Все происшедшее внезапно показалось Каю таким нереальным, что он недоверчиво уставился на собственные ладони, к которым все еще лип мокрый песок. Он машинально отряхнул руки и взял факел, который поджидал его в бронзовом держателе — таком же, как и на первой площадке. «Я обдумаю это потом. Сейчас важно продолжить спуск. Может, внизу удастся разузнать побольше».
Чем ниже он спускался, тем ненадежней становилась лестница. Местами от ступеней остались одни пеньки, торчавшие из стены, как сгнившие зубы. Наконец кончились и они. Аджакти посветил факелом вперед. Там был провал метра в три. Далеко внизу поблескивала, отражая пламя, черная вода. За дырой лестница начиналась снова и выглядела вполне устойчивой.
Отступив на шаг, он прыгнул. Ноги ударили край ступени, но древний камень начал крошиться под его весом. Кай бросил тело вперед, в падении выпустив факел. Растянувшись плашмя на скользкой лестнице, Аджакти смотрел, как пламя высветило затопленный пол далеко внизу, прямоугольное возвышение, стенки которого лизали волны, и скользнувшую по нему острую тень. Огонь ударился о воду вслед за ливнем обломков, зашипел и погас. Все снова погрузилось во мрак.
«Так вот откуда хлюпающие звуки! Волны плещутся об алтарь или обо что-то в этом роде. Эх, жаль, я не успел разглядеть, что за стержень движется в центре башни!» Придерживаясь за стену, Кай в кромешной тьме поднялся на ноги. Он снова представил себе факел и искру, но на сей раз, как он ни напрягался, фокус не сработал. «Что, одноразовое чудо было?» — усмехнулся он про себя. Продолжать спуск без света казалось чистым самоубийством, но Кай напомнил себе, что это — всего лишь сон, и двинулся вперед на ощупь. Вскоре руки нашарили дверной косяк, а ноги оказались на более просторной плоскости — это была следующая площадка и еще одна дверь, ведущая… Куда? Аджакти не рассчитывал, что снова попадет на пляж. Но все же был небольшой шанс, что он сможет обнаружить лампу или свечу. Сделав глубокий вдох, он осторожно толкнул створку.
Сивушный запах дешевого эля ударил в нос. Сначала Кай решил, что оказался в «Счастливом хвостике»; в конце концов, это было единственное знакомое ему злачное заведение, а разве сны — не обрывки воспоминаний о когда-то пережитом? Выглянув из-под надвинутого по самые глаза капюшона, он убедился в своей ошибке. Темные личности разной степени оборванности, составлявшие клиентуру трактира, были не похожи на церруканцев. Да и общались они на тан, хоть и изрядно приперченном кабацкими скабрезностями. От соседей Кая по столу так несло смесью пота, перегара и мочи, что гладиатор отодвинулся на самый край скамьи и уткнул нос поглубже в кружку, каким-то образом оказавшуюся в руке. Стараясь смахивать на пьяного, он осторожно огляделся по сторонам.
Поначалу все местные негодяи показались ему на одно лицо, хотя «харя» было бы более точным определением. Когда глаза Аджакти попривыкли к едва пробивающемуся сквозь слюдяные окошки свету, он насчитал пару торгующихся с барыгой воров, пяток искателей приключений, троих наемников в поисках работы, шулера, обчищающего в кости команду грабителей, сутенера, десяток шлюх обоих полов и убийцу, пасущего клиента. Вот только парочка, поглощенная беседой за соседним столиком, не подпадала ни под одну из перечисленных категорий.
Сидевший спиной к Каю громила в черном плаще прятался под капюшоном, как и он сам. Осанка и манера держаться выдавала в «плаще» воина, причем совершенно трезвого, несмотря на частые паломничества пивной кружки под означенный головной убор. Собеседником богатыря был высокий, но тщедушный тип с бурой щетиной, которого Аджакти определил как волшебника. Нечеловеческие глаза Кая уловили следы сложной магии, не вязавшиеся со слабеньким сиянием ауры над давно не мытой головой. Заинтересовавшись, он решил прислушаться к разговору — благо столы в трактире стояли скученно, и от странной парочки его отделяло не более метра.
— Скак — очень полезная игра, — донесся до него дискант чародея. — Хочу продемонстрировать тебе один любопытный дебют.
Спину громилы заслонил бледный мальчонка в пятнистом от грязи фартуке. Он выгрузил на стол перед бородатым пенную кружку и исцарапанный клетчатый ящичек, а затем помчался дальше, ловко перепрыгивая через торчащие в проходе ноги. Маг радостно потер ладони, вскрыл доску, как устрицу, и принялся расставлять на клеточки черные и белые фигуры. Кай уронил голову на локоть и свесился с края столешницы, изображая пьяный сон. Зато теперь между складками капюшона ему открылся вид на игровое поле.
Черный пехотинец угрожал башне белых. С флангов ее осадили черные всадники. Вторая белая башня была в безопасности, но ее движения ограничивали черные солдаты во главе с офицером. Белые король и волшебник еще не вошли в игру и стояли на своих местах. Зато два белых пехотинца углубились в оборону черных, грозя достигнуть противоположного края доски. Единственной преградой на их пути был черный маг. Остальные фигуры обоих цветов печальными трупиками лежали в лужице эля.
— Итак, что ты думаешь? — поинтересовался чародей, азартно блеснув глазами.
— Это безумие, — пожал плечами его товарищ. Гулкий низкий голос показался Каю до боли знакомым. — Невозможная ситуация. Почти. Почему не задействованы короли? Белый волшебник топчется на месте… К тому же какой же это дебют? Скорее, конец миттельшпиля!
— Ну вот видишь, Рыц! Не все ты еще позабыл! — Щетинистый подмигнул собеседнику.
Кай вздрогнул и чуть не свалился под стол. К счастью, к этому моменту он так хорошо вошел в роль выпивохи, что маг не обратил внимания на его борьбу за равновесие.
«Ментор Рыц! Голос, фигура, а теперь бородатый назвал его имя. Но какого тролля Аров вассал делает в этаком притоне? Да к тому же в обществе светлого волшебника?» Аджакти примостился поудобнее в обнимку с кружкой и навострил уши.
— Кому ты предрекаешь победу? — тем временем вопросил Рыца загадочный собеседник.
— А чей ход?
Маг ткнул пальцем в разбредшиеся по доске черные фигуры.
— Тогда, конечно, черным! В девяноста девяти случаях из ста. Хотя белый маг может еще наворотить дел. Вы ведь играете за черных, хе… кхе-кхе, Сирин?
— Я, — усмехнулся поименованный Сирином, — играю за самого себя. И мне кажется, что на этой доске чего-то не хватает!
Жердяй подцепил пару черных пехотинцев из горки на столе и сунул под бок к белому королю, заменив ими ни в чем не повинных белых солдат. Рыц крякнул, раздосадованно оттолкнув пивную кружку:
— Это же не по правилам, Сирин!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
