- Почему? – опасливо поинтересовался Михайлов.
Мион пропустила его слова мимо ушей.
- Так… вы трое – ее палец поочередно указал на Семена, Андрея и Саню. – Ждите в коридоре. Что же касается вас двоих… – глаза горничной обратились на Игната и Вовку. – Пожалуйте СТРИЧЬСЯ!!! – с этими словами она извлекла из кармана фартука ножницы.
- Твою мать! – почти синхронно выдали парни.
- Вы… что-то… сказали?! – почти ласково произнесла горничная, нацепляя дежурную улыбку, от которой друзьям отчего-то стало не по себе.
- Не, не, ничего! – поспешно замахал руками Шрам. – Надо, так надо…
- Интересно… она им там ничего лишнего не оттяпает? – задумчиво пробормотал Горын. – Меня выражение ее лица конкретно напрягло, если честно!
- Ну,… пока воплей вроде не слышно – заметил Шаман. – А насчет лица… может, ей просто нравится стричь? А тут такая возможность…
- Я даже боюсь представить, во что она их превратит! – хмыкнул Крот. – Смех уже заранее разбирает!
- Ну, тогда давайте заранее и посмеемся! – предложил Андрей. – А то потом обидятся еще!
Товарищи дружно кивнули и затряслись, стараясь не заржать в голос.
Минут через двадцать дверь открылась, и в коридор вышел Шрам. Выглядел он вполне пристойно (Мион умело убрала все лишнее, сделав отличную модельную стрижку, и аккуратно расчесала шевелюру парня), но несколько… непривычно.
- Красавец! – хмыкнул Шаман, намеренно выделив последний слог.
- Андрюха… предупреждаю,… не начинай!!! – буквально прорычал Шрам.
- Да не, ты действительно круто выглядишь! – добавил Крот. – И раньше орел-мужчина был, а теперь вообще глаз не оторвать! Все девчонки твои!
- Саня, и ты туда же?! С Шаманом сговорился?
- Здрасте, приехали! Ему комплименты говорят, а он их за оскорбление принимает! – фыркнул Кротов. – Не, Игнат, на тебя не угодишь!
- Почему же… угодить можно,… держа язык за зубами!
Разговор сам собой сошел на нет.
Запал появился минут через сорок и друзья его поначалу вообще не узнали: Мион не только срезала его ирокез практически под корень, а еще вдобавок начисто сбрила остатки волос и вымыла въевшиеся в кожу пятна краски, так что теперь свежая Вовкина лысина сияла нежно-розовым, а кое-где и ярко-красным цветом!
- ТОЛЬКО ПОПРОБУЙТЕ ЗАРЖАТЬ!!!! – буквально прорычал Запал, едва не рыдая.
- И не думали даже – искренне произнес Горын. – Чем это она тебя?
- Да всем! – выдохнул Вовка. – Шампунем, мылом, губкой, мочалкой и щеткой! Реально думал, что всю кожу с черепа сдерет!
- А чего мы воплей не слышали? – удивился Шрам. – Я б точно заорал.
Запал уже совсем было собрался максимально невежливо ответить, но тут дверь распахнулась и в коридор вышла Мион.
- Ну, вот… совсем другое дело! – произнесла она. – Следуйте за мной, я покажу вам территорию пансиона и места работы.
«Зараза!» – мысленно прошипел Запал. – «Вот закончим работу, специально найду ее и врежу по заднице! Пусть потом куда угодно жалуется, но душу отведу!»
Главная горничная вывела группу на улицу и начала экскурсию.
- Временное жилье для наемных рабочих и здание школы вы уже видели – произнесла она. – Но это отнюдь не единственные сооружения на территории. Справа, как вы можете видеть, у нас располагается общежитие…
«Слишком слабо сказано!» – заметил Крот.
Что верно, то верно – понятие «общага» к открывшемуся взору стражей зданию подходило меньше всего! Это был настоящий дворец в четыре этажа, сплошь украшенный тонкими узорами и так ярко раскрашенный, что больше напоминал торт, чем дом. К общежитию вела заасфальтированная дорожка, по краям которой через равные промежутки стояли изящные ажурные скамейки, а примерно в центре маршрута, располагалась круглая площадка с фонтаном. Сразу за лавками возвышались аккуратно подстриженные деревца. Под окнами общежития и на пути к школе было разбито множество клумб с цветами, некоторые из которых еще вовсю цвели (легко представить, какие ароматы витали здесь летом!) По сторонам главного здания располагались два дома поскромнее, на два этажа каждый. Как объяснила Мион, в том, что побольше, жили горничные, а в том, что поменьше, располагалась казарма охраны. Прислуга уже давно была на ногах и исполняла свои обязанности: одни развешивали под навесами выстиранное белье, другие мыли окна и подметали дорожки, третьи возились в цветниках.
- А вот старое школьное здание – отвлек друзей голос горничной. – Мы пока что не решили, что с ним делать: демонтировать или же продолжать использовать под нужды пансиона. В любом случае без специалистов-строителей ничего решать не следует. Ученицам строго-настрого запрещено к нему даже подходить.
Разумеется, старое здание и выглядело по-старому: стены блеклые и запыленные, окна – мутные, штукатурка кое-где успела облупиться, но, как ни странно, под стенами не было никакого мусора, как видно, горничные следили и за этим. Двери были заперты на огромный висячий замок, а по периметру натянули яркую ленту, ограничивающую потенциально опасную зону. Кроме того, к некоторому удивлению стражей, в нескольких метрах от здания находилась еще и небольшая часовня, сейчас, похоже, временно закрытая, но выглядевшая так же чисто и безупречно, как и остальные строения пансиона.
Но это были еще цветочки! Чуть дальше старой школы обнаружилась просторная вертолетная площадка, что подтвердило догадку Шрама о том, что воздушное сообщение у пансиона
