Кроме 1 авианосца и 2 танкеров, в бою 20 июня японцы потеряли около 65 самолетов. На палубах авианосцев Одзавы осталось всего 34 самолетов. Когда кончился воздушный бой, он приказал своим кораблям контратаковать американцев, чтобы навязать им ночной артиллерийский бой. Но так как Оперативное Соединение 58 не было обнаружено, этот приказ пришлось отменить. Крайне неохотно адмирал Одзава повернул уцелевшие корабли на север – к Окинаве и Японии.
Завершив атаку, американские самолеты повернули на восток. Они сообщили, что потопили 2 авианосца. В действительности даже сами японцы сначала думали, что «Дзуйкаку» обречен. Однако точные результаты атаки 216 самолетов были следующими: потоплены авианосец «Хиё» и 2 танкера, тяжело поврежден эскадренный авианосец «Дзуйкаку»; легкие авианосцы «Тиёда», «Дзуньё», «Рюхо», 1 линкор, 1 тяжелый крейсер и 1 танкер получили незначительные повреждения. Это был неудовлетворительный результат, но его можно было легко объяснить наступлением сумерек и недостаточным количеством торпед. Зато обратный полет к своим авианосцам стал для американских пилотов тяжелым испытанием.
Американские самолеты возвращались поодиночке, парами или небольшими группами. Не сохранилось даже подобие строя, каждый пилот отчаянно пытался сберечь остатки бензина. Несмотря на все старания адмирала Митчера сократить расстояние между флотами противников, самолетам предстояло пролететь от 240 до 300 миль, чтобы сесть на свои авианосцы. При этом следовало учесть, что Оперативное Соединение 58 шло в полной темноте.
Адмирал Митчер гнал свои корабли на запад со скоростью 22 узла, чтобы уменьшить расстояние, которое следовало пролететь самолетам. Одновременно он предложил выслать вперед линкоры адмирала Ли, чтобы атаковать уходящие японские корабли на рассвете 21 июня. Адмирал Ли был совершенно уверен, что его 7 быстроходных линкоров справятся с 5 японскими. Американцы имели 63 – 406-мм орудия против 18 – 460-мм, 8 – 406-мм и 16 – 356-мм орудий японцев. Но адмирал Спрюэнс не разрешил Ли начать погоню, так как считал, что американские линкоры не имеют шансов настичь остатки Первого мобильного флота.
Возвращающиеся самолеты начали принимать сигналы системы радионаведения, когда в 22.40 оказались на расстоянии 70 миль от своих авианосцев. В 22.45 первые самолеты показались над кораблями Оперативного Соединения 58. В воздух были подняты несколько ночных истребителей, чтобы помочь вернувшимся летчикам. Но требовалось сделать что-то еще. Пилоты видели кильватерные струи, но не могли отличить авианосцы от артиллерийских кораблей. Самолеты начали беспомощно кружить в воздухе, некоторые пилоты включили красные и зеленые полетные огни. Кое-кто уже начал терять высоту, когда его мотор начинал чихать и кашлять из-за нехватки бензина. Некоторые пилоты уже садились на воду.
На мостике «Лексингтона» адмирал Митчер следил за всем происходящим. Затем он отдал один из самых драматических приказов за всю войну: «Включить палубные огни». Это был приказ, который нарушал все принятые правила. У японцев еще оставались авианосцы, поблизости вполне могли оказаться японские подводные лодки. Включенное освещение делало авианосцы заманчивой целью. Но для Митчера важнее было спасти жизни более чем 400 летчиков, посланных атаковать противника, и поднять дух сотен их товарищей, дожидавшихся на авианосцах возвращения самолетов.
Зажглись красные огни на топах мачт авианосцев, неяркие лампы очертили их полетные палубы. Корабли включили красные и зеленые ходовые огни, мигающие прожектора подавали опознавательные сигналы, чтобы показать, кто из авианосцев есть кто. Остальные корабли тоже включили огни на мачтах и начали стрелять осветительными снарядами. Атмосфера начала напоминать карнавальную ночь. Флагманский корабль каждой оперативной группы один прожектор направил прямо вверх в качестве сигнального маяка.
Самолеты начали садиться. В этой суматохе не было возможности найти свой авианосец, каждая полетная палуба становилась желанным домом. На «Лексингтон» благополучно сели 6 самолетов. Но седьмой зашел слишком высоко. Несмотря на сигнал, запрещающий посадку, он коснулся палубы. Перепрыгнув аэрофинишеры и аварийный барьер, он врезался в стоящие впереди самолеты. Хотя этот самолет, как и другие, только что севшие машины, почти не имел бензина, при столкновении взлетел фонтан искр, и начались пожары. Стрелок одного из стоявших на палубе самолетов был убит пропеллером седьмого самолета. Погиб еще один пилот. Пилот злосчастного седьмого самолета остался цел.
