Читаем без скачивания Злыднев Мир. - Егор Чекрыгин

ВОЖДЬ

После того как мы разбили армию Ярла, вдруг опять ударили морозы. Еж и другие местные, клялись что такого вообще никогда не случалось. Однако холода начались такие, что от них уже не спасали ни теплая одежда, ни пламя костров.

За какие-то четыре дня, у нас околело почти две трети лошадей. А количество больных стало превышать количество здоровых.

В мире творилось что-то странное. Еще в начале похода, почти все лекари, что были в Армии, начали болеть сами. И к этому дню большая части из них умерла. Привычные средства защиты больше не действовали. У всего войска, даже у меня, внезапно появились вши, которым лютые холода помехой не были. Начала портиться пища, несмотря на очень тщательное хранение. Морозы задержали этот процесс, но когда вновь началась оттепель, зерно опять начало покрываться плесенью, а мясо гнить.

Вывод из этого можно было сделать только один – Магия! Против Армии действовала Магия. Кто-то навел порчу на наших лекарей, губил продукты, и насылал болезни. И этот кто-то был достаточно могущественен, что бы влиять на погоду.

Поначалу конечно я подумал на Ярла. Но допрос пленных, и ревизия его продуктовых запасов показали, что в его войске творилось то же самое.

Один из шпионов Молчуна, догнав Армию, рассказал, что то же самое, происходит и у Красного Короля. А также в окрестных деревнях и городах.

А это означало, что магия направлена не только на нас. Что Маги пытаются вернуть себе былое могущество и вновь поработить землю. И кажется им это удавалось.

Следующий месяц, – был наверное самым тяжелым в моей жизни. Такого бессилия и отчаяния, я не чувствовал даже сидя в клетке у Ярла. Смотреть как гибнет твоя Армия, и не иметь возможности хоть как-то ударить в ответ…. Это было по настоящему страшно.

Сначала умерло большинство раненных…. Потом начали умирать заболевшие. Они метались в жару, бредили, то сбрасывая с себя одеяла, то дрожа от озноба.

Мы давились подгнившим зерном и заплесневелым мясом, отдавая больным всю лучшую пищу, но мало кто из заболевших пережил этот месяц.

К тому времени когда пришло долгожданное тепло, – Армия потеряла не меньше половины своего состава. Топор, Блоха и Еж, – не смогли выдержать этого убийственного похода, в который я втянул свою Армию. Как и большинство погибших, они умерли не в битве, как это и надлежит воину, а от болезни и холода.

Мы возвращались в земли Красного Короля и не узнавали их. Словно какая-то армия прошла здесь в наше отсутствие. Множество деревень вымерло если не полностью, то как минимум наполовину. Большая часть оттаявших полей пустовало, несмотря на начавшееся время пахоты. Возле одного из городов мы увидели как сотня людей копала огромную яму. Позже нам объяснили, что в этой яме похоронят всех, кто умер в городе за время зимы. Поскольку копать могилы во время морозов у выживших горожан не было сил, и в городе скопились сотни непогребенных трупов.

Шпионы Молчуна приносили нам страшные вести. Оказалось что почти все земли Красного Короля опустошены голодом и болезнями.

Многие поговаривают что настали последние времена. И мир не переживет этот год. Появилось множество проповедников, по-разному толкующих эту доктрину. Кто-то призывал лучше молиться старым богам, кто-то придумывал новых. А кое-кто даже утверждал что горести и беды были вызваны тем, что люди «предали магов».

В моей Армии тоже начали гулять разные «настроения». Измученные походом солдаты, либо впали в отупение и прострацию, либо наоборот, были через чур возбудимы, и взрывались по каждому поводу.

Когда я говорил с ними, они старались не смотреть мне в глаза. И больше не ловили каждое мое слово, спеша выполнить любой мой приказ. Пару раз кое-кто из рядовых соратников, даже посмел ответить мне буквально на грани хамства. Пришлось поставить его на место, но вряд ли это добавило мне авторитета.

Поэтому я старался как можно меньше отдавать приказов, ибо больше не был уверен что их исполнят. Сейчас у меня не хватило бы власти, не то что послать солдат в бой, но даже за дровами.

К счастью, как мне доложил Молчун на Совете, – врагов сейчас у нас не было. Красный Король так же не пережил эту зиму. Что было не удивительно, учитывая его возраст и состояние здоровья.

Его армия, потеряв от болезней множество солдат, – почти разбежалась. Его земли были бесконтрольны, и на них пока никто не претендовал.

– Может ты возьмешь их себе? – Спросил меня Молчун, после своего доклада об происходящем в мире.

