заднего крыльца, позади меня со скрипом открывается входная дверь. Оглянувшись через плечо, я замечаю, что моя кудрявая лучшая подруга направляется ко мне с двумя бутылками в руках.
Она садится рядом со мной, и мы обе не сводим глаз с бесконечных акров земли перед нами.
– Я пригнала твою машину, – наконец говорит Стиви, вручая мне бутылку пива.
– Спасибо, Ви.
Она чокается со мной.
– Я предпочитаю джин с тоником. – Констатируя очевидное, как будто она еще не знала, я делаю глоток.
– Даже в десять утра?
– У хорошего коктейля нет временных ограничений.
– Что ж, теперь, когда твоя лучшая подруга беременна, ты предпочитаешь безалкогольное пиво. – Сине-зеленые глаза смотрят на меня, по губам расползается улыбка.
– Тебе не кажется, что это странно звучит? – смеюсь я.
– Очень странно.
Переключив внимание на зелень перед нами, мы обе несколько минут молчим, вдыхая свежий воздух, свежие запахи. Ощущение свободы, которую дает это место.
– О чем ты думаешь, Инд?
Я думаю о том, как буду растить детей с женщиной рядом со мной. О том, что смогу называть свою лучшую подругу свояченицей. О том, что стану тетей для милого ребенка, которого она носит. О том, как мы будем днем вместе наблюдать за игрой Райана или Зандерса в «Юнайтед-центр», а потом проводить вечера здесь.
Я подношу бутылку к губам.
– Я думаю о том, какой сексуальной я буду в качестве жены игрока НБА.
Стиви смеется, положив голову мне на плечо.
– Как же мне так повезло, что моя лучшая подруга и мой брат так сильно любят друг друга!
Я склоняю свою голову к ее.
– Мы будем так жить вечно, правда? Мы четверо. Растить детей и стареть вместе?
– Это ты мне скажи, Инди. Мы всегда будем вместе?
Все, что я вижу на этом заднем дворе, – это остаток нашей жизни. Каждый день рождения. Каждый праздник. Каждый теплый летний вечер и холодное зимнее утро. И каждый образ сосредоточен вокруг мужчины, которого любят мое сердце, разум и душа.
Впервые в моей жизни мне не нужно ничего романтизировать.
Райан воплотил мою мечту в реальность.
Я мечтала о нем.
– Ежедневные новости, Ви. Мы будем вместе всегда, но сначала мне кое в чем нужна твоя помощь.
43
Райан
– Дайте мне знать, когда будете готовы, – говорит Дэвид, мой швейцар.
– Гарольд должен подъехать с минуты на минуту.
Стоя в вестибюле, мы вдвоем наблюдаем за толпой фанатов у здания. После вчерашней победы мы впервые за шесть лет всего в шаге от выхода в плей-офф. Это ни в коем случае не равносильно победе в чемпионате, но для этого города это все равно важно.
– Я не видел мисс Айверс почти неделю, и я слышал, что на днях грузчики забирали ее вещи.
Дэвид сдержанный человек, но мы знаем друг друга слишком долго, чтобы он мог притворяться сдержанным со мной.
– Я купил дом примерно в тридцати минутах езды от города. Инди остановилась там.
Его седые брови взлетают вверх.
– Вы переезжаете?
– Не знаю. Я купил дом для нее, и я не буду там жить без нее.
Он кивает, сжав губы, как будто раздумывает, стоит ли говорить, но все равно решает сказать.
– Мистер Шэй, за почти четыре десятилетия моей работы вы были моим любимым жильцом. Вы добрый, щедрый и более практичный, чем должен быть любой двадцатисемилетний парень, зарабатывающий такие деньги. Но, сынок, за те почти пять лет, что ты здесь живешь, ты выходил на улицу, только чтобы метнуться в машину или в здание напротив, чтобы повидаться с сестрой. Ты здесь не живешь. За тобой наблюдают. – Он указывает на толпу фанатов, ожидающих меня у входа. – Я буду чертовски по тебе скучать, но я надеюсь, что вы с мисс Айверс выберетесь отсюда и найдете место, где сможете побыть в тишине.
Это именно то, что значит для меня этот дом. Я почувствовал это в ту же секунду, как вошел. У него был потенциал стать домом, и я мог представить Инди в каждой комнате. Я мог представить ее в саду или на кухне. Мог увидеть, как она бездельничает в гостиной или в нашей спальне.
Это идеальное место, чтобы спрятаться, и я надеюсь, что она решит спрятаться вместе со мной.
Я похлопываю его по плечу:
– Дэйв… – Повисает пауза, и мы оба тихонько посмеиваемся над тем, что я случайно использовал прозвище, которое придумала ему Инди. – Дэвид, если я перееду, тебе и семье придется приехать в гости, а?
– Мы бы с удовольствием.
Гарольд паркуется прямо перед моим зданием, и Дэвид открывает мне дверь в вестибюль.
Опустив голову, я раздаю несколько автографов и быстро направляюсь к машине. Как только я оказываюсь в безопасности внутри, Гарольд направляется к тренировочному комплексу, где меня срочно отправят на очередную пресс-конференцию, прежде чем мне разрешат ступить на площадку.
Откинув голову, я наблюдаю, как мимо проносится город.
Я почти не спал на этой неделе из-за ошеломляющего сочетания тоски по Инди и сожаления о том, что я наворотил тем утром несколько дней назад. Тем не менее я горжусь ею. Если бы я был сторонним наблюдателем и увидел, как я отреагировал на мысль о том, что она беременна, я бы понял ее уход. Она заслуживает того, чтобы иметь в жизни все, чего хочет, и год назад я не был бы уверен, что у нее хватит сил уйти так, как она это сделала.
Последнее, чего я хочу, – это чтобы она бросила меня, но мне действительно нравится видеть, что у нее хватает смелости встать и потребовать того, чего она хочет.
Но я – тот, кого она хочет. Я знаю без тени сомнения, что это так.
Теперь, если бы она, черт возьми, могла позвонить мне и попросить переехать к ней в дом, это было бы здорово.
Она живет там уже три дня, и да, я засы́пал сестру сообщениями и звонками. Она почти ничего мне не говорит, кроме того, что с моей девушкой все в порядке, поэтому я стараюсь не форсировать события.
На пресс-конференции Итан сидит по одну сторону от меня, а мой тренер – по другую. Это приятная передышка – быть не единственным человеком за микрофоном, но это не имеет большого значения, почти все вопросы по-прежнему адресованы мне.
– Шэй, – репортер в первом ряду встает и говорит в микрофон. – Как вы держитесь под давлением?
– Я не чувствую никакого давления.
Лгу. Итан, наблюдающий за мной краем глаза, подтверждает, что он тоже знает, что я лгу.
– Первое потенциальное место в плей-офф за шесть лет, если вы сможете одержать победу сегодня вечером. Вы не чувствуете никакого давления?
Как всегда, я надеваю маску. Я спокоен. Хладнокровен. Собран.
– Нет.
Встает другой репортер.
– Как вы думаете, каково ваше будущее в этой игре, если вы не выйдете в плей-офф в этом году? Вы выступаете в лиге уже пять лет, и вам еще предстоит вывести
