Дабы стабилизировать ситуацию в момент начала возрождения, священники десять лет вымаливали божье благословение для всего народа.
Если те, кто прибудет в наш мир, появятся на свет посредством живорождения, то это ознаменует собой либо огромный скачок рождаемости, либо начало новой смутной эпохи. Тысячи взрослых, запертых в телах детей и десятки тысяч суеверных глупцов, что могут убить невинных.
Иными словами, эпоха кровопролития снова начнётся. Очевидно, что подобный исход неприемлем. Посему Бог даровал им великую благость.
Благодаря Божьему благословению прибывшие в наш мир займут место тех, чьё время подошло к концу, будь то дитя или старец. По чистоте души каждому будут отмерены года в новом для них мире.
На каждого погибшего в Кровавое тысячелетие найдётся душа, что идеально заменит его спустя века или исполнит его заветное желание. Это не принуждение или ментальная магия, не гипноз или промывка мозгов — совпадение стремлений и желаний.
Однако, несмотря на то, что вампиры пострадали больше всего, из-за того, что гибель наших собратьев пришлась на первые века Кровавого тысячелетия, мой народ с миром отправился на покой, как и положено всем почившим.
Мы, раса вампиров, единственные, кто не переправился в другой мир из-за дисбаланса, и потому же являемся теми, среди кого никогда не появиться иномирца.
Нарушение баланса стало возможно прежде всего по той причине, что алхимики использовали вампирье сердце для открытия межмировых порталов. Миры, что никогда не должны были пересечься или быть как-то связаны, соприкоснулись, и последствия этого ещё не одно столетие будут преследовать наших потомков.
Существует вероятность, что вампиры, как те, чья жизнь необходима для перехода в другой мир, априори не могут покинуть свой родной.
Сенкаир Вальдернеский стал первым и единственным вампиром, пересёкшим грань миров и благополучно вернувшимся назад. Этим он разрушил мою теорию о нашей привязке к этому миру, однако ресурсы, которые были потрачены ради перехода, не оправдывают результата.
Поскольку вампиры получили милость Творца, как пострадавшая сторона во времена падения нашей цивилизации, то наши души не отправляются в странствие по вселенной, не мучатся, пытаясь научиться жить заново в чужом мире.
Нам дарована великая милость — мы отправляемся к Богу и там каждого судят по заслугам и грехам, отправляют в рай или ад.
Однако же когда придёт пора возрождения и мир начнёт восстанавливать баланс, Вальдернеские неизбежно придут в упадок — нам необходим сильный лидер, тот, кто обладает иным взглядом на жизнь. Мы начнём нуждаться в иномирце.
К сожалению, озарение настигло меня слишком поздно, наш Святой почил с миром и не было боле столь же сильного провидца, который мог бы сказать нам, когда и среди нас появиться иномирянин.
Наш клан лишь может покорно ждать.
Однако до нынешнего дня ожидание это было напрасным — на одного погибшего в Кровавое тысячелетие каждая раса получит одного иномирца, на вампиров же это не распространялось.
Поэтому мной было принято решение переместить душу одного вампира в другой мир, чтобы позже и у Вальдернеских был свой иномирец. Однако, как известно, обмен должен быть равноценным. За слабака получат слабака, за мудреца — мудреца.
Посему я, герцог Касар, на закате своего шестого тысячелетия, добровольно ухожу, дабы мой народ имел будущее.
После долгих молитв моё прошение было услышано Богом, и сказано мне, что я мирно засну, и когда снова проснусь — собственными глазами узрю свой народ и того, кого Бог приведёт взамен меня.
Пусть Вальдернеские и растеряют часть своего величия или же возвысятся, как никогда прежде, любой исход приемлем, пока у нас есть надежда.
Ты, следующий глава рода, обязан заботиться о моём народе и ждать иномирца. А когда придёт время, обучить его всему и передать моё место и мой титул. Он достойнее его куда больше, чем кто-либо из вас, раз стал моей полноценной заменой.
С ним вампиры увидят новый рассвет, он тот, кто изменит мир и вашу жизнь. Берегите и уважайте его, защищайте, пока он слаб, поднимайте с колен, когда оступиться и крепко держите, чтобы он не упал в бездну.
На первый взгляд он может показаться не тем, кого вы так долго ждали, но и я не был рождён тем, кем являюсь сейчас.
Герцог Касар, живущий свой последний день и всем сердцем любящий свой народ.
Прошу каждого главу рода, ознакомившегося с документом, расписаться.”
Степана немного позабавила последняя строка, надо же, каким герцог был дотошным: даже в предсмертном послании требовал строгой отчётности. При его жизни все, наверно, по струнке ходили.
Так, что у нас там с подписями?
Граф перевернул страницу, потом ещё одну, и ещё. Мгм, похоже последние четыре главы рода не знали о тайном книгохранилище и просто не добрались до завещания герцога. Что ж, это немного оправдывает столь неоднозначное отношение Вальдернеских к попаданцу.
Степан пошкрябал пером по высохшим чернилам в чернильнице, плюнул туда, снова поскрёб и тоже расписался.
Сам герцог Касар просит, как тут отказать?
Граф отложил перо и вздохнул. Он может вернуться домой. Да, может, но имеет ли право?
От него столько зависит, такой выдающийся человек вампир пожертвовал своей жизнью ради того, чтобы Степан оказался в этом мире, только вот, в отличие от герцога, попаданец не видел в своём пребывании здесь ничего значимого и грандиозного.
Отчего-то граф чувствовал себя виноватым за одно только желание вернуться в родной мир. Но он ведь никому ничего не должен, никто не спрашивал его мнения о попаданстве, однако же иррациональное чувство вины не покидало.
Так-с, в предсмертной записке-завещании герцог пообещал восстать и посмотреть, куда скатились Вальдернеские. Ну, он ж не сразу назад в гроб ляжет, да? Так может пусть сам и гребёт все проблемы клана?
Это герцог любит свой народ настолько, что согласился умереть раньше времени, графу же вампиры глубоко равнодушны. Да-да, у них длинная и не слишком счастливая история и они не могли жить иначе. По закону жанра Степан должен понять-простить, но уж извините, пока ему было жаль только других попаданцев и себя, как такую же жертву мирового дисбаланса.
Звучали