Садившийся на «Банкер Хилл» «Хеллдайвер» тоже игнорировал запретительный сигнал и ракеты. SB2C чуть не врезался в севшие ранее самолеты, которые блокировали полетную палубу. Шедший за ним «Авенджер» с другого авианосца («Хеллдайвер» тоже не принадлежал «Банкер Хиллу») также начал садиться, не обращая внимания на отчаянные сигналы, запрещающие посадку. Одно крыло «Авенджера» врезалось в орудийную установку и отскочило, изуродованный самолет врезался в только что севший «Хеллдайвер». 2 моряка, пытавшие откатить пикировщик, были убиты, еще 4 были ранены.
Еще один самолет ошибочно принял топовый огонь эсминца за сигнал офицера, управляющего посадкой, и аккуратно сел на воду у борта эсминца. Несколько удивленные летчики были спасены корабельной шлюпкой.
На «Энтерпрайзе» ночь тоже выдалась беспокойной. Первым самолетом, севшим на него, был SB2С «Хеллдайвер». От сотрясения при посадке 20-мм пушки самолета начали стрелять. К счастью, жертв не было. F6F «Хеллкэт», севший на авианосец, зацепил пятый из 6 тросов аэрофинишера, натянутых поперек полетной палубы. Через несколько секунд, прежде чем истребитель успели оттащить в сторону, сел SBD «Доунтлесс», который зацепил трос № 3. Его вращающийся пропеллер остановился в нескольких дюймах от хвоста «Хеллдайвера». «Доунтлесс» «Лексингтона», пытавшийся сесть на «Энтерпрайз», проскочил над финишерами и аварийным барьером и врезался в островную надстройку. Пилот и стрелок были ранены. Но через 10 минут «Энтерпрайз» снова принимал самолеты. Произошла еще одна 10-минутная задержка, когда от удара при посадке согнулось шасси «Авенджера», и самолет протащило по полетной палубе.
У пилотов кончалось топливо, и в поднявшейся суматохе они практически не имели возможности найти «родную» полетную палубу. Один пилот с легкого авианосца решил садиться на «большой» авианосец и продолжал заблуждаться, даже сев на свой собственный корабль! Некоторые авианосцы заполнялись самолетами быстрее других, и им было приказано столкнуть часть самолетов за борт, чтобы освободить место для находящихся в воздухе машин.
На «Уосп» сели 9 самолетов с других авианосцев, зато 9 его собственных самолетов сели на чужие палубы. 17 чужаков оказались на «Энтерпрайзе», но 14 его самолетов приземлились на другие авианосцы. На остальных авианосцах была примерно та же самая картина.
Однако нет ни грана правды в фантастическом рассказе, будто американские самолеты привели за собой к Оперативному Соединению 58 японские самолеты, и что одному японцу отказали в посадке на «Уосп», а другой совершил 3 захода на легкий авианосец «Сан Хасинто».
Всего были потеряны 100 самолетов из 216, посланных в атаку. 6 истребителей и 14 пикирующих бомбардировщиков были сбиты японцами. Еще 17 истребителей и 63 бомбардировщика были потеряны в авариях на полетных палубах, сброшены за борт или упали в воду, когда у них кончилось топливо. Более половины взлетевших «Хеллдайверов» упали в воду из-за нехватки бензина, что еще больше подорвало доверие к этому самолету.
Американцы потеряли почти 46 % взлетевших самолетов, но потери в летном составе оказались гораздо меньше. Многие пилоты и члены экипажей, чьи самолеты сели на воду, были спасены кораблями Оперативного Соединения 58, гидросамолетами линкоров и крейсеров, летающими лодками с Сайпана. Спасательные работы продолжались весь день 21 июня. Из числа севших на воду был спасен 101 летчик, что составило более половины. 401 человек отправился в полет, из них погибли или пропали без вести 16 пилотов и 63 члена экипажей. Потери составили 12 % от числа вылетевших для атаки японского флота. Кроме того, на авианосцах во время аварий погибли 2 офицера и 4 матроса.
В 23.00 сел последний самолет. После этого американские корабли повернули на запад, вслед за уходящими японцами, которые находились в 330 милях на северо-запад от Оперативного Соединения 58. Американские корабли держали скорость всего 16 узлов, чтобы проводить спасательные работы.
Погоня и итоги
Когда Оперативное Соединение 58 завершило ночную посадку самолетов, на борту поврежденного «Дзуйкаку» вице-адмирал Одзава получил приказ командующего Объединенным Флотом отходить. Первый мобильный флот еще насчитывал 6 авианосцев, 5 линкоров, 13 крейсеров, 33 эсминца и 4 танкера. Однако он имел только 34 исправных самолета, а потому был совершенно бессилен. Корабли увеличили скорость до 20 узлов, постепенно отрываясь от американцев. Японцы оставили на месте боя несколько эсминцев подбирать сбитых летчиков.
