«Эти» — Витька и Пашка — сидели на траве, раздетые донага, связанные особым эльфийским узлом. Глаза их были мутны — действие порошка сон-травы и эдельвейса все еще продолжалось.
— Да какие тут могут быть извинения? Господин Боб, мы же свои люди, то есть… друзья. Не эти, так другие, что ж мы, квот, что ли, не знаем? И как раз пара, как по заказу квота на сентябрь. И искать не надо. А дамочка ваша мне очень даже понравилась. Боевая дамочка! Как она Пашку-то вырубила. Одним ударом и в нокаут! Приезжайте почаще, госпожа Крапива.
— Приеду, и не раз. Надоем еще, — заверила Крапива, поднимаясь на ноги. Но не очень уверенно, былая легкость словно куда-то испарилась. Крапива даже покачнулась и с трудом удержала равновесие, ухватившись за плечо Боба. Хихикнула. Боб с удивлением смотрел то на инспекторшу, то на распотрошенную коробку вина, валявшуюся тут же у костра. Крапива все-таки не удержалась и с помощью ножа добралась до ее содержимого. Эльфийские женщины, они такие любопытные. Но случайно проткнула серебристую «подушку» ножом. Вино полилось на землю. Не пропадать же добру. Но два литра вина для организма не привыкшего к алкоголю… Да еще коктейль с виски…
Крапива наконец сумела оторваться от Боба, повернулась к сидящим на траве Витьке и Пашке, взялась за конец веревки, резко дернула:
— Эй, рабы, чего расселись?! В сказку попали? Встали и пошли!
Когда пленники поднялись, эльфийка достала нож, легонько ткнула Витьку в голую ягодицу, прикрикнула: «Но-о». Процессия двинулась в чащу по уже знакомой тропке. Эльфийка чуть задержалась, вытащила из сумки монету желтого металла и кинула леснику:
— Пока, Лохматый!
Лесник подхватил монету на лету, тут же попробовал ее на зуб. Спрятал золото за пазуху, глянул на почти нетронутых зайцев, почесал в бритом затылке и крикнул: «Так я вас провожу». Боб хотел было возразить, но только махнул рукой и двинулся за Крапивой.
— Ну что стоим, чего ждем? — спросила Крапива, когда пленники подошли к огромному дубу. Вместо ответа сын главного районного гаишника громко завыл, а боксер стиснул зубы и сжал кулаки.
— Вишь, как глазами-то сверкает, — прокомментировал Лохматый. — А вы их вязать не хотели. Были бы руки свободны — порвал бы нас, как Тузик грелку.
Крапива недобро усмехнулась, снова вытащила из ножен длинный широкий нож и легонько ткнула боксера в бок:
— Ну, быстро в дупло.
Боксер не двинулся с места, и Крапива снова кольнула, уже значительно сильнее. Пашка зарычал, оскалив зубы, по всему было видно, в портал он совершенно не собирался.
— Подожди, Крапива, тут надо по-другому, — сказал Боб, произнес короткое заклинание и легонько ткнул боксера пальцем в лоб. Глаза боксера сразу помутнели. Ту же операцию Боб провел и с Витьком, после чего взял у Крапивы нож и перерезал веревки на руках пленников. Те, как по команде, толкаясь и излишне суетясь, полезли по мощному стволу в дупло, сразу засветившееся легким голубым сиянием. Боксер добрался первым, глянул в дупло, протянул руку, коснувшись голубого сияния. Одернул ладонь, потер ее и вдруг с криком «Не ссать, братва!» прыгнул прямо в свет. Витька Манохин, увлекаемый связывающей их веревкой, исчез вслед за ним.
— Вот и все, — сказал Боб, обнимая и прижимая к себе эльфийку.
— Не забыл еще магии? — улыбнулась Крапива и только теперь осмыслила, что находится у Боба в объятиях. Попыталась было освободиться, но тут же размякла в сильных руках.
— Так ее, так, родимую! — взвизгнул Лохматый, наблюдая за глубоким французским поцелуем.
— Все, все, все, — бормотала Крапива, высвобождаясь из объятий Боба и глупо хихикая, прислонилась к стволу дуба. — Я знаю, я — скверная, я — пьяная. Хи-хи…
— Послушай, Крапива, — сказал Боб, придерживая Крапиву за локоть, — перед тем как ты уйдешь, я хочу тебя спросить: ты сможешь остановить это безумие? Я говорю про облаву.
Крапива долго не поворачивала голову, потом глянула в лицо Бобу своими бесконечно зелеными глазами.
— Я не знаю, что тебе сказать, Боб. Тут так много все изменилось… Они действительно могут вторгнуться в наш мир?
— Они вторгнутся, Крапива, уж поверь мне, вторгнутся. Они придут сюда и не остановятся на пороге портала, даже если погибнет сотня, пусть тысяча смертных, а пойдут вперед, пока не достигнут края земли. Края нашей земли, земли наших предков. Не дойдет один человек, дойдет его сын, внук, правнук… Пойдут они не с пустыми руками. Даже не хочу объяснять тебе, что такое бензопила. Я видел ее в действии — жуткое зрелище! Клянусь тебе, они дойдут, несмотря ни на что… А когда дойдут до края нашей земли, они срубят деревья, построят корабли и поплывут под парусами, чтобы найти новые земли. Ибо такова природа смертных — идти до конца. Ты поняла меня, Крапива?
— Я поняла тебя, — тихо сказала Крапива, — я подумаю. Я буду много думать… Я скажу, обязательно скажу папе про напалм, про монстра — танк, про бензопилу… Но теперь мне действительно пора… Мужчина, подсадите нетрезвую женщину. Прощай, Боб!
— До встречи, Крапива…
— Эх, жаль, — сказал Лохматый, когда зеленый плащ Крапивы скрылся в голубом сиянии. — Гарна дивчина!
— Что? — переспросил Боб, все еще глядя на портал.
— Дамочка, говорю, уж больно хорошая. И вся такая самостоятельная. Вот бы вам, ваша светлость, такую жинку.
— Лохматый, ты забыл, я женат.
— Ну и что ж с того? Вам, как я слышал, можно жен — сколько прокормите. Главное, чтобы детишки здоровенькими были. Как, кстати, здоровье детишек?
— Нормально, растут, скоро в школу пойдут. Я тут присмотрел одну приличную в пригороде с экологическим уклоном. Жалко только, что придется им ушки подрезать. А что делать? С такими ушами их в школе задразнят, да и разговоры пойдут…
— Это верно, — закивал Лохматый, — разговоры лишние нам на хрен не нужны. Вот, к примеру, чего это меня Витька мордой гоблинской обозвал? Догадался, что ли? Али кто разболтал?
— Да нет, Лохматый, не переживай. Просто в нетрезвом состоянии уж больно ты на гоблина смахиваешь. А с бодуна особо похож. Даже у эльфов за порталом тобой детей пугают. Ты бы поосторожнее с горячительным-то.
Лохматый мерзко захихикал, подмигнул и кивнул в сторону портала.
— А сами-то, осмелюсь спросить, не собираетесь до дому?
— До дому? — снова переспросил Боб задумчиво. — Кто может знать, где он, твой настоящий дом? И кем будут мои дети там? Недоэльфами? Полукровками? Нет уж, лучше здесь…
— Так-то оно так… Только сомневаюсь я, а не попрут ли сюда уважаемые боевые эльфы со своими луками, как дамочка стращала? Тогда ведь всем нам мало не покажется…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