– И стать очередным королем? – устало спросил я. – Я бы давно мог им стать, если бы хотел именно этого. Но я хочу…..

– Мало ли чего мы хотим. – Перебил меня Муха. – Я например хочу сесть на своего Быстроногого, и скакать по степи сутки на пролет, чтобы только ветер свистел в ушах, а вокруг не единой живой души….

Но Быстроногий мертв. А Степь хоть и рядом, но я туда не поеду…. Я остаюсь с тобой, потому что верю в тебя! И мне обидно, что ты сам не веришь в себя.

– Я верю в себя. – Сказал я, сам не слишком веря своим словам. – И верю в свое дело. И что бы делать мое дело, мне не нужны титулы, подданные и земли.

– Но тебе нужна Власть. – как обычно негромко сказал Молчун. – А Власть можно получить, только если у тебя есть Земли, Титулы и подданные.

В принципе они были правы. Я и сам не знал почему так упорно избегал всего вышеперечисленного. Возможно потому что считал свою Цель, более высокой, и не хотел опошлять ее приобретением личной выгоды. А возможно потому что понимал, что взяв на себя заботу о каких то Землях, я увязну в куче хозяйственных мелочей, которые в конечном итоге заслонят от меня Главное Дело. А может просто боялся что подобное поведение отвратит от меня всех, кто следовал за мной?

…. Но пока именно Высокие Цели, и отвратили от меня двух моих самых ближайших сторонников. Одноухому и Безопасности надоела погоня за несбыточной мечтой, и они предали меня, когда Ярл предложил им что-то менее высокое, зато вполне материальное.

Да и многие из тех, кого я вербовал на войну против Ярла, не пошли за мной именно потому, что не понимали моих целей. Им куда проще было бы понять войну ради собственной выгоды, чем какое-то там «счастье человечества».

А и те кто пошел за мной? Даже простые соратники. Как много из них пошли просто за успешным вождем, а не за пророком Идеи Защиты Человечества? – думаю не меньше половины.

– Но если я займу место Красного Короля, не означает ли это отказ от того, ради чего мы создали Армию? – Спросил я своих соратников.

– ….Знаешь что Вождь. – ответил мне на это Муха. – Я в твоей Армии уже больше двух лет, и за это время ни одного Мага так и не убил. Может мы с ними какую-то войну и вели, но я то воевал только против людей. Я конечно эти твои идеи очень уважаю. Но мне они не понятны. Я парень простой. Мне нужен враг, которого можно сразить оружием, и выгода, которую я могу пощупать…..

…Ты уж извини, если что-то не то сказал…. – добавил он в конце. И посмотрел так, словно бы извинялся перед ребенком, за сломанную игрушку.

– Понимаешь Вождь – Опять встрял Молчун. – То что ты станешь королем, это ведь не обязательно означает что ты должен забывать свои главные цели. Просто тогда ты будешь более понятен простым людям.

– Например сейчас. – добавил Муха. – Наши солдаты не пойдут за Идеей. Но если ты пообещаешь им по хорошему куску земли, и кошельку набитому золотыми монетами, – они снова пойдут за тобой.

– Хорошо, я подумаю над вашими словами. Но пока давайте решим текущие вопросы, – что там у нас с харчами?

– Плохо……

Фактически перед нами лежала пустыня. В том смысле, что власти как таковой во владениях Красного Короля больше не было.

В селах заправляли старосты. Городами, – городские советы, или городские головы.

Всех сколько-нибудь способных к самостоятельным действиям феодалов, – Красный Король извел еще на заре своего правления.

Приходи и бери голыми руками. Только вот рук этих, у нас было слишком мало.

Армия моя пребывала в столь скорбном состоянии, что вести какие-либо завоевания не представлялось никакой возможности.

Потому пришлось ограничится малым. Мы заняли ближайший город под названием Пустые Холмы, и я объявил себя его Владетелем и Владетелем окрестных земель.

Местные восприняли это с откровенным равнодушием. Единственное что сейчас могло вызвать взрыв возмущения, это попытки реквизировать запасы пищи.

Но грабить горожан я строго запретил, продолжая кормить солдат из скудных армейских запасов. Так же я запретил грабить окрестных крестьян. Причем постарался сделать так, что бы этот запрет стал широко известен во всех ближайших землях. Вскоре это дало свой результат, и крестьяне из окрестных земель, где царило безвластие, со всеми вытекающими из него беззакониями, потянулся селиться на моих землях, благо их у меня теперь было много. Людям нужна была защита, и Армия могла им ее дать.