Говорили о каком-то Трелле. О неминуемой войне с Эленделем. Они бы, наверное, отправились на это задание даже на дырявом корыте – что говорить о несокрушимом корабле?
– Не высовывай фонарь, – сказала Габрия, – и зови меня, если заметишь что-то подозрительное. Реально подозрительное.
Она ушла, оставив его наедине с холодным туманом и безразличными волнами. Ему приказали патрулировать, но маршрут не сообщили. Еще немного послушав волны и, как показалось, саму тьму, он двинулся вслед за Габрией. По логике ему следовало держаться ближе к…
Это еще что?
Удар по борту ему точно не почудился. Он был в задней части – то есть на корме, сэр, – а звук раздался ближе к середине. Веллид двинулся вперед, дрожащей рукой сжимая фонарь. Даже в кожухе он немного светился, позволяя разглядеть очертания лееров.
«Это просто шум», – убеждал он себя. В тумане чего только не послышится. Это всем известно. Не нужно поднимать панику, ведь Габрия сказала…
Из темноты высунулась рука и схватилась за леер. За ней появилось тело – темное, смутно похожее на человеческое, и перевалилось через перила на палубу. За спиной неизвестного существа тянулись щупальца – сотни щупалец, извивающихся, как клубы тумана. В сумраке Веллид различил неуклюжую фигуру. Не человеческую. Это не могло быть человеком. Туман, кажется, это знал, потому что держался от фигуры на расстоянии, лишь слабо теребя щупальца. Это существо отталкивало от себя туман.
Туманный призрак. Веллид был в этом уверен. Глубинный ужас, порождение древних времен. Создание из сказок и легенд пришло по его душу.
Веллид нашел в себе силы закричать. Непослушными пальцами скинул кожух с фонаря, озарив палубу светом. И увидел…
Мужчину. Высокого, с густыми бакенбардами, в пиджаке и галстуке, выглядывающими из-под плотного плаща с развевающимися туманными лентами.
Рассветный Стрелок. Он каким-то образом добрался до корабля.
Габрия, успевшая уйти далеко, обернулась.
– Веллид, что ты опять… – начала она, но запнулась, увидев Рассветного Стрелка.
Она простояла с разинутым ртом достаточно, чтобы через леер успел перелезть второй мужчина. Он гулко шмякнулся о палубу, затем поднялся и надел насквозь промокшую шляпу-котелок.
– Нет! – воскликнула Габрия. – Как?
Рассветный Стрелок взмахнул туманным плащом, открыв взгляду то, что доселе было невидимо: большой металлический штырь, продетый сквозь одежду, торчал у него между нижних ребер.
Тельсин медленно приходила в себя.
Она лежала на крыше, рядом с бомбой-пустышкой. Еще до появления Вакса она была крайне обеспокоена. В этот день истекал установленный Автономией срок. Возможно, ей бы удалось выпросить еще немного времени, чтобы достроить функциональную ракету, если бы… если бы не Вакс.
Тихо простонав, она перекатилась на бок и почувствовала, как один инженер трясет ее за руку. Что случилось? Инвеститура Автономии не должна была допустить потери сознания. Тельсин казалось, что ее вывернули наизнанку. Внутри было холодно, пальцы покрылись ссадинами от царапанья по крыше, кожа стала липкой. Ржавь. Она ощущала себя снова смертной.
«Что случилось?» – спросила она Автономию.
«Ты меня подвела», – ответил далекий – очень далекий – голос.
«Нет. Бомба в пути! Я… Я…»
Она вдруг заметила, что вокруг нее – руины. Крыша была вся искорежена. Стальные перила согнуты. Пусковая установка – разрушена.
– Что… что произошло? – прошептала она.
– Они забрали у погибших штыри, – ответила женщина-инженер. – Обычные, не из вашего металла. Один позволяет жечь дюралюминий.
Нет.
