Все, что осталось от Бессмертной Эскадры.
На палубах не было свободного места. Все спасшиеся с других кораблей собрались здесь — и взгляды у них были потухшие. Изорванные паруса обвисли, адамантиевые каркасы покрылись грязью и копотью.
Асанте Шторм и Делиль Ураган стояли в обнимку, склонив головы друг к другу. Где-то в битве Асанте потерял свою треуголку, и ветер обдувал его редеющие волосы.
— Ну вот мы и вернулись, душа моя Делиль… — тихо произнес он.
— Вернулись, мой капитан… Только вот куда?..
Асанте сам хотел бы это знать.
Битва за Кадаф явно уже заканчивалась. Трупов было гораздо больше, чем живых, и лишь кое-где еще продолжались бои. Слышалась разрозненная канонада, время от времени расцветали огненные бутоны, а в небесах кружили Рыцари Света.
Паладины только начали приземляться. Их раши совершенно вымотались, так что многие поотстали, растянулись длинным клином. Лод Гвэйдеон тоже еще не вернулся — в дороге на Орден напали, и Великий Магистр с дюжиной храбрецов остался прикрывать отступление.
Асанте пытался связаться с владыкой Креолом, но тот хранил гробовое молчание. Маршал Хобокен отвечал, но ничего нового сообщить не мог. Только высказал всем поздравления с одержанной победой над Ктулху.
К месту приземления альдарей и паладинов постепенно подтягивались остальные войска. Это место стало импровизированной точкой сбора. Выжившие плонетцы, эйнхерии, колдуны, просто рядовые солдаты — все спешили сюда с разных сторон.
И вскоре стало понятно, что именно заставляет их так спешить. Повсюду вокруг Кадафа расползались клубы зеленовато-черного дыма. Какое-то новое оружие демонов.
Оружие массового поражения.
— …Газы!.. — пролетело по «пучку командования». У всех опускались дыхательные маски, лица скрывались за зеркальными пластинами — но это оказалось бесполезным.
То был не газ, а нечто гораздо страшнее…
Асанте сразу понял, что это такое. Тьма. Очень разреженная, колдовским образом разбавленная, а потому не убивающая, но лишь… преобразующая. Нечто подобное трансформирующим волнам Йоганца Изменяющего, только здесь жертвы превращались не в камень и песок.
Они превращались в демонов.
Не успевших сбежать постигала воистину страшная участь. Очертания людей искажались, коверкались самым кошмарным образом. Глаза ифритов запылали багровым пламенем, а из макушек полезли рога. Эйнхерии стали увеличиваться в размерах, у них удлинялись зубы и когти, с непостижимой скоростью росли волосы…
— Драуги… — ахнул стоящий рядом Болитриан. — Демоны-мертвецы…
Изменения оказались не только телесными. В глазах искаженных плескалось безумие, звериная ярость. Вот один новоявленный драуг страшно закричал, схватил подвернувшегося под руку солдата и вспорол жуткими когтями силовую броню, мундир, кожу…
— Стреляйте!.. стреляйте в него!.. — раздался исступленный выкрик.
Бывшего товарища изрешетили плазмой, но, даже издырявленный, он продолжал потрошить жертву. Лишь когда шею драуга перерубил световой клинок, он замер, повалился срубленным древом. Однако его конечности по-прежнему дергались, огромная туша силилась подняться, дотянуться до головы.
Первые языки Тьмы уже подползали к стоянке альдарей. Асанте мгновенно осознал, что не знает, как бороться с такой угрозой. Совсем поредевшие шеренги паладинов выставили копья, выставили мечи… но что с них проку?..
Хотя паладины оказались устойчивее остальных. От их доспехов Тьма словно отшатывалась, не решалась тронуть. Вокруг альдарей выросла стена адамантиевых щитов, а колдуны выставили защитные экраны…
Но все это было лишь временными мерами. Вот повалился на колени лод Бетох… упал, точно пораженный молнией… и его серебристые доспехи стали наливаться бездонной чернотой! Шлем с грохотом опустился на лицо — опустился сам собой, точно вдруг ожил, обрел собственное сознание!
— Черный Рыцарь!.. — вскрикнул кто-то. — Пречистая Дева, что с ним?!
— Одержимость, — устало произнес седобородый лод Искрет. — Держаться, братья! Всем держаться!
Раши за их спинами истошно ржали. Их шкуры тоже темнели, изо ртов лезли клыки, глаза наливались алым, копыта сменялись когтями, а крылья теряли перья и обрастали перепонкой. Прекраснейшие из коней стремительно обращались в зверодемонов.
Асанте Шторм потерянно посмотрел на свои руки. Кожа на них багровела и пузырилась, из-под ногтей струился сизый дымок. Он посмотрел на Делиль и увидел, как у той осыпаются брови, как втягивается внутрь черепа нос, а взгляд становится чужим и холодным…
— Это конец, — прошептал адмирал.
Однако прежде, чем завершилось превращение, все озарилось божественным светом. И Асанте облегченно выдохнул, а у Делиль потекли слезы.
Клубы Тьмы отпрянули, не в силах выдержать явление богини. Словно живой маяк, Инанна возникла посреди пустоши, создавая безопасную гавань.
— Прошу вас, адмирал, готовьте своих людей к отходу — и побыстрее, — обратилась она к Асанте. — Я дала вам отсрочку, но клич Азаг-Тота усиливается, и даже я не смогу приглушать его долго.
— Что все это означает, владычица? — устало спросил Асанте. — Кто теперь нас атакует, снова Ктулху?..
— Ктулху надежно запечатан, благодаря в том числе и вашим усилиям, — покачала головой Инанна. — Но пока вы вели страшный бой в Глубинном Царстве, другая битва закончилась поражением. Креол Разрушитель пал. Мы проиграли эту войну.
В воздухе стали распахиваться порталы. Не черные трещины Йог-Сотхотха, но огромные сияющие арки — и за ними виднелись голубые небеса и зеленые поля. В одном портале Асанте увидел иххарийский порт, ласковое море — и от тоски у него защемило сердце.
— Владыка Креол… погиб?.. — медленно переспросила Делиль Ураган.
— Можно сказать и так, — печально вздохнула Инанна.
В воздухе пахнуло жаром. Услышав слова богини, из земли вырос огненный цветок, обернувшийся огромным ифритом. Гази Мунтасир ибн Ваджих ал-Джаффа, сардар Правого Крыла Огня, почтительно поклонился Инанне и рек:
— Благословенна будь, Инанна-ханум, и простри над нами десницу свою, если будет на то воля Аллаха. Верны ли твои слова? Мы клялись верно служить чародею Креолу до самой его смерти, но…
— Чародея Креола больше нет, и вы свободны от своей клятвы, — ответила Инанна. — Теперь на его месте демон Азаг-Тот.
— В самом ли деле так? — нахмурился ифрит.
— Да будет Аллах мне свидетелем, — тихо сказала Инанна.
— Мы доверимся твоим словам, Инанна-ханум, но если есть в этом деле грех, да падет он на твою голову — не на наши.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
