Читаем без скачивания Рассвет над Майдманом - Олег Борисов

— Никогда бы не подумал раньше, что болотники пришлют подобный сброд!

Фрайм раздраженно стягивал задубевший сапог, расположившись на растрепанном походном стуле. Вольные комбинаторы сумели окончательно очаровать графа Шапойна и теперь использовали его палатку как постоянно место дислокации. Отсюда они отправлялись в набеги на правое и левое крыло вцепившейся в город армии. Отсюда начиналось выполнение амбициозных планов по созданию авторитета, запуску благоприятных слухов и сбору любой информации о личных симпатиях и антипатиях разношерстного офицерского общества. Бесконечные бароны, тысячники и выдающиеся сотники, друзья полезных знакомых и знакомые этих шапочных знакомых. Череда лиц, ключевые из которых анализировались и, по возможности, заносились хитрой вязью в толстую книгу, которую Мим всегда носил с собой. Фрайм никак не мог уловить систему, по которой компаньон ведет записи. Но стоило назвать имя, и, если человек присутствовал на пожелтевших страницах, книга рассказывала всю его подноготную, сильные и слабые стороны, через кого и с каким подношением стоит идти в гости.

Сегодня они успели заглянуть в гости к ряду высокопоставленных чиновников, обитающих рядом со Ставкой. Засвидетельствовали преданность сначала короне Драконов. В меру скромными подарками поддержали благосостояние королевства Поххоморан. А также отдали должное героизму верных сынов Болотного королевства. К представителям Зур не заглянули. Хватило вчерашнего щедрого ужина с их тысячниками. После визитов на скорую руку пообедали и разъехались по намеченным маршрутам. Поздним вечером встретились в палатке графа. Хозяин в этот вечер радостно тратил деньги за игрой в карты. А спонсирующие гости переводили дух после череды встреч.

Фрайм закончил со вторым сапогом и устроился поудобнее у жаркого костра. Граф не жалел чужих денег на создание уюта в походе. Мим перебрался поближе, памятуя о возможных любопытных ушах, способных поставить под угрозу любое удачное начинание.

Наемник отхлебнул из приготовленного бокала, прикрыл глаза и тихо начал диктовать.

— Итак, болотники. Сегодня побывал в двух тысячах, что расположены ближе к ополчению драконов. Если в северных частях костяк командования сколочен из старослужащих, то здесь набрали кого попало. Есть бывшие фермеры, хлебопеки, пара мелких купцов. Любой, кто проходил военную подготовку, может занять там должность. Солдаты у них такие же. Если вспомнить, что на такое обучение за счет короны загоняли всех, кого могли выловить на границе с драконьими болотами, то не следует удивляться полученным результатам. Наше счастье, что милых ребят держат в резерве. Они хотя бы не ломают себе шеи в городских руинах. К сожалению, деньги на пирушку потрачены зря. Что-либо полезное узнать не удалось. А полученные связи вряд ли принесут пользу в дальнейшем.

Мим сделал пару пометок и снова обратился в слух. Фрайм допил бокал и продолжил.

— Первая тысяча. Тысячник — Ампаламгадер. Чем длиннее хвост у фамилии, тем считается уважаемее господин. На самом деле — это дань глупым амбициям мелкого купечества. До того, как прибежать в армию, тысячник был мелким чиновником в городке на берегу моря. Заведовал дорожным строительством. Как я понял, дороги строили плохо, а деньги разворовывались хорошо. Но в нужный момент он не успел поделиться с кем надо и вынужден был решать — податься в бега или осчастливить личным присутствием армию. Так что теперь господин Ампаламгадер бодро командует такими же прохиндеями. Как командир — полное ничтожество, забыл даже тот минимум, который в них пытались вколотить на военных сборах. Пара сотников у него есть с головой, сосланных в тысячу за пьянку. Остальные — ничего из себя не представляют. Любимое развлечение бывшего строителя — охота на зайцев. Если что от него понадобиться, можно либо позвенеть золотом, либо подарить щенков гончих собак.

Лист бумаги покрылся вереницей символов.

— Можно обратить внимание разве что на полутысячника под его командованием. На должность назначен дряхлый старик. Но у дедушки остались хорошие связи в припортовой таможне…

Все новые лица описывались, классифицировались, запоминались и записывались. Крупицы информации медленно копились, чтобы со временем превратиться в драгоценные самородки или в золотые нити, позволяющие решать личные проблемы. Правильно задействованные связи и конкретные персоны давали возможность уменьшить потери золота на пути к конечной цели, ради которой двое умудренных жизнью мужчин трудились рядом с бывшей разрушаемой столицей орочьей орды.

— Кизяка подай еще, дым редеет! Шевелись, конское отродье!

Ополченцы метались между дырой, изрыгающей клубы сизого дыма и стоящими в стороне телегами, нагруженными хворостом и кизяком. Все новые порции сухого лошадиного помета сыпались в огонь. Стоящие вокруг закованные в железо дружинники настороженно всматривались в полуобвалившийся провал, из которого в любом момент мог вывалиться очередной орк.

Уже четвертый день объединенные войска зачищали северные кварталы. Попытки легких конных поххоморанцев уничтожить отряд орков закончились неудачей. Потеряв в столкновениях и нападениях из засады больше сотни солдат, старый Тертедуэй вынужден был закрепиться на уже очищенных территориях. Его слова оказались пророческими. Хозяева города ушли из других районов, бедных подземными ходами и оказали сопротивление лишь здесь, рядом с кладбищем.

Вчера нешуточная битва разыгралась на подходах к торговой площади. Сотня наемников Зур прикрывала две сотни ополченцев, что проверяли любую дыру и заваливали все обнаруженные ходы, используя для этого ближайшие уцелевшие дома и не развалившиеся стены. Орки атаковали стремительно и перебили легковооруженных солдат буквально в считанные мгновения. Но наемники не растерялись и ударили в гущу свалки. Завязавшийся бой продолжался больше часа. На призывы о помощи быстро подтянули сосредоточенные рядом дружины баронов и пару летучих отрядов все тех же наемников. Тертедуэй двинул целую тысячу через площадь, отрезая путь рискнувшим показаться в свете дня оркам. В бок замыкающим кольцо окружения поххоморанцам ударил еще один вражеский отряд и сумел пробить брешь, через которую с трудом вырвалось до десятка бойцов. Огрызающиеся стрелами и сталью орки откатились на кладбище, где пропали в бесчисленных склепах. По оценкам участвовавших в схватке, ушло меньше сотни мохнатых воинов. На залитых кровью улицах они оставили больше ста двадцати тел. Потери другой стороны перевалили за четыре сотни. Если бы не закованные в сталь дружины и наемники, погибло бы существенно больше.