Уперев руки в боки, Джессика удовлетворенно кивнула сама себе, довольная своими успехами. Работа была тяжелая. Даже Джессика, привыкшая к многочасовым тренировкам, решила, что работа была изматывающая. Изматывающая, но чертовски удовлетворяющая. Было поистине замечательно чувствовать, что действительно помогаешь людям, знать, что они видят твои попытки изменить их жизнь к лучшему.
Хоть она и была одета как и все остальные добровольцы, она никогда не тешила себя надеждой, что сможет затеряться среди них. Если не обращать внимание, что все они были почти на голову выше ее, то все равно не укроешь от людей ее тонкие черты лица и длинные светлые волосы, отливающие золотом. Ни одна женщина из ДаГрэна даже отдаленно не напоминала ее… ее благородство ясно запечатлелось на лице девушки, как бы она не пыталась замаскировать его потом и пылью. Даже на великана Дэймона не пялились так увлеченно, как на нее. Джессика знала, что те люди, что наблюдали за их работой, и крестьяне, что плечом к плечу работали с солдатами знали, кто пришел с ними. И слава Богу, что ни один из них не узнал в ней ту девушку, что выпивала в ту ночь в таверне в высокой темноволосой женщиной.
По правде говоря, Джессика нашла это опасливое внимание забавным. Старший в деревне, который отдавал им распоряжения, очевидно, очень нервничал по поводу того, что наряду с солдатами под его руководством работает дочь самого сэра Ричарда. Сначала он предложил ей незначительную, чисто символическую работу, предполагая, что такой нежный цветок не пожелает пачкать руки настоящей работой. День разгорался и Джессика бралась уже и за тяжелые поручения, доказывая себе, что она в состоянии работать наравне с мужчинами. А когда она ударила молотком себе по пальцу, после чего разразилась красочными и витиеватыми проклятиями, старшина понял, что он сильно заблуждался на ее счет. После этого происшествия ей стали доверять более важную работу, за которую она бралась со всем своим пылом и энтузиазмом. Скоро крестьяне привыкли к ее присутствию и уже обращались с ней как и с простыми солдатами… хотя некоторые все равно опасались к ней приближаться и продолжали дичиться.
Стук копыт приближающейся лошади вывел Джессику из задумчивости. Обернувшись, девушка улыбнулась, узнав Чарльза, который с неимоверной грацией восседал на лошади и одобрительно осматривал проделанную работу. Она приветливо махнула рукой, когда дворянин подъехал к ней на своем жеребце.
– Доброе утро, Чарльз, – счастливо воскликнула она и гордо обвела рукой дом. – Ну как тебе?
Чарльз склонил голову на бок и глубокомысленно уставился на дом. – По-моему неплохо. Не то чтобы я много знал о строительстве домов, конечно, но не кажется, что он собирается развалиться в ближайшее время. И выглядит красиво.
Джессика усмехнулась. – Что привело тебя сюда? Хочешь спешиться и присоединиться ко всеобщему веселью?
Он сморщился и скептически оглядел ее грязную, пропитавшуюся потом одежду, – Я бы сказал, что ты уже успела повеселиться за нас двоих, Джес. Нет, я просто приехал посмотреть, как у тебя дела. В замке стало скучно. – Он огляделся. – А Кейла решила не приходить с тобой сюда?
Джессика тут же вспыхнула, воспоминания этой ночи были все еще свежи в памяти. – Нет, она, э… решила остаться в ДаГрэне. У нее тоже возникли кое-какие дела.
– Да?
– Да, она работает весь день в кузнице. Саттон попросил ее помочь ему в чем-то.
– Кейлу?
Джес пожала плечами. – А что? Она у своего последнего хозяина научилась кузнечному делу. Я сама не могу судить о ней, потому что вообще не разбираюсь в этом, но Саттон говорил, что у нее вместо крови по венам течет жидкая сталь.
– Правда? – Чарльз задумчиво потеребил подбородок. – Я и не представлял, что она умеет делать нечто подобное. Кузнецы обычно такие огромные и мускулистые… как Саттон, ну ты меня понимаешь. А Кейла такая… изящная.
– Да, это точно. Но знаешь, она намного сильнее, чем кажется. – Джессика попыталась говорить как можно небрежнее, стараясь не вспоминать, как это изящное тело вчера ночью прижималось к ней. Почти удалось.
Чарльз усмехнулся. – Я заметил. – Подойдя ближе, он серьезно посмотрел на нее. – Так… у вас теперь все хорошо?
Джессика вопросительно изогнула бровь. – Конечно хорошо, – она немного потупилась, думая, на сколько действительно все ХОРОШО, – А почему ты спрашиваешь?
Он пожал плечами. – Ну… потому что вчера вы обе казались как будто на своей волне. Я чувствовал какое-то напряжение между вами. – Он улыбнулся, когда Джессика покраснела и отвела взгляд. – Что происходит?
– Ничего.
– Ага. – Чарльз уперся кулаками в талию и спросил игривым тоном. – А почему тогда ты так очаровательно краснеешь? Да и вчера, насколько я мог заметить, ты тоже вспыхивала поминутно.
Джессика замялась, а потом застенчиво взглянула на друга. – Она, э… она…. как бы…. немного…. флиртовала со мной, вот и все.
Брови Чарльза взлетели вверх . – Что она делала?!
Девушка пожала плечами. – Она со мной флиртовала. Со вчерашнего утра. – Джессика отвернулась опустив голову и жалея, что не может сейчас спрятаться за волосами, как она обычно делала. Она еще сама не до конца поверила, что все происходит наяву, а тут еще надо говорить об этом вслух.
Чарльз нежно взял ее за руку и повернул лицом к себе. – Эй… все хорошо. Я знаю, она тебе нравится. Ведь это же хорошая новость, правда?
Джессика посмотрела на него. – Да. Хорошая… только все так необычно.
Чарльз нежно взял ее за подбородок. – Знаешь, мы можем поговорить с тобой об этом, Джес. Хоть мы и не будем вместе, а я хочу, чтобы ты была счастлива.
Джессика усмехнулась. – Спасибо. Я честно говоря, удивлена, что ты вчера ничего не заметил. У нее все было на лице написано и чертовски очевидно при том.
– Ну… я просто думал, что она еще не в себе от нападения. Да и потом я не хотел вдаваться в нюансы ее поведения. – Он серьезно смотрел некоторое время на Джессику. Чарльз прекрасно знал, что девочка была не искушена в подобных вопросах, а еще была идеалисткой и неисправимой романтичной натурой. – А ты уверена, что она флиртовала с тобой? В смысле, может быть, ты просто хотела бы это увидеть?
Джессика лучезарно улыбнулась и в ее глазах заплясали чертики. – Ох, я уверена. Поверь мне, Чарльз. – она с дрожью вспомнила, как мягкие руки Кейлы порхали возле ее грудей. – Мы так толком и не поговорили об этом, но она предельно ясно дала мне понять о своих чувствах!
Чарльз секунду смотрел в ее глаза, они светились уверенностью. – Понятно. То есть, ты думаешь, что все это…. серьезно, да?
Она застенчиво улыбнулась. – Я на это искренне надеюсь.
