—Постойте. С одним условием, а именно: вы сделаете предложение мисс Лиллертон немедленно.
—Немедленно! Дорогой Парсонс, подумайте, что вы говорите.
—Это вам нужно думать, а не мне. Она много о вас слышала, хотя лично познакомилась с вами не так давно. Несмотря на всю ее девическую скромность, я уверен, что она только и мечтает выйти замуж как можно скорее без лишних проволочек. Моя жена выспрашивала ее, и она призналась.
—Призналась? В чем же? — с нетерпением прервал его влюбленный Уоткинс.
—По правде говоря, было бы трудно сказать, в чем именно она призналась, — отвечал Парсонс, — ведь они изъяснялись только намеками; но моя жена в таких делах собаку съела и утверждает, будто признание мисс Лиллертон можно истолковать так, что она не совсем равнодушна к вашим достоинствам, — словом, что она не будет принадлежать никому другому.
Мистер Уоткинс Тотл вскочил с места и дернул звонок.
—Это еще зачем? — осведомился Парсонс.
—Я хочу послать за гербовой бумагой, — отвечал мистер Уоткинс Тотл.
—Стало быть, вы согласны?
—Согласен.
Друзья обменялись сердечными рукопожатиями. Расписка была выдана, долг и издержки уплачены, Айки отблагодарили за услуги, и два друга вскоре закрыли за собой дверь заведения мистера Соломона Джейкобса с той стороны, с которой мечтают снова очутиться все его обитатели, а именно — с наружной.
—Итак, — сказал мистер Габриэл Парсонс по дороге в Норвуд, — у вас будет возможность объясниться сегодня же, только не робейте.
—Я готов! — храбро отвечал Уоткинс.
—Хотел бы я увидеть вас вместе! — вскричал мистер Габриэл Парсонс. — То-то будет потеха!
Он смеялся так долго и так громко, что привел в полное замешательство мистера Уоткинса Тотла и испугал лошадь.
—Смотрите, вот Фанни и ваша нареченная гуляют на лужайке, — сказал Габриэл, когда они приблизились к дому. — Держитесь, Тотл.
—Не беспокойтесь, — решительно отвечал Тотл, направляясь к дамам.
—Вот мистер Тотл, милочка, — сказала миссис Парсонс, обращаясь к мисс Лиллертон.
Последняя быстро обернулась, и в ответ на его учтивое приветствие на лице ее, как и при первой их встрече, Уоткинс заметил смущение, однако на этот раз с некоторым оттенком разочарования или равнодушия.
—Вы заметили, как она обрадовалась при виде вас? — прошептал Парсонс.
—По-моему, у нее было такое лицо, словно она хотела увидеть кого-то другого, — отвечал Тотл.
— Чепуха! — снова прошептал Парсонс— Женщины — и молодые и старые — всегда так поступают. Они и виду не покажут, как рады вам, а у самих сердце так и прыгает. Таков уж женский пол, и мужчине вашего возраста пора бы это знать. Фанни много раз признавалась мне в этом, когда мы только поженились. Вот что значит быть женатым!
—Без сомнения, — прошептал Тотл. Храбрость его быстро улетучивалась.
—Ну, пора приниматься за дело, — сказал Парсонс. Вложив в предприятие некоторую сумму, он взял на себя обязанности распорядителя.
—Да, да, сейчас… — в сильном смущении отвечал Тотл.
—Да скажите же ей что-нибудь, — настаивал Парсонс— Черт возьми, сделайте ей комплемент, что ли.
—После обеда, — отвечал застенчивый Тотл, стараясь отсрочить роковую минуту.
—Однако, джентльмены, — сказала миссис Парсонс, — вы, право же, чрезвычайно учтивы. Сначала вы все утро отсутствуете, вместо того чтобы, как было обещано, везти нас на прогулку, а когда наконец приезжаете домой, то шепчетесь друг с другом, не обращая на нас ровно никакого внимания.
—Душа моя, мы говорили о деле, которое задержало нас сегодня утром, — отвечал Парсонс, бросая многозначительный взгляд на Тотла.
—Боже! Как быстро пролетело это утро! — воскликнула мисс Лиллертон, взглянув на свои золотые часы, которые она независимо от надобности заводила в особо торжественных случаях.
—А мне кажется, что оно тянулось очень медленно, — робко заметил Тотл.
—Браво! Отлично! — прошептал Парсонс.
—Неужели? — произнесла мисс Лиллертон, изобразив величественное изумление.
—Я могу объяснить это только тем, что был лишен вашего общества, сударыня, и общества миссис Парсонс, — сказал Уоткинс.
Во время этого короткого диалога дамы направились к дому.
—Какого черта вы приплели к этому комплименту Фанни? — спросил Парсонс, когда друзья последовали за дамами. — Вы этим все дело испортили.
—О, иначе он казался бы очень дерзким, — отвечал Уоткинс Тотл, — я бы даже сказал, чересчур дерзким.
—Он рехнулся! — шепнул Парсонс на ухо своей супруге, входя в гостиную. — Рехнулся от скромности.
—Скажите на милость! — вскричала она. — Я в жизни ничего подобного не слышала.
—Как видите, мистер Тотл, у нас нынче совершенно семейный обед, — сказала миссис Парсонс, когда все сели за стол. — Мисс Лиллертон у нас как родная, да и вы для нас тоже не чужой.
Мистер Уоткинс Тотл выразил надежду, что никогда не будет чужим в семье Парсонс, а про себя подумал, что его застенчивость все равно не даст ему чувствовать себя как дома.
—Снимите крышки, Марта, — приказала миссис Парсонс, озабоченно распоряжаясь переменою декораций.
Приказание было выполнено, и на одном конце стола показалась пара вареных кур с языком и прочими принадлежностями, а на другом — телятина. С одной стороны на зеленом блюде красовались два зеленых соусника с фарфоровыми ложками того же цвета, с другой — кролик под коричневым соусом с пряностями и с гарниром из ломтиков лимона.
—Мисс Лиллертон, милочка, поухаживать за вами? — спросила миссис Парсонс.
—Нет, благодарю вас, я, пожалуй, побеспокою мистера Тотла.
Уоткинс встрепенулся, задрожал, подал кусок кролика и разбил рюмку. Лицо хозяйки дома, до этой минуты сиявшее лучезарною улыбкой, страшно изменилось.
—П-п-рошу прощения, — заикаясь, пробормотал Тотл, в крайнем замешательстве накладывая себе на тарелку соус с пряностями, петрушку и масло.
—О, не важно, — отвечала миссис Парсонс тоном, не оставлявшим ни малейших сомнений в чрезвычайной важности происшествия, и тут же велела мальчику, который шарил под столом в поисках осколков стекла, прекратить свои изыскания.
—Я полагаю, что мистеру Тотлу известно, какому штрафу обычно подвергаются в подобных случаях холостяки, — сказала мисс Лиллертон. — Дюжина рюмок за одну разбитую.
Мистер Габриэл Парсонс многозначительно наступил Тотлу на ногу. В этих словах заключался явный намек, что чем скорее он перестанет быть холостяком и избавится от подобных штрафов, тем лучше. Мистер Уоткинс Тотл именно так и понял это замечание и, выказав просто поразительную в данных обстоятельствах находчивость, предложил миссис Парсонс вина.
—Мисс Лиллертон, — сказал Габриэл, — разрешите мне…
—Вы очень любезны.
—Тотл, передайте, пожалуйста, графин мисс Лиллертон.
Благодарю вас. — За сим последовала обычная пантомима кивков и глотков.