Тельсин с трудом поднялась на ноги, доковыляла до края крыши и уставилась на залив. От мощного толчка Вакса согнулись даже несущие конструкции небоскреба, из-за чего крыша разломилась и прогнулась.
«Близится час твоей неудачи, – голос Автономии звучал все дальше. – Ты недостойна».
Пламя внутри Тельсин потухло. То, что грело столько лет, покидало ее. Кожа посерела.
«Нет! – мысленно восклицала она. – Нет! Бомбу уже не остановить. Если они попытаются, то погибнут вместе с городом. А может, с обоими городами. Ржавь».
«Посмотрим…»
Тельсин со вздохом упала на колени, стараясь приободриться. Это же Вакс. Он с детства портил ей жизнь, но ни разу всерьез не помешал ее замыслам. Он до корабля-то вряд ли доберется. Такой прыжок сам по себе почти невозможен, а у Вакса еще и проблемы с прицеливанием.
Ведь правда?
Вакс осушил флакон с металлом, пополняя запасы стали. Прыжок с Уэйном на спине выдался невероятным. Полет против ветра и резкий прилив сил напомнили ему о времени, когда он воспользовался Браслетами Скорби. По мере приближения к кораблю ему пришлось замедлиться с помощью алломантии и опуститься у орудийных портов чуть ниже верхней палубы, и теперь он ожидал, что Уэйн примется жаловаться – мол, пришлось карабкаться через леер.
Матрос потянулась за пистолетом, Вакс за своим. Но не успели они выхватить оружие, как Уэйн подбросил пригоршню пуль и толкнул их, свалив женщину.
– Ржа-а-а-авь, – протянул Уэйн. – И вот этим ты всегда занимался? Легкотня какая! Признаюсь честно, дружище, это большое пятно на твоей репутации. Если бы люди знали, как легко быть стрелком, то мигом перестали бы тебя превозносить.
Вакс покачал головой и указал Виндикацией на другого матроса – дрожащего, с фонарем в руках. Разумеется, Уэйн настоял на том, чтобы и себе вставить штырь. Разрушитель. Вакс надеялся, что они не совершили ничего слишком святотатственного.
«Нет, – ответил голос Гармонии в его голове. – Ничего святотатственного в этом нет, Ваксиллиум. Назовем это… находчивой переработкой вторсырья».
– Рад слышать, – пробормотал Вакс.
«Не вижу, где бомба, – сказал Гармония. – Мне видно лишь то, что вокруг тебя. Я даже не знал, что ее собираются везти на корабле. Боюсь, у бомбы будут предохранители, заставляющие ее сдетонировать при постороннем вмешательстве. Будь осторожен. Нельзя допустить взрыва. Боюсь, невинных людей все равно заденет».
Странно. Голос Бога в голове вновь успокаивал.
Уэйн схватил за руку парня с фонарем и уставился ему в глаза, хотя дополнительное устрашение тому и не требовалось.
– Где бомба? – спросил Вакс.
– В смысле… г-г-груз? – заикаясь, ответил матрос и указал на ближайшую дверь. – В трюме. В самом низу. Следуйте красным линиям… на стенах.
Вакс переглянулся с Уэйном, затем кивнул.
– Вам туда нельзя! – воскликнул матрос. – Оружие очень чувствительно, поэтому прикасаться к нему можно только специалистам! Вы взорвете весь корабль!
– Приятель, – присвистнув, ответил Уэйн. – Раз так, то ищи способ смыться с корабля, да поскорее.
Он отпустил матроса. Тот опасливо перевел взгляд с Вакса на Уэйна, а потом в панике подскочил к перилам и бросился в бурлящие волны вместе с фонарем, оставив двух друзей в абсолютной темноте.
– Проклятье, – выругался Уэйн. – Я-то намекал на спасательную шлюпку или что-нибудь в таком духе.
– На этом корабле наверняка собрались фанатики, – предположил Вакс. – У
