С некоторой долей уверенности мы можем предположить, что ни одна из представленных Алексеем Коськиным фотопленок не находилась в этом фотоаппарате. Данное предположение будет обосновано ниже.
Поскольку фотоаппаратов у туристов было всего 4, а пленок оказалось найдено как минимум 6, мы можем обоснованно предположить, что кто-то из фотографов отснял больше одной пленки. В роли таковых «бесхозных» фотопленок у нас оказываются пленка № 3 из коллекции Алексея Коськина с 17 отснятыми кадрами и пленка № 6 с 28 кадрами.
Вполне определенно можно считать, что пленка № 6 была отснята Георгием Кривонищенко на начальном этапе похода — до выхода группы из поселка «Северный-2». А при выходе из поселка он заменил пленку на новую, которая и оставалась в фотоаппарате вплоть до момента гибели группы. Дело в том, что последний кадр «фотопленки № 6» почти идентичен первому кадру «фотопленки № 1». Трудно отделаться от ощущения, что фотограф, убедившись, что пленка в его фотоаппарате заканчивается, перезарядил его, дабы лимит оставшихся кадров не позволил ему пропустить что-то интересное. Что касается пленки № 3, то она остается в каком-то смысле «бесхозной», мы докажем, что ее не могли «отщелкать» ни одним из известных следствию фотоаппаратов. То же самое можно сказать и о фотопленке № 5. Это подталкивает нас к фундаментальному выводу, что число фотоаппаратов, имевшихся у членов группы, превышало 4. Более того, рассмотрев содержимое пленок, с определенной долей уверенности можно предположить, кто именно являлся владельцем исчезнувших фотоаппаратов.
Итак, у нас получается следующая сводная ведомость по фотопленкам и отснятым кадрам (особо уточним, что для удобства читателей будем придерживаться той нумерации пленок и последовательности кадров в них, какая использована в фотоархиве Алексея Коськина):
— № 1 — 33 отснятых кадра, еще один кадр в середине пленки испорчен, т. е. считается, что пленка содержит всего 34 кадра; пленка принадлежит Георгию Кривонищенко;
— № 2 — 27 отснятых кадров, эта пленка принадлежит Семену Золотареву (потому что другая пленка с 27 отснятыми кадрами — Слободину, что и будет доказано в свое время);
— № 3 — 17 отснятых кадров, принадлежность неизвестна (скорее всего, Тибо-Бриньоль);
— № 4 — 27 отснятых кадров, принадлежит Рустему Слободину;
— № 5 — 24 отснятых кадра, неизвестной принадлежности (как и пленка № 3);
— № 6 — 36 довольно качественных фотоснимков, из которых 28 связаны с участниками похода и самим походом. Уверенно можно полагать, что эта пленка отснята Георгием Кривонищенко и хронологически предшествует «фотопленке № 1» (если быть совсем точными, ее следовало бы обозначить № 0, поскольку она заканчивается там, где начинается «фотопленка № 1»).
— фотографии россыпью — 8 отдельных фотоснимков, явно имеющих отношение к походу группы Игоря Дятлова, но не связанных с предыдущими пленками. Это кадры понятного происхождения и непонятной принадлежности.
Теперь перейдем к предметному анализу.
И начнем его именно с 6-й фотопленки (по нумерации Коськина), за которой логически последует «фотопленка № 1».
Фотопленка № 6. Первые 8 фотографий не имеют отношения к походу и, судя по всему, представляют собой какие-то малозначительные бытовые зарисовки. В 9-м кадре появляется Георгий Кривонищенко, сидящий за столом с какой-то компанией. Он знает, что его фотографируют, снимок явно «постановочный», Георгий позирует, откинувшись на спинку стула так, чтобы его не загораживали стоящие на столе бутылки. В том, что Кривонищенко появился на собственной же фотопленке, нет ничего удивительного — просто передал фотоаппарат другу, дабы тот щелкнул.
Фотопленка № 6, кадр № 10. Первый участник похода, запечатленный Георгием Кривонищенко. Очередность этой фотографии, как и последующие снимки Семена Золотарева, на корню разрушают все домыслы о том, что этот человек мог служить причиной конфликта внутри группы.
