не преминет его показательно покарать. Принцип "чтобы другим неповадно было" весьма близок гномам.

Вероятно, это дело мне предстоит проиграть вчистую. Конечно, я предупредила клиента, чтобы не рассчитывал на оправдательный приговор. Как я уже упоминала, оправдания весьма редки в судебной практике, так уж устроена система. Однако на минимальное наказание вполне можно рассчитывать. Точнее, можно было бы надеяться на это у другого судьи. Теперь на это уповать не стоит, и наказание наверняка будет максимальным. Ведь в статье УК не обозначено четко определенное наказание за конкретное преступление. К примеру, санкция статьи может гласить "от двух до восьми", и сколько именно, зависит только от судьи.

В данном случае санкция предусматривала максимальное наказание в виде лишения свободы до пяти лет, так что мой подзащитный оказался в весьма неприятном положении. Судя по его унылому голосу, он и сам прекрасно это понял. Ну что ж, будем драться до последнего. Решив так, я отправилась обратно в постель.

На следующий день я заглянула к судье Дреггюсону и ознакомилась с материалами дела. Судья был, очевидно, не слишком обрадован тем, что в деле буду участвовать именно я. Меня судья Дреггюсон недолюбливает, не знаю, чем именно я ему не угодила. Хотя возможно, что почтенный гном не слишком любит адвокатов вообще.

Полистав материалы дела, я удивилась, увидев список лиц, подлежащих вызову в судебное заседание. Нет, меня удивило отнюдь не наличие такого списка — он должен быть обязательно. Меня удивило то обстоятельство, что никого из "жриц любви" обвинение не собиралось вызывать для допроса в суде. Весьма подозрительно, следует заметить.

И второй момент, вызвавший мое недоумение, это то, что ни невеста Саградда Торрсона, ни ее отец свидетелями по делу не проходили. Однако же при этом следователь зачем-то вызвал их к себе и выболтал суть дела! А разглашение следователем данных досудебного следствия является уголовно наказуемым деянием. Вряд ли следователь так уж сильно рисковал, но все же у него должен быть резон так поступить. Понятно, что следователь хотел бы навесить на гнома максимум эпизодов, но причем здесь его невеста? Загадка.

Тем же днем я встретилась со своим клиентом-гномом и провела ему полуторачасовой инструктаж о правилах поведения и линии защиты. Да и обсудить с клиентом странности дела не мешало.

Кроме того, я написала жалобу на действия следователя, которую должен был подписать мой подзащитный. В жалобе я подробно изложила обстоятельства разглашения следователем данных следствия и нарушение им презумпции невиновности. В разговоре следователь уверял гномку и ее отца в том, что обвиняемый преступник, почти рецидивист, а это не было подтверждено соответствующим приговором суда. Так что налицо нарушение прав обвиняемого. Жалоба у меня получилась вдохновенная, на пяти листах. Вручив клиенту жалобу, я велела ему немедленно отправить ее почтой на адрес районной прокуратуры.

Договорившись с гномом относительно сбора всех необходимых бумаг и обсудив все детали, я отправилась обедать — если, конечно, так можно было назвать стакан кефира. Скудно пообедав, я вновь вернулась к работе. Меня ждала пара исков, апелляционная жалоба и трое клиентов, желающих получить консультацию. В перерывах между приемом граждан я успела всласть поболтать с Альбиной, которая в этот день дежурила в консультации. Обсудив все свежие сплетни и проконсультировав клиентов, я отправилась домой, чтобы поужинать и продолжать работать. А что поделаешь? Ненормированный рабочий день у адвоката вполне привычное явление. Впрочем, я не жалуюсь. Работа есть и это уже замечательно.

Именно эта мысль и поддерживала меня следующие два дня. Мне приходилось большую часть суток проводить за работой.

И это притом, что на улице уже вовсю буйствовала весна. Лопающиеся почки на деревьях, первые пробивающиеся всходы… Жители Альвхейма высыпали на улицы после долгой зимы. Девушки уже сбросили тяжелые зимние одежды и начали демонстрировать соблазнительные ножки и прочие прелести своих фигур, отчего мужчины дурели и становились похожи на мартовских котов, ошалевших от гормонов.

Весна дурманила голову и звала за собой. А мне приходилось сидеть дома или в офисе, и носить исключительно приличные юбки до колен.

Зато у меня обнаружились первые результаты на ниве похудения. Уже в пятницу в те самые тесные джинсы я влезла без проблем, да и застегнула их с первой попытки. Правда, ремень по-прежнему сильно врезался в живот, так что почивать на лаврах было рано.

Удовлетворенная замерами фигуры, я с улыбкой собралась на работу, выпила свой кофе без сахара и отправилась в суд.

Возле кабинета судьи меня уже ожидал Саградд Торрсон, одетый самым безукоризненным образом. Его костюм, конечно, был без галстука (гномы их недолюбливают), однако он полностью соответствовал канонам одежды молодого законопослушного гнома. Ну и чудесно. Конечно, ни один судья не вынесет решение просто за красивые глаза, но приличная внешность может оказаться той самой последней каплей, которая склонит чашу весов на нашу сторону. Так что игнорировать этот момент я никому не советую.

Я также была одета весьма консервативно. Именно для таких случаев в моем шкафу висит парочка костюмов очень строгого стиля. Не прав тот, кто считает, что все деловые костюмы именно такие — черные, серые и синие, и к тому же невнятные и безликие. Костюм может подчеркивать профессионализм и одновременно делать женщину очень эффектной. Однако гнома лучше не нервировать броскими деталями и прочими излишествами. Пристойными у них считаются добротные одежды темных тонов, а яркость и изящество, столь ценимые их надменными родичами (в скандинавской мифологии родственниками карликов-гномов являются альвы, которых часто называют эльфами, прим. автора).

Так что приходилось подстраиваться под взгляды судьи и стараться не нервировать его лишний раз, тем более, по столь ничтожному поводу.

Зато у гномов есть и свои плюсы. В частности, заседание не задержали ни на минуту. Ровно в одиннадцать тридцать мы зашли в зал.