Сутта о Муни («Сутта — нипата», 207–221)
От близости рождается страх, От дома рождается пыль. Быть бездомным, быть одиноким — Вот чего хочет муни. Если он родившееся вырвал с корнем, Нарождающемуся неоткуда взяться. Говорят о таком, одиноко живущем: «Сей великий мудрец узрел стезю покоя». Любви ему ничто уж внушить не может. Ведь, постигнув вещи, он уничтожил ее семя. Он — муни, конец рождений и смерти зрящий; Он отбросил сомненья; он не может быть назван. [743] Все обители и прибежища он знает, Но из них ни одного не желает. Он — неалчущий, невожделеющий муни; Он уже на том берегу; он покоен. Он все одолел, все знает, он премудрый. Что бы ни случилось, он незапятнан. Все ушло, жажда исчезла, [744]он свободен, — Вот таким мудрые знают муни. Сосредоточенный, праведный, мудростью сильный, В созерцании находящий усладу, Он очищен от язв и скверны, [745]он свободен, — Вот таким мудрые знают муни. Он живет один, молчалив и серьезен; Ни хула, ни хвала его не волнуют; Он — как лев, не вздрагивающий от шума, Он — как ветер, неуловимый сетями, Он — как лотос, к которому не липнет влага; Он ведет других, сам никем не ведомый, — Вот таким мудрые знают муни. Он подобен столбу в местах омовений, При котором всяк говорит, что хочет. Вот таким — бесстрастным, сдержанным в чувствах, — Вот таким мудрые знают муни. Неуклонный, словно челнок ткацкий, О праведном и неправедном размышляя, Отвращается он от дурных деяний, — Вот таким мудрые знают муни. Самообузданный, он не делает злого. Молод иль нет — он всегда сдержан. Негневливый сам, никого не гневит он, — Вот таким мудрые знают муни. Ест он то, что подадут другие. Дадут ли из полного блюда или остатки, Он берет, не славя подателя и не ругая, — Вот таким мудрые знают муни. Целомудренный, он живет одиноко, В расцвете юности ни к чему не влечется. Противны ему лень и беспечность, — Вот таким мудрые знают муни. Мир познав, он высшую истину зрит, Он переплыл поток, пересек океан безбрежный. Вот таким — непривязанным, порвавшим путы, — Вот таким мудрые знают муни. Мирянин с женой и праведник бескорыстный — Как сравнить их, столь непохоже живущих? Мирянин волен отнять жизнь у другого. Всегда защищает живых сдержанный муни. Как синегорлому павлину в полете Никогда не достичь быстроты гуся, Так мирянину не сравниться с бхикшу, [746] С одиноко в лесу размышляющим муни!
Сутта об отречении («Сутта — нипата», 405–424)
Я поведаю об отреченье, О том, как отрекся Зрящий, О том, как, все обдумав, Он избрал отреченье от мира. «О, как тесно жить в доме, В этом вместилище пыли! Отреченье — жизнь на просторе», — Так решив, он отрекся от мира. Отрешившись, он отвратился От грехов, совершаемых телом, Уничтожил проступки в речи, Очистил свое пропитанье. [747] Отмеченный лучшими знаками, Пошел к Раджагахе Будда, И в главный город магадхов [748] Вошел он за подаяньем. Тут увидел его Бимбисара, [749] На террасе дворца стоявший, И, узрев богатого знаками, Сказал своим приближенным: «Взгляните на него, почтенные! Он чист, высок и прекрасен, Добродетелей преисполнен И вперед глядит лишь на сажень; Вниз глаза опустил, собран… Нет, он не низкого рода! Эй, слуги, бегом бегите И, где живет он, узнайте!» И посланные царем слуги Побежали за ним следом, — Куда направится бхикшу? Под каким укроется кровом? Он же, собранный и разумный, Сдержанный, себя обуздавший, От двери к двери переходя, Быстро наполнил кружку. А затем, собрав подаянья, Вышел из города муни И повернул к Пандаве, [750] — Так вот где он жить будет! Когда он вошел в жилище, Послы подошли поближе, А один из них, возвратившись, Царю обо всем поведал: «Этот бхикшу, великий царь, На восточном склоне Пандавы Сидит, как могучий тигр, Как лев в горной пещере». Слово вестника услышав, Царь на колеснице прекрасной Отправился, поспешая, Прямо к горе Пандаве. Там, где кончалась дорога, Кшатрий сошел с колесницы [751] И, пешком добравшись до места, Вошел в хижину к бхикшу. Усевшись, царь обменялся С ним приветственными речами. А затем, после приветствий, Сказал он такое слово: «Ты, юноша, совсем молод, В нежном возрасте, почти мальчик, Как родовитый кшатрий, Красотой великой отмечен. Я — царь, украшение войска, Первейший из героев, — Дарую тебе богатство. Скажи мне, откуда ты родом?» «В Косале, [752]царь, прямо У подножия Гималаев Есть земля, что славится всюду Могуществом и богатством. Из славного племени сакьев, Прародитель которого — Солнце, Я ушел, отрешившись от мира, Не стремясь ни к каким усладам. В наслаждениях видя опасность, В отречении зря защиту, Я буду прилежно трудиться — Для меня только в этом радость!»