Походные фотоснимки начинаются с 10-го кадра. И здесь нас ждет первое открытие — мы видим Семена Золотарева с рюкзаком и мешком какой-то поклажи на плече. Фактически это фотопортрет, Золотарев знает, что его «снимают», идет прямо на фотографирующего, он в кадре один. Это воистину «говорящий» кадр — первым из всех членов группы Кривонищенко сфотографировал Золотарева! Совершенно необъяснимый выбор объекта съемки, если только не признать, что они были знакомы ранее и притом знакомы очень хорошо. Запомним этот момент…
Одиннадцатый фотоснимок также очень интересен, причем не только с психологической, но и художественной точки зрения — это портрет Зины Колмогоровой, сделанный навскидку, неожиданно для нее. Хозяин аппарата, видимо, попросил Зину обернуться и, что называется, «поймал момент». Девушка на нем очень мила, такие фотопортреты иногда называют «характерными», потому что они отлично передают настроение персонажа в момент фотосъемки. Симпатия фотографа к объекту съемки совершенно очевидна, он словно говорит зрителю: посмотри-ка, перед тобой хорошая фотография хорошего человека!
Фотопленка № 6, кадр № 12. Очень любопытный снимок, потому и приведен здесь. Обращает на себя внимание характерное лицо Игоря Дятлова. Общим сюжетом фотография напоминает бытовую картину в стиле «старых фламандских мастеров». Обратите внимание, как Кривонищенко «исключил из кадра» Людмилу Дубинину, не может быть сомнений в том, что сделано это было умышленно, и результат оказался весьма красноречив.
Двенадцатый фотоснимок тоже по-своему интересен и информативен, только его надо правильно «прочитать». На нем мы видим Игоря Дятлова и Николая Тибо-Бриньоля в узнаваемой шляпе, беседующими в какой-то комнате вроде общежития. Видны рюкзаки членов группы, на стене над головой Игоря Дятлова висит мандолина. Особое внимание привлекает третий персонаж, попавший под самый срез кадра, — это Людмила Дубинина. Фотографу ничего не стоило довернуть объектив чуть-чуть вправо и поместить девушку в кадр, но он этого не сделал. Умышленно или неумышленно, но он пожелал исключить Людмилу из кадра, тем самым вполне определенно сообщив нам о своем отношении к ней.
Кадры № 13–14, изображающие группу в кузове грузовика, можно точно датировать. Такая поездка из Ивделя в поселок 41-го квартала на попутной машине состоялась во второй половине дня 26 января 1959 г. Эти снимки можно считать формальными — просто надо было сфотографировать всю группу, Георгий и сфотографировал, композиции толком никакой нет, кадры не «выстроены», некоторых членов группы нельзя рассмотреть (Юдина, Колеватова, Слободина). Для нас эти кадры интересны, пожалуй, лишь тем, что на них мы можем видеть Людмилу Дубинину и Юрия Дорошенко, которых Георгий Кривонищенко почти не фотографировал.
Следующим снимком, который привлекает к себе внимание, будет пятнадцатый от начала. На нем мы видим Колеватова, пробегающего мимо фотографа. Снимок не постановочный, сделан на ходу, словно бы навскидку. Это один из немногих фотоснимков с Александром Колеватовым и, пожалуй, единственный, на котором он оказался в одиночку. Колеватов явно избегал фотографироваться — изучение этой и всех остальных фотопленок однозначно наводит на эту мысль.
Снимок № 16 групповой, постановочный, участники похода сфотографировались со своими новыми знакомыми из поселка 41-го квартала (какие-то военнослужащие внутренних войск из лагерной охраны, женщина в очках и пр.). Привлекает внимание распределение наших героев в группе — Дорошенко рядом с Дубининой и самим Кривонищенко (владельцем фотоаппарата), а Дятлов — в противоположной стороне от Колмогоровой. Игорь, возможно, не хотел фотографироваться и подошел к группе в самый последний момент после настойчивых просьб. Как старший похода, он мог выбрать любое место, и Георгий Кривонищенко, его друг, разумеется, подождал бы, пока Игорь Дятлов станет где захочет. Ан нет! Игорь выбрал место с краю и притом сохранил некоторый зазор с ближайшими к нему членами группы. Примечательно также, что хотя на улице явно комфортная температура и нет ветра (об этом можно судить по расстегнутым воротникам женщин), Александр Колеватов остался в наглухо застегнутой штормовке и наброшенном капюшоне. Почти на всех фотографиях, где можно видеть Колеватова, он предстает именно в таком виде.
Фотографии № 17–18 неинформативны. На одной из них мы видим выгрузку лыж из кузова автомашины, на другой — собаку. Совершенно «проходные» кадры, сделанные, видимо, для проформы.
На снимке № 19 запечатлена Зина Колмогорова с фотоаппаратом. Еще один персональный фотоснимок Зины и еще одно яркое подтверждение тому, что Кривонищенко очень хорошо к ней относился.
Кадры под № 20–23 интересующей нас информации не содержат. Георгий фотографировал местных жителей, лишь на снимке № 20 можно видеть трех участников похода, занятых подгонкой лыж и не обращающих внимания на фотографа.
