- Нашел человека, которого он может ненавидеть?
- Нет. До этого семинара он верил в свои ничем не подтвержденные выводы. Обманывал себя. Теперь он в них не верит.
- Но все равно от них не отказывается.
- И что... теперь в нем больше от лжеца и меньше от дурака. Я подкорректировал его внутреннюю структуру. А с вопросами морали пусть разбирается сам.
Лейел вспомнил все это и понял, что не стоит говорить Гэри о том, что есть что-то такое, пусть это будет и участие в работе Фонда, ради чего он готов отказаться от Дит. В этом он не просто бы солгал, но выставил бы себя дураком в глазах Гэри.
- Это запрещенный прием, - ответил он. - Ты знаешь, что Дит - моя неотъемлемая часть, как сердце или голова. Я не могу оставить ее с тем, чтобы присоединиться к твоему Фонду. И теперь до конца нашей совместной жизни я буду знать, что мог бы полететь на Терминус, если бы не она. Ты отравил мне мои последние годы, Гэри.
Гэри медленно кивнул.
- Я надеялся, ты поймешь, прочитав мое письмо, что я не хотел сказать тебе больше, чем сказал. Я не могу лгать тебе, Лейел. Солгал бы, но не могу. Вот я и написал тебе не всю правду. Чтобы не создавать нам обоим лишних проблем.
- Не получилось.
- Вины Дит в этом нет, Лейел. Она такая, какая она есть. И ее место на Тренторе, не на Терминусе.
А ты должен быть с ней. Это факт, а не решение. И мы больше никогда не будем касаться этой темы.
- Никогда, - эхом отозвался Лейел.
Они посидели еще с минуту, глядя друг другу в глаза. Лейел задался вопросом: а будет ли у него с Гэри еще один разговор на любую тему? "Нет, подумал он, - никогда. Я не хочу больше тебя видеть, Гэри Селдон. Ты заставил меня сожалеть о том решении, которое никогда не вызывало у меня ни малейших сожалений. Ты заставил меня сожалеть в каком-то уголке сердца о том, что я женился на Дит. А для меня это все равно, что сожалеть о том, что я родился на свет".
Лейел поднялся и молча вышел из кабинета Гэри. Оглядел приемную, где несколько человек ждали встречи с директором Фонда.
- Кто тут мои?
Поднялись двое женщин и мужчина.
- Вызовите лимузин с шофером.
Одна женщина быстрым шагом покинула приемную. Мужчина и вторая женщина пристроились к Лейелу. Теперь у них не было оснований маскировать свое основное занятие. Лейелу надоело общение с жителями Трентора. Он хотел побыстрее попасть домой.
***
Гэри Селдон вышел из кабинета через другую дверь и направился к крошечному закутку Чандракар Мэтт в Департаменте библиотечных связей. Чандра подняла голову, помахала Гэри рукой, а затем развернула стул в нужное положение. Гэри взял стул из другого закутка и, опять же не прилагая к этому видимых усилий, поставил его на то место, где ему следовало стоять.
Мгновенно компьютер Чандры узнал стандартную конфигурацию. С трех точек зафиксировал костюм Гэри и наложил эту информацию на хранящееся в памяти трехмерное изображение Чандры и Гэри, увлеченно о чем-то беседующих. Как только Гэри сел, голограмма пошла в эфир. Она полностью соответствовала положению настоящих Гэри и Чандры, а потому инфракрасные датчики не замечали разницы между реальностью и вымыслом. Различались только лица: движения губ, выражения глаз, мимика. Вместо того чтобы соответствовать словам, которые произносили Гэри и Чандра, они соответствовали диалогу, который выдавался за пределы закутка - ничего не значащим фразам, которые касались текущих событий, поэтому никто не подозревал, что на самом деле разговор в закутке идет совсем о другом.
У Гэри это была одна из немногих возможностей для откровенного разговора, который не могли подслушать "кобы", поэтому и Гэри, и Чандра прилагали все силы, чтобы уберечь свой маленький секрет. Говорили они не очень долго и не очень часто, чтобы "кобы" не задались вопросом: а с чего это директора Фонда потянуло на пустую болтовню? Гэри и Чандра так хорошо понимали друг друга, что свели речевое общение до минимума. Предложение заменяло абзац, слово - предложение, жест - слово. Однако по окончании разговора Чандра знала, в каком направлении надо двигаться, что предстоит сделать немедленно. А Гэри пребывал в полной уверенности, что самая важная работа, которой он посвятил жизнь, будет продолжена под прикрытием дымовой завесы, роль которой так удачно выполнял Фонд "Энциклопедия Галактики".
- В какой-то момент я подумал, что он действительно может оставить ее.
- Притягательная сила Энциклопедии очень велика.
- Боюсь, в этом есть моя вина, Чандра. Ты думаешь, что "Энциклопедия Галактики" действительно будет создана?
- Это хорошая идея. Она окрылила многих достойных людей. Иначе не стоило бы и затевать этот проект.
Что мне сказать Дит?
- Ничего, Чандра. Лейел остается, а это для нее главное.
- Если он передумает, ты разрешишь ему лететь на Терминус?
- Если он передумает, он должен туда лететь, потому что, если он оставит Дит, нам с ним не по пути.
- Почему ты прямо не сказал ему об этом? Почему не пригласил к нам?
- Он должен стать частью Второй Академии, не осознавая этого. Он должен прийти к нам сам, не по моему зову, и уж конечно, не потакая собственному честолюбию.
- Ты предъявляешь к людям очень высокие требования, Гэри. Не удивительно, что соответствуют им немногие. Большинство тех, кто работает во Второй Академии, даже не знают, что это такое. Они полагают себя библиотекарями. Бюрократами. Они думают, что Дит - антрополог. И работает она среди них только потому, что они - объект ее исследований.
- Не совсем так. Поначалу они исходили именно из этого, но теперь они думают, что Дит - одна из них.
Одна из лучших среди них. Она определяет, что это такое - быть библиотекарем. Благодаря ей они гордятся своей работой.
- Тебя не тревожит, Гэри, что на практике твое иску...
- Моя наука.
- Ты занимаешься магией, старый колдун, поэтому не проведешь меня разговорами о науке. Я видела сценарии голограмм, которые ты готовишь для грота на Терминусе.
- Это всего лишь позерство.
- Однако я могу представить себе, как ты произносишь эти слова. Очень довольный собой. "Если вы хотите покурить, я не против... Подождать, пока вы отсмеетесь? Надо ли? Меня же нет". Чистое шаманство.
Гэри отмахнулся. Компьютер мгновенно вставил в диалог подходящую фразу, дабы жест не показался неуместным.
- Нет, меня не тревожит то обстоятельство, что практическое использование моих научных принципов изменяет жизни человеческих существ. Знание всегда меняло жизнь людей. Разница лишь в одном: я знаю, что меняю жизни людей. Изменения, которые я вношу, - плановые, находящиеся под контролем. Человек, который первым придумал искусственный свет - что это было: топленый жир с фитилем? - или диодизлучатель? - Он представлял себе, как его изобретение изменит жизнь человечества? Он же подарил людям власть над ночью!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
