Читаем без скачивания Рассвет над Майдманом - Олег Борисов

— А орки?

— А что — орки? Я уж второй день со следопытами по этим камням брожу. Нашли пару отпечатков там, где снегу не намело — и все. Так понимаю — специально они город оставили, надеются — пока мы тут добычу потрошить будем — они в горы к гномам удерут. А там — метели начнутся, морозы сильные — и все, битва закончилась. Не начавшись.

— Хорошее дело, нам бы в самый раз.

— Конечно. Вот только можно до морозов дожить здесь, под присмотром чужаков-командиров. А можно сегодня до площади добраться и быстро пошарить, чтобы завтра уже с полным кошельком спокойно в дозоре стоять.

— Так ведь узнают, как пить дать — узнают!

— Кто? Кому надо? Регуляры давно по палаткам расползлись. На заставах половина наших стоит, не выдадут. Езды тут — полчаса в один конец. А с окраин кусок этой площади уже видно. Считай — час на дорогу туда и обратно, и пара часов — чтобы дома проверить. Не успеем замерзнуть — как мы и обратно в лагерь вернулись.

Послышались довольные голоса, народ зашевелился, тихо обсуждая услышанное. Больше всех суетился бывший водовоз. Сказанное глубоко запало ему в душу.

— А делить-то как будем, если что найдем?

— По справедливости, конечно. В общий котел сложим — и каждому по доле, — расщедрился Парамор. — Только надо быстро, прямо сейчас решаться! А то завтра — все, пехота все углы подчистую выметет.

— Так едем, чего ждать?

— А как на офицера попадем?

— Ну и что? Дозор менять едем. Или — упражняться в стрельбе. Чем не ответ?

И посмеиваясь абсурдности возможных вопросов со стороны отдыхающих в этот час офицеров, десяток всадников быстро и тихо вывел лошадей за пределы лагеря, после чего взобрался в седла и растаял в сгущающейся тьме.

Глэд с ожесточением массировал гудящие ноги. Пятый день стремительного марша подошел к концу. Подъем затемно, построение в колонны и бодрая рысь стучащих друг о друга костей нежити, пугающей белой вереницей покрывающей милю за милей по заснеженной степи. Пробитая всадниками дорога шла строго на север. По этой дороге до обеда бодро шагали скелеты, отливающие слабыми зелеными огнями в пустых глазницах. Легкая передышка в обед, столпившись у маленьких котелков со смердящим зеленым варевом — и легковесное воинство выдвигалось дальше. Как только начинали зажигаться крупные звезды в морозном небе — второй привал, уже с разбиением на сотни. После чего могучие орочьи командиры начинали муштру будущих солдат. Получив в костяные пальцы мечи и щиты, нежить осваивала основы боя в строю.

Первые два вечера дела шли плохо. Большая часть обращенных раньше не держала в руках оружие, поэтому мечи падали, щиты мешали друг другу, несколько черепов умудрились расколотить, несмотря на все предосторожности. Дело пошло на лад только на третий вечер, когда Глэд выстроил сотни рядами, навстречу друг другу. Затем обнажил оружие и попытался возродить в голове то ощущение единения, что терзало его мозг в минуты магического обряда. Перетаптывающиеся скелеты замерли, прислушиваясь к зову, слышному только им одним.

Чуть позже сотники сгрудились кучей за пределами мерно единообразно двигающейся массы. Закованный в черную сталь безглазый человек делал шаг, легкий замах, наносил удар, отклонялся назад, защищаясь щитом. Следом за ним одним целым белое воинство так же делало шаг, замах, удар и уклонение. С каждой попыткой ряды двигались все слаженнее, пугая немой целеустремленностью. Орки только приглаживали стоящую дыбом шерсть. Далеко за полночь человек уходил отдыхать, а нежить снова окружали заботливые шаманы.

Сегодня Глэд закончил давать основы передвижений и начал тренировать подопечных на проведение схватки. Показывать приходилось в двух лицах, выдергивая из строя периодически наглядные пособия. К концу сегодняшнего урока ноги почти не держали, но не обращающие на снег никакого внимание умершие неплохо наносили и отражали стандартные удары, пытались держать и взламывать строй. Похоже, за оставшиеся десять-одиннадцать дней гонки на север, получится подготовить их к первым двум-трем минутам схватки. А на большее никто и не рассчитывает.

Безглазый человек уложил доспехи, проглотил, не жуя, остывший ужин и провалился в сон сразу, как только лег и набросил на себя теплую шкуру. Даже самому себе он боялся признаться, что специально выматывает себя изнуряющими тренировками и бесконечной скачкой вдоль марширующих мертвецов, чтобы вечером впасть в сон без сновидений, как можно дальше от саднящих грудь вопросов. Можно ли человеку поднимать меч против братьев по крови? Можно ли драться на стороне кочевников, веками враждующих с любым, в ком нет ни капли орочьей крови? Что ждет его потом, когда Многоголовый отпустит залитого человеческой кровью одиночку в горы?

Вопросы. Вопросы, не имеющие ответов и вызывающие поначалу раздражение, а потом и головную боль из-за принятого решения. Принятого либо самим, либо навеянного памятью существ, ставших с ним одним целым и выступающих на давно определенной ими стороне…

Один из сотников осторожно коснулся плеча спящего. Тот, кто говорит с давно ушедшими в мир иной, распахнул такие же пустые глазницы и невидяще уставился в полумрак, мерцающий бликами костра.

— Господин, пора вставать. Первая сотня подняла тотем и уже выдвигается. Завтрак для вас готов.

Глэд медленно сел, помотал тяжелой со сна головой и отпустил орка.

— Да, сейчас буду.

Ополоснуться приготовленной теплой водой, перекусить свежезажаренным мясом, надеть доспехи и принять на улице поводья мохнатого крепко сбитого коня. Новый морозный день, новые заботы. Изматывающий самоконтроль, пытающийся удержать мечущийся разум на грани безумия. Вереница хаотичный идей, позволяющих сбить массу необученной нежити в подобие таранной лавины, способной смести закованных в сталь врагов. И кипящая, не находящая выхода ненависть, дарованная потерявшими самих себя подопечными, готовыми разорвать за утерянную жизнь любого смертного.

— Сотник!

— Да, господин, — примчавшийся ординарец круто осадил коня.

— Уточни — как у нас дела с луками и запасами стрел на последней стоянке. Я надеюсь, нам хватит времени научить моих мальчиков и девочек этой забаве.

— Понял, — и орк исчез в поземке, неохотно светлеющей под лучами наступающего рассвета. Минут пять до клубка шаманов, что сопровождают головные отряды, пока они свяжутся с окопавшимися у стен Усыпальницы вождями, пока вернут ответ… Можно успеть проверить, как дела у арьергарда.

Глэд развернул коня и легонько тронул поводья.

Начинался очередной, наполненный уже привычными заботами день…