– Какая госпожа?
– Сам знаешь.
– Подождёт.
Ему и в самом деле казалось, будто всё идёт настолько удачно, что можно уже праздновать победу, и ничего более важного, чем делёж добычи, просто быть не может. Фаланги Геркуса с лёгкостью давили местные ополчения одно за другим, как утюг тараканов, и делали это так стремительно, красиво и слаженно, что залюбуешься. Несколько крепостей, встретившихся в южных имперских провинциях, никто не ремонтировал уже пару сотен лет – воды во рвах не было даже во время паводка, механизмы подъёмных мостов проржавели насквозь, и везде держали не больше трети положенного гарнизона. Тех, кто пытался сопротивляться, забрасывали огненными шарами, а на пленных тут же нахлобучивали ошейники и ставили их в строй линейной пехоты. Зачем, спрашивается, было столько ждать, пока созреет Сонный Туман? Возни с этой бронзовой неприподъёмной бадьёй больше, чем местными землепашцами и мастеровыми, которые сбились в ватаги и норовят, всё больше по ночам, ущипнуть непобедимую армию будущей императрицы Ойи. Семь пятниц у неё на неделе – то звалась она Тайли, то вдруг пожелала Утой называться, а теперь, когда уже таиться ни от кого не надо, требует её величать – Ойя Вианна, повелительница вселенной.
– У тебя что – крыша съехала? – искренне удивился Трент, бесцеремонно схватив Тука за рукав. – Для глухих повторяю: Повелительница тебя требует к себе. Немедля.
– А почему тебя прислала? Ты что – мальчик на побегушках?
– А потому, что кого другого ты просто пошлёшь куда подальше.
Тук с сожалением захлопнул ларец, залил щель расплавленным воском, слив его из лунки толстой свечи, и приложил печать, которую всегда носил с собой.
– Кто тронет без меня – убью, – пригрозил он троим своим подручным, которые неотлучно находились при добыче.
Таверна "Аппетитные хрящики", в которой Тук временно обосновался, располагалась на очень удобном месте – здесь пересекались три дороги, ведущих с севера на юг, и обойти это место можно было только по горным тропам, о существовании которых знали немногие. А народ всякого звания, спасая свой скарб, бежал почему-то и с юга на север, и с севера на юг. Жители южных провинций надеялись найти защиту в землях пока ещё подконтрольных императору, а севера люди бежали от грабежей конных отрядов наёмников, которые сопровождали линейную пехоту, делая вид, что защищают её от фланговых ударов. С флангов стройным шеренгам питомцев Геркуса пока никто не угрожал, и наёмники нередко отвлекались от своих прямых обязанностей, чтобы заняться любимым делом, причём, забираясь в глубь империи значительно дальше линейной пехоты. Так что, место было бойкое, хлебное, и больше всего Тук опасался, что Ойя прикажет отсюда немедленно сниматься и ломиться дальше навстречу имперским войскам, которых, по слухам, тьма тьмущая стягивалась к столице. Как будто нельзя подождать, когда два встречных потока беженцев не иссякнут, из здесь некого будет стричь…
Нехорошие предчувствия одолевали его всю дорогу, пока лёгкая бричка, запряжённая парой лошадей, не доставила их с Трентом в роскошную усадьбу, в которой обосновалась Ойя. Тук с нескрываемым раздражением смотрел на изящную кованую ограду высотой в два человеческих роста, парковые дорожки, выложенные мрамором да ещё и застланные ковровыми дорожками, двухэтажный дом, казалось, сплетённый из каменного кружева и крытый позолоченной черепицей. Вот уж где его парням было бы, чем поживиться, но проклятая колдунья забрала себе всё, и явно не собиралась делиться. Бывшему хозяину всей этой роскоши собственная жизнь показалась дороже всей драгоценной утвари, которой был уставлен дом, и он сбежал, не взяв с собой ничего. Всё было цело, лишь несло гарью от обугленных остатков деревянного амбара, стоявшего на задах.
– Нравится? – издевательски осведомился Трент.
– Ну, и чего стоим?! – Тук сделал вид, что не расслышал вопроса. – Пойдём в дом, а то зябко что-то…
– А мы уже пришли, – с радушной улыбкой сообщил Трент. – Точнее, ты пришёл.
В тот же миг из-за вековой сосны, первой в аллее, ведущей от ворот до высокого крыльца, блестя на солнце ошейником, вышел лучник. Тук не успел сообразить, в чём дело, и, прежде чем почувствовал боль, заметил оперенье стрелы, торчащее из собственной груди.
– По всемилостивой воле Ойи Вианны, повелительница вселенной, ты умрёшь без лишних мук, поскольку сильно ты нам нагадить не успел, а польза от тебя была, с этим не поспоришь…
– За что? – успел прохрипеть Тук, прежде чем упал.
– За что – не знаю, а Геркусу ты давно поперёк горла, а парни твои слишком своевольничают. Ты за них не бойся – кто сильно брыкаться не будет, жив останется. И всякому приличному законопослушному человеку вроде меня куда спокойнее будет, если на каждого твоего головореза по ошейнику повесят. Пусть своими тесаками щекочут не кого попало, а кого следует. – Трент замолк, как только сообразил, что Тук Морковка всё равно его не слышит, и, насвистывая, пошёл в дом. Но, прежде чем он поднялся на высокое мраморное крыльцо, ему навстречу вышли сама Ойя и Геркус, которому вообще полагалось быть при войсках и готовить их к решительному наступлению. Повелительница прошла мимо, даже не взглянув на палача, а Геркус чувствительно приложил латную рукавицу к его плечу и бросил мимоходом:
– Ты вовремя. Давай-ка с нами.
– Куда ещё?
– Увидишь. Работёнка для тебя есть.
Трент понял всё, когда увидел, что четверо рабов осторожно загружают в повозку, стоящую перед входом, тяжёлую бадью с Сонным Туманом. Похоже, решающее сражение должно было состояться раньше, чем ожидалось. Когда планы приходится менять, это значит, что дела у повелительницы идут не слишком гладко…
Ойя неторопливо и степенно поднялась в карету, рядом с ней уселся Геркус, а Тренту досталось место на подножке. Можно было, конечно, поехать верхом, но, во-первых, палач терпеть не мог лошадей, а во-вторых, прижавшись ухом к дверце кареты, можно было подслушать, о чём Ойя и командор будут беседовать по пути. Трент уже давно заметил, что его посвящают далеко не во все дела, да же те, которые, казалось бы, должны его касаться напрямую.
По тому, как кучер обрушил на лошадей хлыст, и они рванули с места в карьер, Трент, едва удержавшийся на подножке, понял, что повелительница чем-то всерьёз обеспокоена.
– Ещё один такой промах, и я решу, что ты такой же кретин, как этот недоносок Хенрик! – сказала Ойя достаточно громко, чтобы грохот колёс не помешал её расслышать. – Кстати, его до сих пор не поймали?
– Ловят, – рассеяно ответил Геркус. Чувствовалось, что разговор о беглом лорде его не слишком занимает, и угрозы он не воспринимает всерьёз. – Сейчас главное прихлопнуть имперскую армию и взять побольше пленных, и тогда на земле не останется места, где он может скрыться. Сам на коленях приползёт. Да и кому он нужен…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
