Шарлотта хмыкнула что-то невразумительное — и через секунду они были в объятиях друг друга.
* * *
На пятьдесят пятом году своей трудной и счастливой жизни детектив Хоук Дуп из даремского отделения полиции понял, во что нужно верить.
Он верил в то, что проповедовали добрые старые священники, пугавшие грешников адом, и в чудодейственную мощь закона, который наказывает грешников, не боящихся ада. Молодым человеком пришел он служить в полицию, где были тогда одни только белые, и, несмотря на все трудности, стал тем, кем хотел стать с тех пор, как ребенком с балкона для цветных смотрел в кинотеатре фильмы про воров и полицейских, — он стал офицером полиции.
Он верил в благоговейную любовь своей маленькой толстенькой жены Луэтты, в замечательные достоинства их четверых взрослых детей и в невинность их шестерых внуков. Он верил в то, что горячая жареная зубатка с холодным пивом может развеять все мужские печали, а Элвис был единственным белым, который мог петь в стиле госпел с истинным чувством. И в то, что Элвис действительно умер, он тоже верил. Хоук был отнюдь не дурак.
Отчего и не чувствовал себя дураком, доверяя богом данному дару Джейка. Поскольку он и сам обладал чем-то сходным, он еще много лет назад выделил Джейка из других поисковиков, подозревая, что тот понимает то же, что и он сам.
Они сидели рядом в полицейской машине, и Хоук с трудом заставлял себя думать о деле, ибо его внимание то и дело возвращалось к потрясающему открытию.
У Джейка действительно была жена. Это не сплетни. Вот она — высокая, красивая блондинка с большими голубыми глазами, в старых джинсах, туристских ботинках и рабочей рубашке с длинными рукавами, завязанной узлом на животе. Этот узел его сильно впечатлил. А на руках у нее перчатки — не странно ли? Улыбнувшись и пожав ему руку, она подошла к лопоухому старику Бо и склонилась над ним, со всех сторон оглаживая ему бока, словно псу предстояло бороться за приз на собачьей выставке.
Грязная, изрезанная колеями дорога упиралась в свалку. Место оставляло зловещее впечатление: ровные ряды ржавых остовов старых автомобилей сплошь заросли диким колючим шиповником. Словно заброшенное кладбище. Поднялся ветер, где-то далеко погромыхивал гром, и в воздухе пахло дождем.
Хоук раскурил свою старую трубку и с минуту молча пыхтел ею, поглядывая на Джейка, который был невозмутим, как сфинкс, и столь же неподвижен в своей широкополой шляпе, низко надвинутой на лоб. Хоуку не терпелось начать работу, но он уже знал, что торопить Джейка не стоит. Ему нужно время и тишина для медитации, или как там это называется.
Но, черт возьми, этот парень действительно умел находить вещи, и людей тоже. И много раз доказывал это. Они забирали его из дорожной бригады, в которой он работал в тюрьме, и он показывал лесникам, где бурить, чтобы из земли забил источник чистой воды. А когда пошла молва, что он умеет искать воду, надзиратель привез его к себе на ферму, чтобы определить, где закопан огромный баллон с газом, который захоронили так много лет назад, что никто уже не помнил, в каком месте. Тогда слава Джейка многократно укрепилась: он нашел и старинный газовый баллон, и кладбище рабов, и ключи от машины, которые недавно потерял надзиратель. После этого они возили его по всему штату — разыскивать туристов, заблудившихся в национальных парках, возвращать сбежавших из дому детей, находить спрятанные трупы. Хоук возмущенно фыркнул. Они бы охотно держали его в тюрьме еще десять лет, чтобы без помех использовать на розыскной работе.
— У тебя отличная жена, — наконец сказал Хоук. — Раньше ты ее с собой не брал. До тюрьмы, я имею в виду. И она тебя ждала все эти годы — это кое-что! Должно быть, исключительно хорошая женщина.
— Да, — не моргнув глазом, без всякого выражения ответил Джейк. — Она такая. Дай-ка мне на время пару наручников.
* * *
Итак, она здесь. Еще один шажок. Пусть за время долгого пути Джейк не сказал и десяти слов, но все же они рядом. Она посмотрит, как они с Бо работают. Джейк, наконец, позволит ей проникнуть в эту доселе запретную для нее часть его жизни. И белых пятен уже не останется.
Она будет держаться на расстоянии, скромно и незаметно, и изо всех сил ласкать Бо, но при этом не пропустит ни одной детали.
Саманта подошла к машине детектива Дула. Бо, зевая, плелся рядом. Бо давно уже пребывал в пенсионном возрасте. Ей казалось, что Джейк не хочет этого признавать, чтобы лишний раз не вспоминать о потерянных впустую годах. Надо жить сегодняшним днем. Но все же скоро она найдет способ очень осторожно завести речь о щенке. Подойдя к Джейку и Хоуку, она сказала:
— Бо проснулся и рвется работать. Полицейский с сомнением посмотрел на Бо.
— Почему вы так думаете, мэм?
— Он слегка сердится. — Она избегала смотреть на Джейка. — А что мы ищем?
Сияющее лицо детектива враз помрачнело.
— Ребенка, мэм. Маленькую девочку.
Она почувствовала, что кровь бросилась ей в лицо.
— Я думала… Я решила… вы же ничего не объяснили…
— Я не хотел огорчать вас, мэм.
— Хоук вообще не ожидал, что ты приедешь со мной, — вмешался Джейк.
Сэмми вздохнула:
— Так получилось. Но почему мы здесь одни? Разве на поиски пропавшего ребенка не бросают всех имеющихся в наличии людей?
Хоук Дуп мрачно кивнул:
— Да, но они работают с той стороны города, прочесывают лес вдоль шоссе. Но я уверен, что тело ребенка где-то здесь.
— Тело?
Дуп тяжело вздохнул.
— Ну, хорошо, господа, тогда несколько слов об этом деле. Примерно в миле отсюда стоит несколько домов. И одна женщина, живущая там, выгнала своего дружка. Вчера вечером он пришел в ее дом, зверски избил ее и убежал, прихватив ребенка. Утром мы его поймали неподалеку от границы штата. Без ребенка. Все решили, что скорей всего он убил девочку и спрятал где-то неподалеку. Я думаю, что он наверняка бросил ее прямо в лесу, как только понял, что она ему ни к чему.
Сэмми стало дурно. Потом она страшно разозлилась на этого человека, который втянул Джейка в это дело. В это гнусное дело — словно у Джейка вообще нет никаких чувств. Но Джейк, казалось, воспринимает все это как должное. И она молча проглотила все возмущенные слова, что хотела сказать.
Дуп вытащил из кармана маленькую розовую футболочку и протянул Джейку.
— Что скажешь?
Не двигаясь, погруженный в глубочайшую сосредоточенность, Джейк с минуту держал ее обеими руками.
— Примерно то же, что и ты.
Сэмми смотрела на Джейка. Джейк никогда ничего не говорит просто так. Что-то здесь не сходится.
— А у вас ничего нет из вещей мужчины? Я хочу сказать, что толку давать собаке нюхать детские вещи, если это чудовище тащило ребенка на руках?
