— Странно это. Никогда не поверю, что человек так быстро взял и позабыл о своей любви к первой жене, — размышляла она. — Разве такое возможно?
По моему телу пробежали мурашки, а в груди полоснуло раскаленным железом. Эта мысль бередила мои старые, почти зажившие раны. Неужели мне всегда придется делить Мишу с его покойной женой?
— Смотри, Настён, — перебив меня, продолжила Алиса. — Будь с ним осторожна.
Агата сразу же недовольна цокнула, закатывая глаза.
— Как бы не получилось так, что он решил с тобой просто поиграться, — досадливо вздохнув и проигнорировав недовольную, среднюю сестру, проговорила Алиса. Ее нравоучения и лицемерная забота раздражали. — Ну а что, молодое тело, симпатичное личико. Что еще нужно мужчине? — в воздухе провела пальцем сестра, указывая на меня. — Грех не воспользоваться. Годик позабавится, пока ему не надоест и найдет другую. Так что, смотри, — и она покачала головой.
Миша не обманывал меня. Ни разу, и я целиком и полностью доверилась ему. Он бы не стал использовать меня только ради исполнения своих низменных желаний, в этом не было сомнений.
— Я каждый раз говорю себе, что не приду сюда, когда здесь ты, — нервно выдохнув, перебила сестру. — Но все равно наступаю на одни и те же грабли!
В нашей семье не принято было вступать в споры со старшими, но ее поведение просто меня убивало.
— Ты как со мной разговариваешь?! — возмутилась она.
Хотелось уколоть ее ненужным выпадом, сказав о том, что, возможно, она сама была когда-то влюблена в моего мужчину, и поэтому вымещала свой гнев на мне. Но от этих мыслей по телу пробежали мурашки. Тошнота подкатила к горлу, и я моментально прикусила свой язык.
— Алиса, — выдохнув, остановила ее жестом. — Извини, но я сама разберусь со своим МУЖЕМ! — громко отрезала я. — Без твоих ненужных советов!
— У тебя, я вижу, свое мнение появилось, — хмыкнула она, скрещивая руки на груди. — Что, стоило ему тебя трахнуть — голос прорезался?
Я ощутила, как на моих щеках сразу же выступили пятна от агрессии и нервов. Никто не имеет больше права лезть в мою жизнь и говорить плохо о моем мужчине. В груди забилось сердце от всех неприятных слов, которые успели вылететь из уст циничной, старшей сестры, но я вовремя закрыла свой рот, чтобы не сказать лишнего. У меня было прекрасное настроение, которое я не собиралась омрачать из-за чужой зависти.
— Знаете, я лучше поеду домой, — контролируя приступ гнева, сказала я. — Пока не сказала чего-нибудь похуже.
— Что еще ты собралась мне сказать? — охнув, встрепенулась старшая сестра.
— Пошла ты к черту, Алиса! — глядя ей в лицо, выплюнула слова ненависти.
На лице сестры выступила гримаса удивления и шока: Алиса приоткрыла рот, явно подбирая слова, ведь она совсем не ожидала того, что я когда-нибудь смогу ей ответить.
— Малышка, посиди еще чуть-чуть, — захныкала Агата, бросая злобный взгляд на старшую сестру. — Алиса извиняется, ведь так?
— Ничего я не извиняюсь, — фыркнула сестра. — Мне обидно, что ты, Настенька, променяла меня на своего мужа.
— А мне обидно, что ты всякий раз ранишь меня, — надрывно протянула я. — Ты же знаешь, что я люблю его, но все равно делаешь мне больно.
И крепко обняв Агату, не прощаясь со старшей сестрой, я вышла из комнаты.
В машине, самопроизвольно, из моих глаз брызнули слезы. Похлопала себя по щекам, чтобы случайно не попасться в зеркало заднего вида Мирону, который все передавал Мише. Мысли, из-за которых на мои глаза выступила влага, касались именно того, что, подсознательно, я обрабатывала слова Алисы. Но почему, почему ее слова так сильно меня ранят?
Миша любит меня — как мантру повторяла себе эти слова, убеждая себя в правдивости моих суждений. Он сам еще не осознает этого, но мой муж питает ко мне глубокие чувства — в этом не было никаких сомнений.
— Анастасия Николаевна, вам плохо? — поинтересовался Мирон, сталкиваясь со мной взглядом в зеркало. — Открыть окно?
— Нет, все хорошо, — отмахнулась, опуская голову.
Только бы он не рассказал об этой моей слабости моему мужу.
Вернувшись домой, не снимая куртки, я сразу же направилась в кабинет к Мише. Муж поднял глаза, увидев меня и искренне улыбнулся. Побежала к нему со всех ног, бросаясь в его объятия.
— Привет, — прошептала, прижимаясь к его теплому, родному телу. — Любимый, — неосознанно добавила, потому что сдерживаться уже не было сил.
— Ангелочек, — ласково обратился он, гладя меня по голове. — Что с тобой такое?
— Скучала по тебе, — честно ответила я, утыкаясь лицом в его свитер. Миша поцеловал меня в висок. — Лучше бы осталась с тобой дома.
— Кто тебя обидел? — насторожился он, глядя мне в глаза и требуя ответа.
— С сестрой повздорила, — громко выдохнула, обнимая мужа. — Ничего серьезного.
Рассказывать о подробностях ссоры с сестрой я ни за что бы не стала. Миша улыбнулся, но никаких вопросов задавать не стал, объясняя это тем, что между братьями и сестрами иногда такое случается. И засмеялся от того, что он понятия не имел каково это, потому что родительское внимание всегда целиком и полностью принадлежало только ему.
