Юноша встал. Неохотно он двинулся к задней стенке палатки.
— Ты — моя единственная любовь, Мина, — едва слышно произнес он.
— Это не меня ты полюбил, — отозвалась она. — Ты полюбил Бога во мне.
Сильван не помнил, как он выбрался из палатки. Он пришел в себя, стоя под открытым небом в полной темноте.
30. Ваше здоровье!
Ночь опустилась на поле сражения в Сильванести, скрыв тела погибших, приготовленные к торжественному погребению. Та же самая ночь опустилась на столицу королевства Квалинести.
Она несла с собой что-то роковое, так, во всяком случае, показалось Герарду. Он шел по улицам столицы, твердой рукой сжимая рукоять меча, зорким глазом отмечая всякое подозрительное движение. Он видел каждый темный угол, каждую тень. Рыцарь пересек улицу, чтобы не оказаться перед входом в темную аллею. Он внимательно следил за окнами вторых этажей, наблюдая, не шелохнется ли занавес, не покажется ли за ним фигура лучника, готового спустить стрелу.
Он чувствовал, что чьи-то глаза следят за ним — временами это ощущение было столь реальным, что он оборачивался, выхватив меч. Но за его спиной никого не было. Однако он не сомневался, что кто-то исчез мгновение назад, вспугнутый его движением, сверканием его клинка.
Но, даже когда он добрался до здания штаба Неракских Рыцарей, это не вызвало у него вздох облегчения. Опасность больше не кралась за ним по пятам. Она была перед ним и смотрела ему в лицо.
Он вошел в помещение штаба и нашел там только одного дежурного. Драконид храпел на полу.
— Доставлен ответ маршала Медана драконице Берилл, — сообщил он, отсалютовав.
— Очень вовремя, — проворчал офицер. — Вы не можете себе представить, как громко храпит эта тварь.
Герард подошел к дракониду, который ворочался во сне, издавая странный горловой храп.
— Гроул, — окликнул рыцарь и протянул руку, чтобы потрясти и разбудить спящего.
Шипение, громкое рычание, трепетание крыльев, царапание когтей по полу. И горло Герарда уже сжали когтистые лапы.
— Эй! — закричал он, отбиваясь от атаки драконида. — Успокойтесь, вы что?
Гроул таращил на него свои выпуклые глаза, язык дрожал у него в пасти. Отпустив шею рыцаря, он отстранился.
— Извините, — пробормотал он. — Вы меня напугали.
Следы от когтей горели на горле Герарда. Он откашлялся и проговорил:
— Моя вина. Мне не следовало будить вас так резко. — Он вытянул из-за пояса футляр. — Это ответ маршала.
Гроул взял его, осмотрел, проверяя, на месте ли печать. Удостоверившись, сунул футляр за ремень своей упряжи, повернулся и направился к двери, издав вместо прощания неопределенный рык. «Эта ящерица не носит лат», — сказал себе Герард, но тут же отметил, что драконид в них и не нуждается. Толстая чешуйчатая шкура служила ему достаточной защитой.
Герард глубоко вздохнул и последовал за драконидом.
Гроул резко обернулся:
— Что у тебя на уме, нераканец?
— Вы находитесь в неприятельской стране после наступления темноты. Мне приказано в безопасности доставить вас к границам королевства, — объяснил рыцарь.
— Ты собираешься защищать меня? — Гроул издал рычание, которое можно было счесть смехом. — Ба! Отправляйся в свою мягкую кроватку, нераканец! Мне ничего не угрожает. Я умею обращаться с этими недоносками-эльфами.
— У меня имеется распоряжение на ваш счет, — упрямо настаивал рыцарь. — Если с вами случится какая-нибудь неприятность, маршал устроит точно такую же мне.
Глаза ящерицы гневно блеснули.
— К тому же у меня имеется кое-что, что скрасит обоим нам дорогу, — добавил Герард и, распахнув плащ, показал фляжку, висевшую на его поясе.
Гневный блеск сменился гримасой удовольствия.
— Что в этой фляжке, нераканец? — заинтересовался драконид, его язык задрожал между острыми клыками.
— Гномово зелье, — ответил Герард. — Подарок маршала. Он просит выпить за падение эльфов, как только мы благополучно перейдем границу.
Гроул больше не возражал против общества рыцаря. Они вдвоем быстро миновали пустынные улицы Квалиноста, Герард опять почувствовал чью-то слежку, но никто на них не напал. В этом не было ничего удивительного. Драконид мог оказаться опасным противником.
Оставив позади город, Гроул выбрал одну из троп, ведших к лесу. Там, с торопливостью, удивившей рыцаря, он бросился в чащу, по дорожке, известной ему одному. Он прекрасно видел в темноте, если судить по той скорости, с которой он пробирался вперед. Луна была на ущербе, но звезды мерцали достаточно ярко, а позади виднелось сияние огней Квалиноста. Пробираясь сквозь густо переплетенные ветки и лианы, Герард, облаченный в тяжелые доспехи, с трудом поспевал за драконидом. Ему не было нужды разыгрывать предельную усталость, когда он окликнул Гроула.
— Не нужно так стараться, — задыхаясь, попросил он. — Как насчет того, чтобы немного отдохнуть?
— Людишки! — фыркнул драконид. Он не успел даже запыхаться, но охотно остановился и оглянулся на рыцаря. Вернее, на его фляжку. — Эта прогулка что-то вызвала у меня жажду. Можно и выпить.
Герард заколебался:
— Но приказано…
— В Бездну твои приказы! — рявкнул драконид.
— Ладно, один маленький глоток не повредит, — согласился его спутник и отвинтил крышку. Вынул пробку, принюхался. Жгучий, темный и мускусный запах ударил ему в ноздри и обжег дыхание. Герард торопливо отстранился.
— Крепкая штука, — еле выговорил он, глаза его слезились.
Драконид жадно схватил фляжку и поднес ее к пасти. Сделав большой глоток, он опустил ее с удовлетворенным вздохом.
— Да, не слабо, — хрипло подтвердил он и рыгнул.
— За ваше здоровье, — произнес Герард и поднес фляжку к губам. Прижав язык к отверстию, он сделал вид, что глотает. — Вот, теперь хватит. — С деланной неохотой он принялся вставлять пробку на место. — Нам еще шагать и шагать.
— Э, не так быстро! — Гроул выхватил у него фляжку и, выдернув пробку, отбросил ее в кусты. — Ничего не хватит. Сиди смирно, нераканец.
— Но ваша миссия…
— …Никуда не денется. — Драконид устроился поудобнее, не выпуская фляжку из лап, и прислонился к дереву спиной. — Берилл начихать, получит она это послание завтра или через год. Дело уже завертелось.
Сердце Герарда подпрыгнуло.
— Вы о чем? — спросил он, стараясь сохранять небрежный тон. Опустившись на землю рядом с драконидом, он потянулся за фляжкой.
Гроул с неохотой отдал ее. Не сводя глаз с рыцаря он, казалось, считал каждый глоток, который тот делал, и забрал фляжку, едва Герард отнял ее ото рта.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
