неподалёку… ожили. Они, словно живые, вырвали корни из земли и двинулись к своей хозяйке. Несколько секунд Атон смотрел на это, чувствуя, что сердце колотится у него где-то в пятках, а рука невольно подрагивает на рукояти меча. Едва деревья оказались возле владычицы, они подошли друг к другу настолько плотно, насколько позволяли их стволы, и вновь закопались корнями в серую почву. Но на этом ужасы не кончились. Два дерева начали… срастаться в единое целое, только лишь в самом центре сращенных стволов появилась… дыра, хотя нет — скорее, дупло. Когда все приготовления были окончены, перед владычицей стояли два скрюченных дерева, сросшихся в единое, а в центре их зиял огромный чёрный провал, размером чуть меньше обычного человека.
— Прости… если… испугала, — вновь заговорила Дуги на человеческом. — Я уже… забыть… как это… происходит.
— Ничего, — помотал головой Стрэйб, стряхивая оцепенение, — Нам нужно… туда? В дупло?
— Да, — кивнула Дуги, — Переход… приведёт к… воде и… брату.
Атон потоптался на месте несколько секунд, но всё же подошёл к двум деревьям, с опаской поглядывая на них, боясь, видимо, что они оживут и схватят его, и заглянул внутрь “перехода”. Темно — темнота и ничего, кроме неё. Ни освещения, ни намёка на выход.
“Переход будет… долгим”.
— Спасибо вам, — сказал вслух Стрэйб и поклонился владычице. — За вашу помощь и подарок.
— И за моё спасение тоже, — вклинилась друидка.
— Я ничего… не делала… Ты, Атон… делал… помог… спасибо за это.
После этих слов владычица Дуги широко улыбнулась, чем заставила Стрэйба невольно улыбнуться в ответ. Едва Атон и Авива оказались в недрах древесных стволов, дупло за ними начало затягиваться. Последнее, что видел гвардеец перед тем, как погрузиться в темноту — худую и бледную девушку, завёрнутую в огромный чёрный балахон, с чёрными, как ночь, глазами и острыми зубами, заметными благодаря расплывшейся улыбке.
ГЛАВА 5. ВОЗВРАЩЕНИЕ
Владения вод — Владения леса
Пожалуй, с выводом о том, что переход из владений огня был самым необычным и захватывающим, Атон поспешил. Теперь первое место занимал переход из владений страха. До жути необычное создание туннеля, и столь же пугающий переход по нему. Идти в кромешной темноте неизвестно куда и сколько было бы страшно даже для закалённого гвардейца — благо, Авива вовремя вспомнила о короне света, которую она со всей аккуратностью положила в свою сумку. Она, собственно, и стала единственным, пусть и не очень сильным, источником света, которому путники могли довериться. Друидка шла с живым “факелом” чуть впереди, прижимая драгоценное сокровище к груди, капитан — чуть позади и левее.
Оба путника молчали, и с чем это было связано, сказать трудно. Возможно, оба человека находились ещё под впечатлением от своих кошмаров, возможно, из-за двух деревьев, в дупло из которых им пришлось влезть, чтобы попасть в другие владения, а возможно — и из-за темноты, что обступила их со всех сторон. Стрэйб никогда не боялся темноты, даже когда ходил пешком под стол, но почему-то именно сейчас он испытывал страх. Кисельная тьма, которой нет границы, вилась вокруг них и единственного источника света, будто в ожидании того, что сейчас “факел” погаснет, и она сможет наброситься на них, обнажив свои острые зубы, и поглотить их.
Сколько бы Атон и Авива ни шли вперёд, но так и не могли увидеть свет в конце этого туннеля. В этот раз Стрэйб даже не смог ощутить тот короткий миг, когда должен был случиться переход. То ли дело было в страхе, что глушил все остальные чувства, то ли в схожести климата, то ли в чём-то другом. В любом случае, стоило просто идти вперёд, не отставать от лесной девы с чудо-огоньком у груди и молиться богине удачи, чтобы всё это закончилось как можно скорее.
Когда впереди что-то блеснуло, ни Атон, ни Авива не придали этому значения, подумав, что это воображение играет с ними злую шутку. Лишь когда они прошли чуть вперёд, то наконец смогли различить выход. Не сговариваясь, оба путника ускорили шаг, настолько сильно они хотели выбраться из этого давящего на рассудок места. Под самый конец, когда до заветного “света в конце туннеля” оставалась буквально сотня шагов, оба путника почти бежали.
Из туннеля перехода они буквально вывалились на колючую траву маленького острова. Атон стоял на одном колене и тяжело дышал, но на лице его сияла улыбка. Когда капитан повернул голову вправо, то увидел свою спутницу. Она тоже немного запыхалась, но блеск в глазах и улыбка говорили о том, что и она рада, что переход наконец закончился.
— Это было… необычно, — сквозь тяжёлое дыхание заговорил гвардеец. — Я не перестаю удивляться тому, на что способна ворожба.
— Я тоже, — согласилась друидка, вставая в полный рост. — Я тоже.
Пока капитан приходил в чувство после, казалось бы, лёгкой пробежки, Авива со всей осторожностью убрала цветок обратно в свою сумку и пошла к воде. Только сейчас, когда Атон увидел бескрайнюю водную гладь, он вспомнил, что не пил уже очень давно, о чём ему сразу же напомнило пересохшее горло. Поднявшись на ноги, Стрэйб добрёл до чистой воды, и вновь упав, только уже на оба колена, стал зачерпывать воду в ладони и пить. Вода была прохладной и даже отдавала лёгкой сладостью, хотя, скорее всего, из-за сильной жажды, о которой Атон смог на время забыть, ему это просто казалось.
“Это самая вкусная вода, какую я пробовал. Хотя, в моём состоянии, даже талый снег показался бы мне изысканным напитком”.
Утолив жажду, Стрэйб наконец вздохнул с облегчением. Глядя на бескрайнюю гладь воды, Атон впервые за долгое время почувствовал… облегчение.
“Столько дней мы в пути — и наконец… всё? Мы прошли все владения, видели столько разных чудесных мест и существ, а теперь, наконец, возвращаемся. Поначалу я думал, что это будет обычная поездка без какого-либо итога, но вышло… целое приключение: сражения, спасения, помощь. Ха, чувствую себя героем какой-то романтичной баллады. Только вот жизнь куда… труднее и опаснее, чем в песнях поют”.
Наполнив фляги водой, Стрэйб уже хотел подойти к Авиве, но внезапно заметил в десяти метрах от суши знакомый плавник. Через несколько секунд почти у самого берега выплыл длинный дракон с переливающейся чешуёй. Спустя ещё удар сердца дракон обернулся красивым юношей, одеждой которому служила длинная ткань цвета морской волны, что оборачивала его красивое тело. Владыка вод вышел из на берег, и подойдя к двум людям, что уже в третий раз попадали в его владения,
