самая приятная судьба, как ни посмотри.
И так как герои являлись местными знаменитостями и легендами, на которых практически молились миллионы людей, ситуация была критической. Настроения среди этих людей бурлили с такой остротой, что просто невозможно предсказать будущее. Казалось, всё что угодно могло произойти уже завтра.
Воут с каждым днём теряли контроль над героями и когда раскроется, что они похищали людей и проводили над ними опыты, чтобы создать совершенное оружие против суперов… Несложно догадаться, что реакция не будет положительной.
Вполне возможно, что Патриот и его группа воспользуются этой возможностью, чтобы получить контроль над компанией в свои руки. Могу предположить, что они даже рискнуть сделать более рискованные захваты власти. У меня слишком мало информации, чтобы точно говорить.
И в этом была главная проблема — я не знал, чего конкретно хотят Патриот с Сейдж. У них, очевидно, имелся какой-то план, но не зная его, было трудно решиться присоединиться ли к ним, или, наоборот, сдать правительству?
Парочка суперов сообщила мне очень красивые слова, но ничего конкретного не рассказали. Простые слова о том, что за всё хорошее и против всего плохого меня, конечно, не устроили, но спорить с этой парочкой не лучшая идея.
Ведь нужно было и смотреть на вещи объективно — я очень сильный супер. Один из сильнейших на земле, по моему скромному мнению. И если получится реализовать мой главный проект — имею потенциал стать превзойти даже величайших… Но пока что слишком рано.
Если образуется какой-то клуб суперов, которые будут влиять на мир, вполне логично пригласить меня туда. А следовательно, стоит мне выполнить тренировочное задание, как меня могут допустить к внутреннему кругу и раскроют хоть что-то.
Покрутив флешку, я вставил её в компьютер, после чего отправился на выход. Надеюсь, бахвальство Сейдж не было пустым сотрясением воздуха и она действительно что-то сможет полезное найти. Ведь если какие-то особо тёмные секреты Воут и остались, то это будет лучшим способом до них добраться.
...
День, когда в Годолкин ворвались десятки вооружённых агентов ЦРУ и ещё куча дополнительных специалистов, запомнили надолго. Казалось, что типичная тихая и непринуждённая обстановка, царящая в институте, где растили будущее поколение героев, в этот день просто умерла.
Студенты и учителя одинаково не понимали, что происходит, но, видя представителей власти, не решались вмешиваться. Большинство суперов здесь хоть и могли в одиночку поубивать обычных людей, но Воут хорошо постарались, чтобы страх перед властью был в крови у всех и каждого.
А уж когда все увидели, как вырубленного Бринка тащили на улицу… Реакция была очень красочной. В основном люди оказались шокированы и отказывались принимать реальность. Для многих именно он являлся лицом Годолкина и даже многих суперов. Как-никак, именно он воспитал половину нынешнего состава Семёрки.
Энни согласилась помочь процессии и, встав у главной площади кампуса, пыталась объяснить, что происходящее не означает чего-то кардинально плохого и лишь ведётся расследование. Она была очень высоко в рейтинге местных героев, поэтому к ней хоть как-то, но прислушивались.
У меня же отсутствовала возможность сказать и слово, так как в это время я был занят другим заданием. Воут — крепкая и очень серьёзная организация, которая с невероятным рвением сторожила свои секреты.
Вот только долгие десятилетия спокойной и успешной жизни сделали корпорацию слишком большой и медленной, не способной быстро реагировать на угрозы. И поэтому лучший способ победить их — наносить молниеносные удары прямо в горло. Чтобы не оклемались.
— … У вас не разрешения проходить на данную часть университета! И мне не важно, какие значки вы показываете — приказ директора Бринка…
Тяжеловооружённый охранник, кричавший на меня и агентов ЦРУ, даже смотреть не захотел на ордер, разрешающий провести осмотр подземных помещений. И судя по тому, как он крепко схватился за свой автомат, он был готов решить вопрос радикально.
— … Я считаю до трёх, после чего не смогу ручаться за действия! Прошу вас, просто отойдите…
Я не желал как-то вредить обычному человеку, выполняющему ту работу, на которую его наняли. И пусть он помогал очень плохим людям, но не моя работа судить его. Поэтому, просто выйдя вперёд, я попытался мирно убедить его опустить оружие.
— У тебя металлическая пластина в черепе, а также отсутствуют три пальца на правой ноге, вместо которых стоит имплант. Судя по повышенному содержанию холестерина в крови, а также сильно ослабленной печени, у тебя была тяжёлая жизнь. Ты в отличной физической форме, несмотря на не очень хороший образ питания — подозреваю, ты бывший ветеран. Поэтому скажу просто — поверь нам, я не хочу делать ещё хуже ради каких-то богатеев, ответственных за все местные ужасы. Всё чего я желаю — чтобы ты пропустил нас вперёд… В обмен могу сказать, чтобы ты сходил к эндокринологу, у тебя явные проблемы с щитовидной железой.
Охранник удивлённо посмотрел на меня, затем на людей позади меня, после чего обернулся. К нам уже бежали десятки других охранников, которые только сейчас поняли, насколько большие проблемы их застали.
Тяжело вздохнув, он опустил оружие и пропустил нас вперёд, а затем отошёл в сторону
Резко остановившись на месте, я вновь отправил сообщение по телефону, после чего направился в противоположную сторону от лабораторий. Несмотря на то, что подземная тюрьма построена глубоко под землёй, находясь так близко, я чувствовал внутри десятки суперов, находившихся в очень плохом состоянии. Однако живых и не требующих скорой помощи.
Куда сильнее меня увлёк другой человек, которого я ощутил. Мужчина лет сорока, сейчас активно покидающий территорию университета вместе с кое-чем очень интересным…
...
Светлокожий мужчина лет сорока, в толстых очках и белой рубашке, бежал в сторону своей машины, неловко таща с собой серебряный чемодан. С одного взгляда можно было понять, что мужчина паниковал и сильно волновался, отчего его руки дрожали, а по коже стекали капли пота. Его сердце билось с такой скоростью, словно он находился на грани жизни и смерти…
И особенно он запаниковал, когда его конечности резко стали невероятно тяжёлыми, а на плечи словно гору положили. Он не был в состоянии двигаться и мог лишь смотреть, как я двигаюсь к нему.
— Ну не настолько всё плохо. Прошу остановиться вас и поставить то, что вы держите. — проговорил я, когда наконец-то добежал до него. Хоть я
