— Я быстро. — Я оглядела ванну и посмотрела на него: — Иди сюда. Так и быть, поделюсь с тобой губкой, потому что здесь ты не поместишься.
Он ухмыльнулся, сбросил с себя жилет и приблизился к бассейну с плотоядной улыбочкой.
— Даже не думай. — Я шлепнула его по рукам мокрой губкой. — Стой смирно. От тебя несет как от лошади.
После того как мы вволю побрызгались и посмеялись, я объявила, что купание закончено, и муж завернул меня в полотенце. Я крепко держалась за его руку, чтобы не поскользнуться на мокром полу. От наших забав вода расплескалась через край.
— Ну и натворили мы дел, — сказала я, подошла к кровати и погладила воздушную ткань платья.
Клан-Финтан, стоявший за спиной, стянул с моих плеч полотенце и начал помогать подсушивать мокрые волосы.
— В этом наряде ты будешь выглядеть как конфетка, — сказал он, наклонился и поцеловал чувствительную точку на моей шее.
Я поежилась от удовольствия, тут же обернулась и оказалась в его объятиях.
— Пожалуйста, будь завтра поосторожнее. Нуада такой… — Я не нашла слов, чтобы описать величайшее зло. — Не могу выразить, как он ужасен. — Я запнулась.
— Я не позволю ему дотронуться до тебя.
— Знаю.
Он прижал меня к себе еще крепче.
В дверь постучали, и чей-то голос произнес:
— Милорд, миледи, пиршество скоро начнется.
— Благодарю, — откликнулась я, но не успела отстраниться от Клан-Финтана.
Он наклонился, поцеловал меня и сказал:
— Я люблю тебя.
— Я тоже люблю тебя. Поэтому и боюсь.
Он улыбнулся и постучал пальцем по моему носу.
— Ничего не бойся.
Я тоже улыбнулась в ответ, потом отвернулась и надела красивое платье. Но я так и не смогла избавиться от чувства пустоты внутри себя — и впервые понимала, что оно не имеет никакого отношения к еде.
Клан-Финтан держал меня за руку, когда мы присоединились к толпе, направлявшейся в огромный зал для пиршеств. Кентавры счастливо улыбались, следуя за хозяйками к столу. Мне трудно было представить, что через какие-то двадцать четыре часа они вступят в бой.
Мы вошли в зал, и я восторженно охнула. Повсюду стояли столы, ломившиеся от яств и вина, но мой взгляд невольно обратился вверх. Под высоким купольным потолком сияли по меньшей мере двенадцать огромных хрустальных люстр. Сам он был раскрашен под ночное небо со всеми созвездиями, выполненными драгоценными камнями. Мелькающие блики создавали впечатление, будто звезды движутся на разрисованном небе.
— Здесь наверняка живет волшебство, — прошептала я Клан-Финтану, пока нас вели на наши места во главе стола.
— Да, — прошептал он в ответ. — В храме Муз всегда присутствует волшебство.
Муж наклонился поближе, чтобы я говорила тихо.
— Ух ты! Вот что по-настоящему поразительно!
В глазах его сверкнули смешинки, и он чмокнул меня в макушку.
— Скоро ты убедишься, что волшебство очень похоже на жизнь, а его дары особенно дороги именно тогда, когда неожиданны.
— Тогда этот зал — великолепный дар.
«Как и эта удивительная новая жизнь», — подумала я, пока мы пробирались к центру стола.
— А вот и вы, леди Риа, Клан-Финтан! Пожалуйста, присоединяйтесь к нам. — Талия указала на большое сиденье, установленное между ее королевским троном и креслом другой красивой женщины. Я обрадовалась, увидев, что Виктория уже расположилась по другую руку хозяйки праздника.
Наше кресло было установлено так, что мы с Клан-Финтаном смогли усесться привычным образом. Он откинулся на спинку, а я примостилась рядышком, удивляясь про себя: откуда, черт возьми, ей столько про нас известно?
Талия словно прочитала мои мысли.
— Мне известно не только это, Шаннон. — Воплощенная муза комедии наклонилась ко мне, чтобы никто не услышал.
Я удивленно заморгала, вопросительно взглянула ей в лицо, с опозданием поняла, что она меня не видит, и принялась бормотать:
— Но я, право, не знаю…
Талия заразительно расхохоталась.
— Не волнуйся. Я рада, что истинная Избранная Эпоны наконец с нами. Мы все этому рады.
— О, — только и сумела выдавить я, чувствуя себя не в своей тарелке.
Талия поспешила объяснить:
— Не бойся того, чего сразу не поняла. Твоя Богиня всегда рядом. Это самое важное. — Муза ласково похлопала меня по руке, внезапно напомнив мне маму.
От неожиданности у меня глаза оказались на мокром месте.
— Что случилось, дитя мое?
— Я просто рада быть здесь.
Талия протянула руку и уверенно коснулась моей щеки, в точности повторив жест мамы.
— Вы, должно быть, проголодались, — заметила она, хлопнув в ладоши, и по залу закружили слуги, разнося дымящиеся блюда.
Поглощая вкуснейшую нашпигованную перепелку, я подмигнула Вик:
— Эй, здесь есть твоя добыча?
— Только не сегодня, Риа, — подмигнула она мне в ответ. — Я предложила свою помощь, но мне сказали, что заблаговременно готовились к нашему прибытию. Пришлось довольствоваться кубком вина, ожидая, пока вы переоденетесь. — Она многозначительно вздернула брови, указывая на Клан-Финтана.
— Замолчи, скверная девчонка, — захихикала я. — Могу сказать, что он большой, поэтому у него уходит много времени на умывание. — Я тоже многозначительно приподняла брови, и мы расхохотались, как девчонки.
Клан-Финтан делал вид, что не обращает на нас внимания, а Талия присоединилась к нашему веселью.
Во время очередной перемены блюд в зал вошла Сайла, и ее сразу подвели к нашему столу. Я даже расстроилась, поняв, что совсем забыла об угрозе оспы.
Прежде чем занять свое законное место рядом с Викторией, Сайла обратилась к Талии:
— Похоже, вы не дали заболеванию распространиться. — В ее голосе звучало уважение. — Мельпомена попросила передать вам, что никому из молодых не стало хуже, а обитатели болот вскоре смогут вернуться к себе. — Тут она слегка наморщила лоб и продолжила: — Но заболела Терпсихора, так что на праздник она прийти не сможет.
— Благодарю, Сайла. Прошу вас, отдохните, подкрепитесь.
Я наклонилась к Клан-Финтану и прошептала:
— Разве Терпсихора — не та муза, что танцевала на нашем сговоре?
Он тихо подтвердил.
— А Мельпомена — муза трагедии, — наклонившись к нам, произнесла Талия, и меня очень удивило, что она решила подключиться к нашему разговору. — Она считает своим долгом командовать в лазарете, если кто-то заболевает.
— Значит, вам уже знакома оспа?
— С болота Уфасах к нам довольно часто приходят болезни. С оспой мы уже имели дело. Но нас огорчило известие, что зараза дошла и до храма Эпоны, — с серьезным выражением лица ответила Талия.
